Наблюдатель
Шрифт:
На самом деле я сомневался, что нам удалось бы многое выяснить. Однако она этого не знала. Но в данном случае это было уже не важно.
— И теперь вы хотите уничтожить все, чего добились, — предостерегла меня Нат. — Хотите разрушить свою карьеру.
Она не задавала мне вопрос, поэтому я не стал отвечать. Просто смотрел в коридор.
Гвендолин Лейк в длинной футболке и серых спортивных брюках появилась на пороге салона.
— Милая… — Наталия сделала шаг вперед, так что я теперь мог видеть ее боковым зрением.
Я кивком поприветствовал
— Вы ошибаетесь, — сказала она.
«Никогда не возвращайся, никогда. Приказам нужно подчиняться…
Никогда не возвращайся, твоя нога не должна ступать на Хайланд-Вудс. Возьми деньги, сколько захочешь, и никогда не возвращайся, никто ничего не узнает…»
Район изменился, некоторых домов уже не было, другие — только построили. Милое, тихое местечко на Хайланд-Вудс…
«Никогда не возвращайся…» Но порой приходится нарушать приказы. Как теперь. После того как Пол Райли посетил миссис Бентли… ныне — миссис Лейк.
Лео проехал мимо ее дома. Теперь он принадлежал миссис Лейк, она поселилась в нем после кончины своей сестры. Затем он припарковался у подножия холма. Лабиринт улиц образует кольцо, все дороги ведут вниз, на Браунинг-стрит. Он подождет Райли здесь, на обочине, со стаканчиком кофе и газетой в руках.
Это была бесконечно долгая неделя. Но сегодня все должно закончиться.
Наталия Лейк встала между мной и Гвендолин:
— Нет, милая, нет…
— Тетя Наталия. — Гвендолин попыталась отодвинуть Нат в сторону.
— Нет, солнышко…
— Тетя Наталия… Тетя Наталия! — Она схватила Нат за плечи и пристально посмотрела на нее. — Тетя Наталия, я сама все скажу. Я знаю, ты хочешь защитить память о Кэсси, но она того не стоит!
После недолгой борьбы Нат наконец сдалась. Она прошла мимо меня, ничего не сказав и даже не взглянув в мою сторону, и встала у окна.
Я посмотрел на Гвендолин, на ее длинную футболку и спортивные брюки, на растрепанные волосы и усталые глаза — во всем ее облике чувствовались искренность и беззащитность. Я молчал, боясь разрушить эту иллюзию. Гвендолин подошла ко мне. Теперь она была готова обо всем рассказать. Я старался не обращать внимания на боль в груди. Шелли когда-то сказала, что рано или поздно она мне обо всем поведает, и оказалась права. Ей просто нужен был стимул.
— Вы были правы на мой счет, — сказала Гвендолин спокойным, бесстрастным голосом. — Гарланд — мой биологический отец. Моя мать рассказала мне об этом незадолго до смерти. Она не хотела, но считала, что я должна знать правду. — Гвендолин взглянула на Наталию, та стояла неподвижно и глядела в окно. — Она была так напугана своей беременностью, что улетела во Францию. В местечко Кап-Ферра. Думаю, она планировала… прервать беременность.
Я кивнул. Очевидно, Миа Лейк передумала, отказалась от аборта и родила Гвендолин на французской Ривьере.
— Я рассказала об этом Кэсси, — призналась Гвендолин. —
«Пока не стало слишком поздно».
— Хотите сказать, это Кэсси убила Элли Данцингер? — подытожил я.
Вот так я обо всем и догадался. После услышанного прошлой ночью я не представлял другого варианта развития событий. Но было еще несколько деталей, о которых я пока что не имел представления.
— Мы узнали об этом позже, — продолжала Гвендолин. — Когда Кэсси рассказала нам. Нет, мы ничего ей не говорили. И ничего не делали. Мы просто… Понимаете, я не знала, что предпринять.
— И вы уехали из города, — кивнул я. — В среду, когда продолжались убийства.
Гвендолин кивнула.
— Я была в таком состоянии, что вряд ли смогла бы выдержать полицейский допрос. — Она замолчала и судорожно вздохнула. — Поймите, мы знали, что, когда найдут Элли, начнут искать и Кэсси. Они были лучшими подругами. Я не хотела отвечать на вопросы. Я приехала в город погостить, и мой отъезд выглядел вполне естественно.
Я посмотрел на Наталию, которая неподвижно стояла у окна, затем снова перевел взгляд на Гвендолин. По ее щекам катились слезы, теперь она стала бледной как призрак. И все равно мне показалось, что она испытала облегчение.
— А что было потом? — спросил я у Гвендолин, хотя на самом деле обращался к ним обеим.
Гвендолин покачала головой и заморгала.
— Потом ничего не было. Я уехала. Тетя Нат и Кэсси затаились и стали ждать, когда появится полиция. Но никто так и не приехал. И тогда они зажили обычной жизнью. А потом Кэсси убили.
Я покачал головой — нескольких фрагментов головоломки по-прежнему недоставало.
Гвендолин пожала плечами:
— Вероятно, Терри Бургос как-то узнал о случившемся. Он ведь следил за Элли, не так ли? Наверное, видел, как все произошло. Поэтому и убил Кэсси. То есть вы сами можете рассказать мне об этом, мистер Райли, я больше ничего не знаю.
«Ничего не знаете? Сомневаюсь. Вы обе точно знаете что-то еще».
И я хотел выслушать историю до конца.
— А что насчет Лео Козловски? — спросил я.
— Он тоже все знал. Кэсси рассказала нам троим.
Я развел руками:
— И?..
— Ничего. — Она пожала плечами. — Он ничего не делал.
— Мы не знаем, почему сейчас он сотворил все это. — Наталия отвернулась от окна. — Думаю, таким образом он пытается защитить Кэсси.
Это объяснение не удовлетворило меня, но и не удивило. Они знали больше, однако я не ожидал откровенности от них.
Я пришел сюда не для того, чтобы выслушивать их истории. Я пришел завершить два дела. Первое увенчалось успехом — я добился этого одним своим появлением в доме. Что касается второго, то я оказался совсем близок к цели.