На острие меча

Тотис Андраш

— Возможно, шеф попросту был занят.

— Не исключено.

Дэмура налил Куяме пива.

— А ведь теперь я вправе выйти из игры. Дело сделано, Кадзе получил все, что хотел. Я подвергся нападению, угрозам — словом, провел время с пользой.

— По-моему, вы заблуждаетесь, — осторожно заметил Куяма. — Вряд ли господин Кадзе желал подобного.

— Тогда чего же еще?! — ворчливо огрызнулся Дэмура. — Чтобы я подслушивал под дверью в коридоре? Но где, в каком коридоре? Э-э, да что там говорить!… Он намеренно подослал меня в надежде, вдруг да что-нибудь выгорит. Заявляется какой-то посторонний тип, выспрашивает, вынюхивает… Может, это и не даст результата, но зато в случае

удачи, глядишь, я кому-нибудь и наступлю на мозоль.

— И все же я не могу понять, почему на вас напали.

— По ошибке. Однако мне повезло. — Дэмура улыбнулся. — Я оказался проворнее их. Выпей я пива у Камикадзе — и мог бы опоздать на полсекунды.

— Кошмар какой-то! — Куяма поставил на столик стакан из-под пива. — Разве можно было так рисковать?

— Нападавших было трое, один из них показался мне знакомым. Широкоплечий верзила, нос перебит, уши бахромой. Я все ломал голову, откуда я его знаю, и только сейчас, сидя в ванне, сообразил. А до этого я еще утром наткнулся на него в одном баре, и уже тогда у меня возникло ощущение, что где-то я уже его видел.

— И вы оказались правы?

— Да. Фигуру его я заприметил, а лица не видел, поэтому сразу и не мог узнать. Это зазывала, или вышибала, из салона «Тысяча утех». Вчера вечером, когда я входил туда, то в лицо ему не заглядывал. К тому же на голове у него красовалась широченная круглая фуражка. Помнится, на обратном пути я обратил внимание, что фигура у него буквально квадратная.

— Ну а дальше?

— Дальше все развивалось логическим ходом. Вышибала видел, что я вошел, а через пять минут уже выкатился. Он явно запомнил меня в лицо — скорее всего, по профессиональной привычке. Не прошло и десяти минут, как в борделе учинили разгром. Наверняка вышибала посчитал, что я тоже из числа этих бандитов. Послали на разведку этакого безобидного старикашку, тот все разнюхал и высмотрел, а затем вступили в дело крутые ребята. Стройная картина выстраивается, не правда ли? Ну а уж когда сегодня утром он снова засек этого «вынюхивателя» в баре, ему ничего не оставалось, кроме как предупредить своих дружков, а те увязались за мной следом.

— Но кто же они?

— Якудза. Типичная картина перед схваткой гангстерских банд; поначалу идет прощупывание, запугивание противника, но до человеческих жертв дело пока не дошло. Скорее всего, это своего рода предупреждение, ну и демонстрация силы, конечно: поджечь пароход конкурента, разгромить увеселительное заведение, отправить на больничную койку парочку приспешников.

— Вы полагаете, будто между якудза и обществом «зелено-голубых»… — лицо Куямы выражало недоумение.

— Почему бы и нет? — мягко вопросил Дэмура, и в глазах его мелькнуло явное удовлетворение.

— Да, но «зелено-голубые»…

— Организация, заслуживающая всяческого уважения… — Дэмуру так и подмывало сказать, что эта новообретенная патриотическая романтика мешает его молодому собеседнику мыслить непредвзято, но он вовремя спохватился.

— Возьмем, к примеру, вседостойнейшего господина Ямаоку, — вместо этого сказал он. — Один из богатейших людей Японии. Владелец судоверфей, рудников, сталелитейных комбинатов, коммерческих предприятий. Столп общества, способный формировать правительства и разгонять их. Но в то же время всем известно, что под началом у Ямаоки мафия, заправляющая регатами, а также публичные дома и сеть увеселительных заведений в Японии и в Соединенных Штатах. Да и к наркобизнесу он тоже, по всей вероятности, приложил руку.

