На пути прогресса
Шрифт:
Разговор мы закончили лишь тогда, когда Медное проснулось и люди потянулись завтракать. Мы с Эусторжио отправились покемарить пару-тройку часиков для восстановления бодрости. А остальные жители приступили к отправке посылок уголовного характера по соседним островам.
С остатками пленных мы управились за день. Люди работали не покладая рук. А вот с возвращением в Мыс пришлось повременить. Часть новеньких — из тех, кто успел достаточно прокачаться — решили отправиться в то место, где мы добывали олово. Первым об этом заикнулся весьма интеллигентный бывший раб, которого все уже давно прозвали Лениным — за удивительное внешнее сходство. Правда, всё сходство внешностью и ограничивалось. Наш Ленин был весьма консервативен, недолюбливал
На удивление быстро он оброс союзниками — как среди новичков, так и среди ополченцев из Мыса, где уже становилось слишком тесно. А новое поселение — это всегда возможность показать себя, утвердить своё положение и вообще жить с большим комфортом. Так что желающих переселиться набралось почти четыре сотни. Вот с ними нам и предстояло дойти до места — и всё им показать.
Уходя на следующий день из Медного, мы разделились. Ину, Галку и Скульптора, соблазнившегося на возвращение тремя вёдрами соды и возможностью достать ещё запас, отправили в Мыс — вместе с бывшими рабами, частью ополченцев и наказом передать новости. Правда, шестерых ополченцев я с собой всё-таки взял — а именно, Данила и пятерых его подчинённых. Данил долго возмущался, объясняя, что они не ударники — и вообще ему ещё перед Котовым отчитываться, однако я был неумолим. Закончилось всё тем, что пришлось мне ему напомнить, что Котов вообще, в том числе, и в моём подчинении — установил, так сказать, иерархию…
Взял я их для того, чтобы они сработались с Ваней. Он у меня всё ещё был главным кандидатом в начальники стражи, а тут как раз и первые шестеро подчинённых, вместе с отличным заместителем. Ваня с ними общался нормально, а с Данилом так вообще умудрился сдружиться — вот пускай и готовится в должность вступать. Но пока об этом никто, кроме Борборыча, естественно, не знал.
Эусторжио решил прогуляться с нами, на что я ему честно сказал, что случись с ним что — будет сам виноват. Удивительно, но с нами попросилась и Маша. Причём, привела железобетонный женский аргумент — без нас ей будет страшно. «Нас» в лице Вани расправил плечи, выпятил грудь и согласился взять её под свою личную ответственность. Знал! Знал я, что этим всё закончится — она ещё на квесте после того, как её чуть не линчевали, старалась от парня далеко не отходить.
К концу дня наш отряд достиг подъёма на плато и обустроился на ночлег. Ленин взял меня и Борборыча в оборот и принялся расспрашивать, что там и как наверху. Пришлось отвечать на вопросы и заодно подробно рассказывать об опасностях.
— Ленин, ты, главное, помни, — сказал я, — лес рядом… Оглянуться не успеете, как вылезет какая-нибудь здоровая зверюга или целая орда инопланетных насекомых. В общем, расслабляться там нельзя!..
— Ну вы же с нами будете в первые дни… — предположил будущий глава колонии.
— Будем! — кивнул Борборыч. — Но не слишком долго. У нас было убежище на холме с крутыми склонами — сами посмотрите, что там и как, но вы все в нём не поместитесь. А даже если поместитесь, то будет очень тесно.
— Так что вам сразу придётся искать удобное пристанище… — кивнул я.
— Ну, мы что-нибудь придумаем… — Ленин серьёзно кивнул. — А пока лучше в тесноте побудем.
— Дело ваше, — я пожал плечами. — С обустройством на первых порах мы поможем. А дальше будем лишь изредка наведываться. А со временем, наверно, сделаем что-то вроде торгового пути по реке и начнём постоянное сообщение.
— Вам бы туда растениевода! — вздохнул рейд-лидер. — А то что вы там будете есть?..
