На круги своя...
Шрифт:
– Бабушка?..
– дрогнувшим голосом позвала она самого родного в мире человека. – Ты где?..
Ответом девушке стала лишь тишина зловещая, отблеском горечи повисшая в неподвижном воздухе. В квартире не было ни души: поняла это Азалия каким-то чувством неведомым, хоть и старалась гнать от себя мысли страшные, только вот, неотвратимая беда уже огнём жгла неокрепшую душу её.
День ото дня баловала Регина внучку любимую: вставала спозаранку пирожки ей пекла, булочки воздушные, да блинчики ажурные. Сегодня же, почувствовала Аза, что лишь вспоминать ей остаётся о доброте и любви бескорыстной. Не витали по квартире
Что-то непоправимое случилось, знала это девушка, да пока верить отказывалась. Стрелой влетела она в спальню Регины, вцепившись пальцами в угольные кудряшки кота:
– Бабушка! – крикнула в пустоту, срывая голос до хрипоты.
Уголёк преданно взглянул на хозяйку свою, полоснув по осиротевшей комнате золотом глаз.
Постель на кровати разобрана была. Одеяло откинуто, подушка смята, как будто человек, что отдыхал в ней, только поднялся. На спинку стула высокого, шёлковый халат накинут, а на узорчатом ковре застыли тапочки, будто бы в ожидании хозяйки.
– Уголёк, почему бабушка вышла из комнаты босиком? – растерянно спросила Азалия.
– Мяу… - жалостливо протянул её спутник, и вмиг страшная тоска обрушилась на хрупкие плечи девчушки придавив к земле тяжестью неподъёмной.
Слёзы хлынули из глаз неиссякаемым потоком. Задыхаясь от собственного крика, обезумев носилась она из комнаты в комнату, выкрикивая лишь одно слово: «Бабушка!»
Но на зов её полный боли и отчаяния так никто и не откликнулся…
Схватив дрожащими руками телефон набрала Аза номер Регины, а услышав мелодию, что в спальне заиграла, осела она на пол и выпустив кота обхватила плечи руками содрогаясь в глухих рыданиях. Уголёк смирно сидел подле хозяйки своей, боль её безмерную на двоих разделяя.
Из забытья тяжкого вырвал девушку негромкий скрежет дверного замка:
– Бабушка?! – кинулась она к входной двери в слепой надежде на чудо.
– Дочка? Что с тобой, родная моя? – озабоченно произнёс Максим.
Бросив дорожную сумку на пол, он обнял потерянную Азалию, крепко прижав к груди.
– Мы вернулись чуть раньше, Аза, - произнесла входящая в квартиру Мия. – А, что у вас приключилось? Что с твоим лицом? Ты… плачешь? С Региной беда? Где она? Заболела?
– Бабушкааааа! – ещё отчаяннее зарыдала девушка, озадачив родителей несвойственным поведением.
Не обращая внимания на белоснежное ковровое покрытие, Мия шальной стрелой метнулась в комнату бывшей наставницы и тотчас выбежала обратно с лицом белее мела.
– Когда ты обнаружила, что Регины нет в квартире?
– Не знаю! – продолжала биться в истерике Азалия. – Утром я зашла к ней, а там… и тапочки на ковре стоят… и телефон. Мама! Надо срочно в полицию звонить! Пусть они найдут её! Я чувствую, с бабушкой что-то случилось! Что-то… плохое…
– Мия? – вопросительно поднял бровь Максим.
– Это случилось, Макс. Регина бесследно исчезла… и видимо забрали её прямо из постели. Я чувствую постороннюю магию, остаточные колебания после открытия портала.
– Я так и знал! Знал, что однажды это произойдёт!
– произнёс Максим с беспокойством глядя на жену.
– Мам, о чём ты? Ты… бредишь? Какая магия? Какие порталы? Бабушка… куда она ушла? Почему без обуви и без
– Регина не вернётся, Азалия. Никогда уже не вернётся, - приглушённо ответила Мия со скорбью взирая на опустевшую комнату.
– Садись дочка, в ногах правды нет, - обняв за плечи Журавлёв провёл девушку в общую комнату и усадил в огромное кожаное кресло, которое так нравилось Регине Мист.
– Время настало, Азалия. Ты выросла и теперь мы можем поведать тебе то, что так рьяно скрывали все восемнадцать лет. Тем более, Регина уже не вернётся.
– Почему… не вернётся? Ты знаешь нечто большее? Мама?
Переглянувшись Максим и Мия обменялись многозначительным взглядом и усевшись на диван, что стоял напротив начали непростой разговор:
– Всё началось много лет назад в мире Фиерон…
– Стоп! – воспротивилась девушка. – Мама, папа? Неужели сейчас самое подходящее время для бабушкиных сказок? Вместо того чтобы немедленно приступить к поискам…
– Это не сказки Азалия, и ведьму Мист нам не дано отыскать. А Фиерон более чем реален, я видел этот мир своими глазами. Ты и Мия, вы обе принадлежите ему по праву рождения.
– Папа?
– ошарашенно произнесла Азалия и с неверием воззрела на отца.
– Всё правда. Все сказки твоей бабушки, увы, не красивый вымысел. И мне жаль, что узнать тебе придётся об этом, вот так, без подготовки. Грустно и ужасно горько признаваться мне, доченька, но мы, увы, не твои настоящие родители. Прости, что обманывали всю твою жизнь. Только помни и никогда не забывай, ты мне безумно дорога! Ведь, ты наш единственный ребёнок. Пусть и по крови не родная. Ведь последнее не так важно. Правда, Аза?
Глава 8
Тот день тяжким стал для всей семьи Журавлёвых. Разговор тёк неспешно, с большим трудом и множеством остановок. Осмыслить с ходу, что жизнь твоя вовсе и не твоя, не так-то просто бывает. Тем более, пережив потерю безвозвратную. Максим всё дрожь пытался унять в руках, а потому слово держала Мия. Привязана она была к дочери названой, но не любовью, в этом и беда вся. Видела она в Азалии лишь дочь подруги, да внучку наставницы, которой жизнью обязана. Потому и любви не было, лишь чувство долга да благодарность за спасение. Другое дело Максим. Растил мужчина Азалию искренне радуясь успехам девочки, всего себя посвящал её воспитанию. А с тех пор как Мия ребёнка не рождённого потеряла, ещё больше обрушился он любовью нерастраченной на иномирянку, что волею судьбы его единственной наследницей стала.
– Агнесса была моей подругой, сестрой о которой я и мечтать не смела. Вместе мы были до той поры, пока не пришлось мне Фиерон покинуть. Когда сгинула она, сорвавшись с утёса, Регина обезумела. Слуги сказали хозяйке, что дочь её на скалу отправилась вместе с тобой Азалия, видимо хотела Агнесса к совести отца молодого воззвать. Да только отчего-то всё не сложилось у них. В тот самый час, когда Регина Мист на всех порах бежала к месту их встречи увидела она портал вспыхнувший и Дрейка упавшего на край обрыва. Агнесса же в пучину морскую летела и не было ей спасения. Упав на колени кричала ведьма от ужаса леденящего, созерцая тело изломанное, на острых камнях. Тело кровиночки своей, которой необъятная сила рода Мист уже не поможет исцелиться. Исцеляют ведь живых, а Агнесса, она мгновенно ушла в мир иной.