— Пустые сплетни, — неуверенно возразил Куяма. — Когда у человека столько денег, зачем ему впутываться в темные махинации?

— Чтобы огрести еще больше денег. Как по-твоему, на

чем сколотил Перебитый Нос свои первые миллионы после войны? Откуда взялись капиталы, которые он потом смог вложить в большой бизнес? Откуда он черпал информацию, когда и за какое дело браться? Ямаока до самой смерти оставался крупнейшим гангстером, просто со временем он отдалился от черной работы. Ею занимались дочерние предприятия, возглавляемые доверенными лицами, подручными главаря, а сам главарь и знать не знал, кто они, эти люди, таскающие для него каштаны из огня, важен был лишь результат.

— Поэтому его и убили?

— Я не знаю, почему его убили. Зато догадываюсь, каким образом оказалось замешанным в эту историю общество «зелено-голубых».

— Вот как?! — У Куямы мигом схлынул прилив любви и жалости по отношению к неудачнику Дэмуре, жалующемуся на жизнь. Этот высокомерный зазнайка с его менторским тоном казался сейчас почти таким же невыносимым, как в первые дни их знакомства. — Догадываетесь, значит? — Вопрос молодого сыщика прозвучал несколько насмешливее, чем допускали приличия.

— Посуди сам. — Дэмура, похоже, не уловил насмешки и пустился в обстоятельные объяснения, начав, по славной японской привычке, «с хвоста дракона». — Движение «зелено-голубых» сформировалось восемь лет назад на базе одной из местных организаций, выступившей с протестом против строительства крупного промышленного комбината. Демонстрации, кампания в прессе, судебный процесс… словом, все развивалось по шаблону. Однако в данном случае «зеленые» победили: строительство комбината было начато в другом месте. На том бы и делу конец, если бы кто-то не додумался, что эти объединенные силы стоило сохранить. Списались с другими аналогичными группами, назначили общий съезд, занялись организацией совместных акций. Но вся эта деятельность пока что не выходила за рамки развлечения праздных домохозяек, со скуки решивших посвятить себя охране окружающей среды. А затем, года четыре назад, на организацию «зеленых» наткнулся Ямаока и решил прибрать ее к рукам. По всей вероятности, тогда он руководствовался пропагандистскими целями и вряд ли рассчитывал использовать ее в качестве какого-либо прикрытия.

— Каким же образом, по-вашему, он «прибрал ее к рукам»?

— О, это делается проще простого! Ямаока предлагает организации свою поддержку. Вносит в кассу солидную сумму, превосходящую общие взносы всех членов года за два. И не требует взамен ровным счетом ничего. Затем предлагает организации помещение для административных нужд — в центре города и совершенно бесплатно. Такой оборот дела настораживает кое-кого из «зеленых», они опасаются, что движение утратит свой естественный, спонтанный характер, но возражающим быстро затыкают рты. Дальнейшему развитию процесса воспрепятствовать уже нельзя. Офис есть, теперь требуются штатные администраторы — разумеется, расходы по их содержанию берет на себя все тот же Ямаока. А затем срабатывает сила инерции. Коль скоро организация создана, она должна действовать, чтобы оправдать свое существование.

— Разве охрана природы…

— …Охрана природы не давала достаточно широкого поля деятельности. Ведь нельзя же остановить все промышленные предприятия Японии. И уж тем более нельзя посягать на интересы какого-либо из предприятий самого Ямаоки. Кроме того, не забывай, что теперь ходом событий управляли не разгневанные обыватели, а платный аппарат. На смену активной борьбе пришла спокойная клубная жизнь. Члены Общества получили право на льготных основаниях вступать в различные спортивные объединения, находящиеся в ведении Ямаоки. Тренируйся в кэндо, занимайся парусным спортом, отправляйся в туристские круизы по Европе — плохо ль дело?!