Ленин крайне заинтересовался растениеводством, и пришлось ему объяснять, что к чему. А вообще весь его план оказался довольно простым — озеро вполне могло прокормить четыре сотни поселенцев. Да и на нападения тварей
— Если передумаете сразу селиться, тогда не стесняйтесь и сразу скажите, — напомнил я ему. — Лучше вместе отправимся в Мыс, а уже оттуда соберёмся по-серьёзному.
— Я не буду никого держать, честное слово! — признался Ленин. — Но вот сам хочу прямо сейчас поселиться там. От давки, как в метро, я и на Земле успел утомиться!
Зато я не успел — и вот этого мне иногда сильно не хватало. Шум машин, грохот колёс метро, толпы «пингвинов» при пересадке, сезонная миграция дачников… Романтика большого города!..
Утром, чуть свет, мы подняли поселенцев и начали подъём, за которым последовал утомительный марш по лавовой дороге. Шли быстро, никого не жалея, но, к моему удивлению, будущие колонисты и не подумали роптать. Условия прохода мы объяснили заранее, так что все понимали: кто не успеет пройти — отправится на перерождение и, скорее всего, весьма мучительным способом. В общем, мы успели не только пройти лес, но и добраться до облюбованного места стоянки.
Большинство поселенцев местность не впечатлила, зато Ленин её оценил весьма высоко.
— Можно расширить! — заявил он. — Здесь есть камень! Есть глина! Будем строиться, расширяя эту возвышенность. Я видел, как строят у вас там, в Медном.
Его оптимизму можно было только позавидовать, если честно. Но если человек просто горит идеей создания поселения, то кто я такой, чтобы ему в этом мешать? Мне вот Альянс пытался помешать с Мысом, и чем это для него обернулось?
На следующий день закипела работа, в которой мы постарались оказать всю возможную помощь. Дрюха нашёл поселенцам и глину, и немного извести — так что с раствором для строительных работ должно было всё сойтись. Нашу избу решили оставить — как напоминание о тех славных временах, когда здесь ещё никто не жил.
А на следующий день я, ударники первого состава, Нагибатор, Дрюха, Ваня с подчинёнными и Маша (глупое создание, лишённое инстинкта самосохранения!) отправились к пещере «Бо-бо» — как её прозвали после того, как я выдал свою памятную фразу по выходе на свежий воздух. Цель похода заключалась в том, чтобы проверить, не завелась ли там ещё какая-нибудь гадость после того, как мы её зачистили. Ну и обыскать на предмет ненайденных трофеев…
К пещере я подходил с глубоко запрятанным чувством страха. Если там снова будут тараканы — то мне конец, как и моей репутации… Тот же Нагибатор будет припоминать мой позор всё оставшееся время пребывания у нас. Однако, к счастью, пещера была незанята. Останки насекомых давно превратились в подсохшие ошмётки, а хитин — в крайне хрупкие и тонкие скорлупки. Мерзкий запах не выветрился окончательно, но стал значительно слабее. Теперь к нему примешивались нотки разложения и гниения. Однако что забрать из пещеры в качестве трофеев, мы всё-таки нашли — куски крепкой брони, которую носили обитатели последней пещеры.
Со смертью насекомых пластины хоть и истончились, но не стали хрупкими — а, наоборот, стали жёстче. Я попробовал поковырять одну костяным ножом, но только ножик себе испортил. Мы исследовали все закоулки, все щели — но больше ничего полезного не нашли. В итоге содрали весь изменённый хитин с останков тварей, вынесли ко входу в пещеру и отправились дальше.
Нашей целью было найти следующее место для рейда. Что это могло быть? Да всё что угодно: пещера, холмик с подозрительной дырой, просто следы кого-то очень большого и зубастого… Мы шли между подножием вулкана и озёрным берегом. Дрюха ковырял землю в поисках полезных минералов, Дойч осматривался и наносил на кусок кожи отметки — карту составлял — а остальные просто наслаждались прогулкой. Пару раз мимо пролетали вышронские птеродактили, но мы им в такой толпе были неинтересны.