Наблюдатель
Шрифт:
Благосклонно кивнув, комит обратил лицо к трапперам.
– Слушайте меня, вы, заблудшие, – проговорил он брюзгливо. – Его высокородие приказал всех вас казнить, но Большой Жрец был милостив. Можете сами выбрать свою судьбу. Слушайте все! Или вы становитесь в ряды слуг короля, или. Самых твердолобых уведут в подземный город у Красных Скал – будете там возносить зов, пока не сдохнете в вечных сумерках!
– Зесс, – сказал негромко Давид, – не вздумай выеживаться! Пойдем служить венценосному ублюдку,
– Ты думаешь? – В голосе траппера прозвучало сомнение.
– Я не думаю, я знаю! – отрезал Виштальский. – Хочешь что-то изменить в этой жизни – живи!
– Ладно, уговорил.
Пожилой комит оглядел трапперов и спросил:
– Итак, кто хочет прогуляться к Красным Скалам? Есть желающие?
Трапперы хранили угрюмое молчание. Потом, с трудом поднявшись, вышел Лосс.
– А если мы наденем кольчуги и черные плащи, – спокойно спросил он, – то нам, что, за своими же придется охотиться?
– А ты предпочитаешь быть жертвой охотника? – ухмыльнулся комит.
– Я предпочитаю остаться самим собой, – по-прежнему спокойно сказал Лосс. – Скакать да на мечах биться – это не для меня. – Обернувшись к Зессу, он печально измолвил: – Прощай, сынок.
– Отец, не надо!
– Надо, Зесс. Надо! Только не иди за мною, выбери себе иную тропу. Прощай.
Лосс спокойно вытащил из рукава длинный и тонкий ритуальный кинжал.
– Отец!
Давид вцепился в Зесса. Тот рванулся, но обмяк.
– Отнимите нож у старого дурака! – приказал комит.
Рыцари бросились к Лоссу, но тот уже всадил острие себе в грудь, рывком прокалывая сердце. Вздрогнув, он поник и упал, складываясь, разбрасывая руки, обращая лицо к небу.
Давид поморщился.
– Что рожу кривишь? – неожиданно взъярился комит, углядев его гримасу.
– Я привык уважать старость, – ответил Давид.
– А, так ты тоже жаждешь провертеть лишнюю дырку в пузе?
– Все там будем, – философски заметил Виштальский. – Но я не тороплюсь.
Комит подошел поближе и остановился напротив Давида.
– Королю пойдешь служить, колдун? – прямо спросил он.
Давид поклонился и учтиво сказал:
– Всегда к услугам его высокородия.
– О-о… – вымолвил комит. – И какую же услугу ты готов оказать нашему королю?
– Любую, – серьезно сказал Виштальский.
– О-о… – повторил комит и обернулся к своим рыцарям. – Младший приор Нанг! – подозвал он. – Как тебе этот боец?
Подбежавший Нанг, краснолицый усач с перстнями на каждом пальце, хищно улыбнулся.
– Не знаю, ваше великославие, – пробасил он, – в бою я его не видал!
– Так убедись.
– Это можно! – расплылся в ухмылке Нанг. Младший приор занял меч у одного из своих подчиненных и протянул его Виштальскому.
– Продержишься против меня хотя бы пять ударов сердца, – заявил он, – и я беру тебя в оруженосцы!
– А
Нанг неожиданно перекинул клинок в другую руку. Лезвие просвистело в опасной близости, но не достало Давида, не царапнуло даже, а вот галактисту удача не изменила – его меч чиркнул по плащу Нанга, рассекая серебряный позумент.
Младший приор отпрянул и резко опустил оружие.
– Стоп! – рявкнул он и проворчал в сторону комита: – Годен.
Тот кивнул и спросил Виштальского:
– Звать как?
– Тавита Вишту, кхенти.
Его великославие подбоченился и важно проговорил:
– Тавита Вишту! Согласен ли ты мечом и сердцем служить нашему королю, когда война и когда мир?
– Согласен! – отчеканил Давид.
Комит вынул из ножен короткий парадный меч и провел острием по груди и животу Виштальского – от левого плеча наискосок вниз и от правого плеча. Крест-накрест.
– Сим посвящаю тебя в оруженосцы, Тавита Вишту, – торжественно объявил кхенти. – Будь готов всегда и везде оберегать свою честь и умножать славу короля!
– Всегда готов! – отчеканил Давид.
– Стать в строй!
Вспомнив с благодарностью наставника, гонявшего его по плацу, Виштальский четко развернулся, прошагал и занял место в строю.
Покосившись на соседа, он спросил:
– А кто этот… расфуфыренный?
Сосед хмыкнул.
– Это сам Морр-но-Дау-но-Куллу-но-Сасса, – ответил он. – И не вякай больше, усек? Оруженосцам слова не полагается!
– Усек, – присмирел Дава.
А набор «в ряды» продолжался. Подошел угрюмый Зесс, добрел, волоча ногу, растерянный Зогг.
– Вас бы всех, сволочей, распластать, на кусочки порезать, – цедил Зесс, клоня голову и зыркая исподлобья.
– Рыцари тут ни при чем, – осадил его Давид.
– Да ну?!
– Вот тебе и «да ну»! Это просто солдаты, они получили приказ и выполнили его. А вот Хамм-Ло.
– Ну… – задохнулся Зесс. – Найду этого гада – два дня дохнуть будет!
– Поддерживаю и одобряю.
Больше полусотни трапперов и ведунцов заняли место в строю. Девушек и женщин отвели в шатры, стариков прогнали вон.
– Набирают кого попало, – пробрюзжал кто-то рядом с Давидом. – И с каких только помоек сгребают? А ты потом служи… с этим.
Виштальский напрягся. Обернувшись, он увидел рослого латника с лицом невыразительным и неприятным – тоненькие губы стягивали маленький рот в куриную гузку, бусинки глазок сбегались к крошечной пипочке носика.