Начала
Шрифт:
– Не понимаю, – огорченно развел руками старик. – Что же, попробуем узнать у них самих… Вайран, подойди ко мне, – неожиданно властным голосом приказал он.
Амин увидел, как его друг медленно, словно нехотя подошел к Торусу, а Камил и Милисента нервно переглянулись. К счастью, эльф и магесса не заметили, что волшебник, извиваясь, уже почти добрался до края жертвенника.
– Достаточно, можешь остановиться здесь! – сказал Торус, когда между ним и Вайраном оставалось чуть больше шага.
А затем, вытянув руку и легко коснувшись кончиками пальцев лба юноши, начал нараспев читать какое-то
Но едва лишь прозвучали первые слова, глаза Вайрана закатились так, что стали видны одни лишь белки, тело изогнулось, словно сведенное судорогой, он пронзительно вскрикнул и, выхватив из-за пояса кинжал, бросился на старика.
Корнус, стоявший рядом, попытался схватить обезумевшего парня, но Вайран с невероятной силой, словно пушинку, одним ударом отшвырнул боевого мага далеко в сторону. Раздался глухой стук, когда голова магистра соприкоснулась со стеной, и Корнус остался лежать неподвижно там же, где рухнул на пол.
Все произошло так стремительно, что трое стоявших за спиной у Торуса и Корнуса магов, пришедших с ними, не успели даже пошевельнуться. Но они были людьми. Элениэль же была эльфом – с реакцией, превышающей человеческую. И она, проскользнув, встала между Вайраном и Архимагистром.
Казалось, вот-вот – и девушка упадет, обливаясь кровью, но рука Вайрана на долю секунды замерла. Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы Торус прикрыл Элениэль и себя Щитом. Опомнившись, Вайран все же нанес удар – но лезвие скользнуло в сторону, наткнувшись на незримую преграду. Сам же маг, отброшенный невидимой силой, отлетел к самому алтарю.
Очевидно, что этой выходки от Вайрана не ожидали ни Милисента, ни Камил. Вряд ли они рассчитывали, что столь явное нападение на Архимагистра будет иметь успех. Магесса и эльф снова переглянулись – и теперь в их взглядах ясно читалась паника. Даже с учетом лежавшего без чувств Корнуса перевес был на стороне Торуса и его сопровождающих. А ведь только что Милисента заявила, что Вайран на их стороне.
Осознав это, магесса выхватила из небольшой сумки, висевшей у нее на поясе, небольшой темный шар и, выкрикнув какое-то короткое заклинание, с силой швырнула его об пол. С оглушительным хлопком шар лопнул, разлетевшись на мелкие осколки. И тут же раздался гул – почти такой же, как при заклинании Дрожи. В воздухе одновременно возникло несколько светящихся темно-багровым светом сфер – именно они и были источниками зловещего звука. Сферы стремительно увеличивались, пока не стали размером с человеческий рост каждая. А затем с сухим треском раскрылись, и из них выскочили существа, подобные тем, что были изображены когда-то на стенах этого зала – порождения Инферно. Именно этих тварей видел Амин в своем кошмарном видении, навеянном проклятием, охранявшим покой Изначального Далла. И волшебник сразу понял, что перед ним не Иллюзия.
Появление мерзких созданий оказалось неожиданным для Торуса – однако, похоже, они были ему знакомы.
– Будьте осторожны! – выкрикнул Архимагистр. – Эти твари необыкновенно живучи. Заклинания Стихий Огня и Земли против них почти бессильны, но убить их все-таки можно!
Пока Милисента вызывала обитателей Инферно, Камил тоже не терял времени. Резко развернувшись, он с силой нанес удар тонким, больше
Из раны фонтаном ударила кровь – прямо на жертвенник, заливая его и растекаясь по бороздкам к возвышавшимся вокруг клыкам. Как только алый ручеек касался подножия очередного камня, тот медленно начинал разгораться, наполняясь изнутри темно-красным светом. И уже через несколько мгновений посреди зала переливалась багрянцем уродливая каменная корона. А в центре Темного Алтаря – прямо над жертвенником – воздух начал мерцать, образуя нечто подобное одной из тех сфер, что создала Милисента, призывая тварей Инферно.
Камил начал читать заклинание на каком-то странном, грубом и лающем языке. Амин попытался остановить его, но силы еще не совсем вернулись к нему, и он едва мог устоять на ногах. Остальные же маги во главе с Торусом были слишком заняты, отбиваясь от появившихся тварей.
– Бежим! – выкрикнул эльф, когда созданная им сфера стала переливаться языками багряно-черного пламени.
Он схватил Милисенту и вместе с ней одним прыжком оказался на жертвенном камне.
– Учитель! – Вайран, пошатываясь, подошел к жертвеннику и вцепился в сапог Камила. – Учитель, не оставляйте меня!
– Глупец! – рявкнул эльф, пытаясь выдернуть ногу. – Ты все испортил!
– Возьмем его, – остановила Камила Милисента. – Вспомни, ведь раньше мы готовили его именно для этого!
– Ладно. – Эльф схватил Вайрана за шиворот и мощным рывком поднял его на камень.
Троица одновременно шагнула внутрь сферы, которая теперь была угольно-черной, и мгновенно исчезла.
И тут же Амин почувствовал, что слабость полностью отпустила его. Он бросился на алтарь, к стремительно тающей в воздухе сфере – но ничего не произошло, волшебник по-прежнему оставался в подземелье.
– Невозможно следовать за тем, кто ушел Черной Тропой, – раздался у него за спиной усталый голос Торуса.
Каменные клыки алтаря в последний раз вспыхнули багряным пламенем и тут же погасли.
– Не-ет!
Элениэль медленно осела на пол. Вокруг нее лежали куски дымящейся темно-красной плоти – все, что осталось от вызванных Милисентой из Инферно существ. Девушка разразилась рыданиями, с трудом выговаривая между всхлипываниями:
– Они… они похитили… у Зелины… ее душу…
– Успокойся. – Торус ласково погладил Элениэль по голове. – Я надеюсь, ты ошибаешься.
– Боюсь, она права, – печально произнес Амин. – Я слышал, как Камил и Милисента говорили об этом и даже собирались принести душу Зелины в жертву на этом алтаре… Поэтому мне пришлось выдать себя и попытаться задержать их. К счастью, вы появились вовремя – еще немного, и они прикончили бы меня!
– Так, значит, это был все-таки Камил… Как же я сразу не смог узнать его, – вздохнул Торус.
– Негодяй! – Эльфийка с ненавистью посмотрела на юношу. – Если бы ты не впутал ее во всю эту историю…