Начало
Шрифт:
Приехав домой, я стал собираться к Женьке в комиссионку. Но вспомнил, что сегодня по телевизору фильм «Бриллиантовая рука». Картину смотрел с удовольствием. Миронов и Папанов — мои кумиры. Люблю их.
После фильма звонил Женьке, он завтра будет работать.
Перед сном читал, спать лёг поздно.
27 февраля 1988 года, суббота
Утром встал не поздно и не рано. Как стали дворники ломами с крыши сосульки сбивать, так и проснулся. Позавтракав, поехал в «Дом книги» и купил тринадцать томов сочинений Владимира Маяковского. Без первого
Витя из Волжска сегодня уехал, я проводил его до Казанского вокзала. Возвращаясь, помог девушке с тяжёлой сумкой. Сегодня я и бабушку переводил через дорогу, и денег дал на проезд незнакомцу, и объяснил непонятливому грузину, как попасть в Большой театр.
В автобусе встретился с одноклассницей Ольгой Мягковой и её женихом. Она нас познакомила.
Вечером поехал в театр на Малой Бронной, где совсем ещё недавно главрежем был Витин мастер Евгений Лазарев. В театре я смотрел «Женитьбу» Гоголя, в постановке Анатолия Эфроса. Подколёсина и Качкарёва играли два неизвестных мне актёра. Играли не очень, только они двое и выбивались из ансамбля гениальных актёров. Говорят, при Эфросе эти роли исполняли артисты Волков и Смирнитский, и тогда было что-то. Но я смотрел то, что осталось от спектакля. Хорошо играла Каменкова. Лев Дуров был бесподобен. Броневой играл замечательно. Молодого актёра Кузнецова видел в эпизоде. Выскочил, крикнул что-то и исчез.
Режиссёрское решение бесподобно. Я ждал чудес, но чтобы таких. Эфрос сделал из скучной пьесы весёлую вещь. Впрочем, и пьеса весёлая, меня с толку сбивает грустный фильм, который я имел неосторожность посмотреть.
По дороге домой встретил Лену Голубеву и её жениха. Дома захватил кусочек интервью с Евгением Евстигнеевым. У него недавно умерла жена.
Грустно стало, захотелось плакать. Уж не из-за Лены ли Голубевой? Нет, она мне не нужна. Но всё же, всё же.
Часть вторая
Глава 1 Срыв на комсомольском собрании
28 февраля 1988 года, воскресенье
Сообщили, что сегодня родился пятимиллионный житель Ленинграда. Проснулся я поздно, проспал даже «Утреннюю почту». Мама сказала, что приходила и будила меня. Я этого не помню, не слышал. Звонил Женьке. Он с девушкой, обещал позвонить сам, позже. После «Утренней почты», вместо вопросов-ответов показали художественный фильм. Это для меня приятная неожиданность. Тем более, что и фильм хороший «Флаги на башнях», о колонистах.
Посмотрев картину, стал читать Маяковского. Узнал для себя много нового.
29 февраля 1988 года, понедельник
Вчера по Ленинградской программе показали пятимиллионного жителя. Сегодня новорождённые, которые свой день рождения будут отмечать раз в четыре года.
На работу приехал рано. По дороге зашёл в аптеку, поинтересовался, где моя подруга. Сообщили, что Ольгу перевели в другую аптеку. Дали адрес.
Жизнь не стоит на месте, всё меняется. Появляются и пропадают люди. Я же ощущаю себя стоящим в болоте, которое меня всё сильнее засасывает. Надо менять свою жизнь, уходить с этой работы.
Как комсорга отдела, меня с самого утра вызвали «судить»
Вечером в кабинете у Тани собрались все «театралы». Ни у кого из пришедших не оказалось книги Зощенко. Мы снова поговорили и разошлись.
Мы с Артёмом вместе ехали на девяносто первом автобусе. Я поделился своими мыслями. Сказал: «Не хочу быть актёром. Если поступлю этой весной в театральный институт, то буду так же притворяться артистом, как сейчас притворяюсь электромехаником по лифтам. Хочется быть, а не казаться. Жить, пусть трудной, но своей жизнью. Я мечтаю написать роман».
«Замечательно то, что ты сейчас сказал, — неожиданно поддержал меня Артём, — Садись и пиши. Поставь себе цель написать роман. И — в путь. Задача трудная, но ты будешь жить так, как хочешь. Не обманывая других, а главное, себя. А что может быть дороже этого?».
Артём пригласил меня в субботу на репетицию в свой театр.
1 марта 1988 года, вторник
Дал Тане книгу Богомолова, попросил прочитать рассказ «Первая любовь». Я всё-таки хочу поставить его на нашей сцене.
Играли с Борисом в карты. Игра помогает убить время. В шестнадцать часов явился в Танин кабинет, был общий сбор секретарей комсомола и членов комитета. Находясь в хорошем настроении, я шутил, смеялся. И вдруг услышав очередную фальшь, я не смог сдержаться, — стал кричать, ругаться матом и выбежал из кабинета. Воцарилась мёртвая тишина.
Нет больше сил лгать, притворяться, вести двойную жизнь.
2 марта 1988 года, среда
В семь тридцать я был уже на работе. Попробовал прилечь поспать, — не вышло. Люди застряли в лифте. Я один, ключа нет. Звонил Валере, на триста пятый объект. Но получилось, что выпустил сам.
Толя женится в субботу и от страха перед столь ответственным поступком, каждый день пьёт. Живёт у будущей жены и очень рад, что она не ругает его за беспробудное пьянство. Толя — алкоголик. Не может жить без спирта и его запои, без которых он робок и труслив, длятся неделями.
Сегодня с крыши девятиэтажного дома упали на землю два молодых парня, кровельщики, им было по двадцать пять лет. Я видел их в булочной-кондитерской, даже перебросился с ними двумя-тремя шутками.
Об этом трагическом событии поведала нам Татьяна Григорьевна Семёнова, подробно рассказавшая нам биографию и одного и другого погибшего. Она знает тысячу страшных историй и готова рассказывать их бесконечно.
После работы поехал в ГИТИС, друзей не нашёл. Игорь Степанов сказал, что Вити и Юры нет в институте, а Сыч с Журавлёвым пошли в «Мелодию» за пластинкой Сергея Рахманинова «Ночное бдение».
Дома прочитал главу из романа Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» и лёг спать.
3 марта 1988 года, четверг
На Лабораторном с утра застряли люди в лифте. Из четырёх машин работает только одна. Снова в одиночку я выпускал людей из лифта.