На пределе
Шрифт:
С этими словами он оттолкнул молодого человека, стоявшего на тропинке, и удалился в дом, громко хлопнув дверью.
11
На следующее утро Шанталь разбудил гул извергавшегося вулкана. Воздух был неподвижен, горяч и сух. Она с беспокойством подумала, что сулит ей предстоящий день.
Шанталь встала, умылась и оделась. Кроме нее, в доме никого не было. Обычно в это время Скаут уже сидел на кухне и чашку за чашкой поглощал черный кофе. Когда она вчера вечером вернулась с купания, его уже
Она позавтракала фруктами и кофе и вышла из дома. Солнце только поднималось над горизонтом, но она уже слышала металлические звуки, скрежет и шум стройки. Проходя по деревне по направлению к стройплощадке, она заметила, что даже для такого раннего часа в самой деревне было на редкость тихо. Остановившись на скальном выступе, она увидела далеко внизу Скаута. Его рабочая рубашка защитного цвета уже успела промокнуть от пота.
Она достаточно долго занималась психологией в колледже, чтобы распознать в нем личность типа А, то есть человека, стремящегося делать все по высшему классу. Он всегда работал на пределе своих возможностей. Так было и сейчас. Еще никто из местных не подошел, а он уже вовсю работает, взваливая все на себя. Неудивительно, что его так раздражает медленный темп жизни на острове.
Он остановился, чтобы вытереть потное лицо платком. И заметил ее. Выражение лица явно враждебное. Она поморщилась, словно от боли, потому что его ярко окрашенная недоброжелательность обижала ее. Хотя после вчерашней ночи трудно было ожидать чего-то другого. Такой необъяснимый отказ оскорбил бы самолюбие любого мужчины.
Разумеется, она была в своем праве, сказав «нет». Но она не испытывала удовлетворения от этого. Ей куда больше хотелось бы, чтобы Скаут, как и прежде, смотрел на нее с неотступным желанием во взоре…
– Mademoiselle?
Услышав обращение, Шанталь вздрогнула и повернулась, будто застигнутая врасплох. Ее окружили члены совета деревни. Выражение на их лицах было серьезным. Многие старались не встречаться с ней взглядами.
– В чем дело? – Она сообразила вдруг, что они пришли с чем-то крайне серьезным, но, когда выслушала их, была потрясена: такого не ожидала. Услышанное подействовало на нее, как удар под дых.
– Вы уверены?
Все дружно закивали.
– Эй, вы, послушайте, что происходит? – Скаут взобрался по последнему маршу ступенек, вырубленных в скале всего несколько дней назад. Он задыхался от подъема. – Где все?
Шанталь посмотрела на него, пытаясь заглянуть прямо в глаза и надеясь увидеть там прямоту, порядочность и готовность следовать принципам.
– Они сегодня не выйдут на работу.
– Что?! Только не говори мне, что они устроили себе еще один выходной.
– Они не выйдут на работу ни сегодня, ни завтра, никогда!
Он пошевелился, чтобы переступить с левой ноги. Несколько секунд он с изумлением смотрел на нее, а затем повернулся к старикам:
– Кто-то же должен просветить меня насчет происходящего, черт побери! Мы могли бы все закончить за
Кроме Шанталь, никто не понял его слов. Ей выпало на долю все ему объяснить.
– В вас, мистер Ритленд, дело в вас!
– Во мне? – воскликнул он, прижав ладонь к груди. – Я из кожи вон лезу, чтобы потрафить им, чту их традиции и дал им вчера выходной. Я…
– Вы соблазнили одну из деревенских девушек и лишили ее невинности. – Слова упали как камни.
У Скаута рот сам собой открылся. Он смотрел на Шанталь с явным недоверием. Затем попробовал улыбнуться.
– Это шутка, верно?
– Они что, похожи на шутников? – еле сдерживая слезы, она, злясь, жестом показала на членов высшего совета деревни. – Коварство и соблазн они не считают шуточными делами, мистер Ритленд.
– Равно как и я не считаю ложное обвинение шуткой, – огрызнулся он.
– Значит, вы отрицаете?
– Вы необычайно догадливы, черт побери! Когда это предполагаемое совращение имело место?
– Прошлой ночью. – В груди Шанталь что-то сжалось. У нее едва хватало воздуха, чтобы выговаривать слова, но она с трудом выталкивала их, ибо живо помнила, что сказал ей Скаут напоследок перед своим уходом. – Я отказалась спать с вами, и тогда вы нашли Марго и соблазнили ее. Ну как, вам легче стало? Удовлетворили свою похоть?
– Если я и похотлив, то тому виной ты, принцесса.
Она не сумела сдержать рыдания.
– Я же предложила вам себя в обмен на мост. Почему вы просто не напомнили мне об этом, чтобы не трогать Марго?
Руки Скаута сжались в кулаки.
– Да она же еще ребенок, черт побери!
– Была до прошлой ночи.
– Но я даже ни разу не оставался с ней наедине.
– Тогда на празднике вы нашли ее хорошенькой.
– Так оно и есть! Надо быть слепым, чтобы не заметить этого. Но от этого признания далеко до того, чтобы навязывать ей себя.
– Она говорит иначе.
– Значит, она лжет.
– Она не станет лгать.
– Ну и я не стану! Среди нас только ты заведомая лгунья!
Она испытывала такую боль от его предательства, что почти не обратила внимания на его оскорбление. Ей хотелось, чтобы он защищался, яростно отрицал все, но только, разумеется, если это в самом деле неправда. Однако зачем бы Марго врать? Шанталь задала этот вопрос Скауту.
– Не знаю, но она лжет.
– Прошлой ночью вы сказали…
– Забудь о том, что я сказал. – Он рубанул рукой воздух. – Верно, я был зол, как черт. Я вышел из себя и наговорил такого, что, скорее всего, не следовало говорить, но ночь я провел на пляже. Один. Поверь мне, Шанталь.
– Чему верю я, значения не имеет. Имеет значение лишь их мнение.
– Только не для меня.
Она долго смотрела ему в лицо, отчаянно желая поверить ему. Он не отводил взгляда, и в его глазах не было фальши. Чутье редко обманывало Шанталь – она разбиралась в людях. У Скаута имелись свои недостатки, но она не верила, что один из них – это совращение юных девушек.