Начало

Дьяченко Алексей Иванович

26 ноября 1986 года, среда

«Пусть не полюбится тому, кто истинно любить предрасположен». С утра на взводе, сильно возбуждённый, пришёл я на работу. Нервы натянуты, как струны. Даже в пассажирском лифте не мог ехать с людьми — раздражали. Поднялся на пятнадцатый этаж в грузовом. На работе опять вспоминали худыми словами закон о подорожании спиртных напитков. Спорили, лучше или хуже стали жить — постоянная тема разговоров последнего полугодия.

Показал свою фотографию в паспорте нашим женщинам, они стали кривить рты.

На фотографии мне шестнадцать лет, я с опухшими веками, уставший студент техникума.

Весь день не мог найти себе места, паршиво на душе. Играли в домино на деньги, мы проигрывали. Начальник уже считал барыши. Но в итоге фортуна повернулась к нам лицом, мы с Борисом победили и ему пришлось раскошелиться. Всё хорошо, но настроение — увы. Звонили от руководства и сказали, что в субботу придётся бесплатно потрудиться на стройке, на уборке мусора. Так называемый субботник. А так же сегодня выяснилось, что в субботу приезжает дядя Яша, брат отца, так что субботник придётся прогулять.

После работы поехал вместе с Борькой к нему домой в Ясенево. Поужинали и пошли в кинотеатр «Ханой», на фильм «Новые амазонки». К сожалению, не попали. По дороге домой, на «Киевской», встретил актрису Народного театра Иру Кукушкину. Она, уставшая, возвращалась из института. Звала в воскресенье на спектакль «Снежная королева». Но я, наверное, не пойду. Дома тихо — телевизор сломался. Как хорошо! Сразу все друг друга замечать стали, общаться друг с другом. Родители принесли мандарины, вкусные, давно их не ел. Спать ложусь поздно, опять не высплюсь.

27 ноября 1986 года, четверг

Стало чуть легче. На работе мне Ленка гадала на картах. Такое ощущение, что в её руках карты становятся волшебными и рассказывают правду, к сожалению не всегда приятную.

Саня вошёл в раж. У него накипело и он всех, кроме меня и Бориса разбирал по косточкам и материл, на чём свет стоит. Борька пошёл разгружать асбестоцемент в который раз. А я остался в тёплой мастерской с переписанным «Гамлетом». Хотел выучить, но даже прочитать не получилось.

После работы поехал домой, пошёл в ближайшую парикмахерскую подстригаться. В парикмахерскую заглянул алкаш с сумкой, в сумке книги. Алкаш стал их продавать. Никто на книги не польстился. Стало его жалко. Грустный, несчастный. Стригла девчонка-практикантка и, как полагается, запорола простую «Молодёжную» стрижку. Вечером вся семья собралась в большой комнате, и мы стали разговаривать. Телевизор молчит, — благодать.

Звонил Женьке, звонил Артёму, но их дома не оказалось. Переписал знаменитый монолог «Быть или не быть?», обязательно его выучу. Играл с отцом в шахматы. Он играет легко, без премудростей, и всегда выигрывает. Мы сыграли четыре партии и во всех четырёх я проиграл, но на душе стало легче. К вечеру совсем отлегло. Спать лёг поздно.

28 ноября 1986 год, пятница

С самого утра мы с Валеркой Куляминым оказались в шахте лифта. Стоя на крыше кабины, он подтягивал болты, а я повторял монолог Гамлета «Быть или не быть».

Освободившись,

я сходил в магазин и купил продукты. Зашёл в аптеку за таблетками. Провизор Ольга поинтересовалась, почему я такой грустный. И действительно, я не мог выйти из состояния, угнетающего душу. Казалось бы, не так сильно я люблю Аню и чуть ли не сам искал повод, чтобы с ней расстаться. А как увидел её с другим, так раскис. Толя и Саня, узнав мою беду, стали уговаривать с ними выпить. Я сначала отказывался, а потом передумал. Спирт был принят организмом, как лекарство, стало легче и душе и телу. Стало хорошо. Освободился от напряжения, в котором находился всю неделю.

Пообедав, оставил Толю и Саню продолжать праздник, сел с книгой за журнальный столик и по радио, словно для меня, зазвучала песня Юрия Лозы «Плот». Бальзам для души.

После работы поехал в город. На Киевском вокзале разговорился с цветочницей. Взял в переходе, бесплатно, два билета в театр-студию «Рампа», что в клубе «Заветы Ильича». На понедельник, спектакль «Ящерица» Володина. Посмотрим. Через час на том же месте в переходе распространяли билеты уже другие студийцы. Студия какого-то там этажа. Эти уже за деньги. Нагулялся вдоволь, часа три бродил пешком по столице и ощутил себя совсем другим человеком.

Пробовал начать повесть «Люблю» но не пошла. Имея план повести, мысли светлые, не смог написать ни строчки. Отвык от ручки не идёт строка.

29 ноября 1986 года, суббота

Проснулся в одиннадцать часов. Завтракать не смог, решил для моциона прогуляться.

Вернувшись с прогулки, позвонил Ане. Она сегодня работает. Мама позвонила, напомнила, что я должен встретить дядю Яшу. Поехал на Белорусский вокзал.

Поезд из Калининграда пришёл вовремя, но среди приехавших я дядю Яшу не нашёл и вернулся домой. А дядя Яша позднее добрался самостоятельно.

Звонил Женька, он сдал экзамен. Мы встретились с ним на станции метро «Добрынинская». Поехали в кинотеатр «Новороссийск», билетов нет.

Посетили обувной магазин. Люди там дрались на кулаках из-за женских сапог. В винном магазине купили шампанского, которое тут же продали привязавшемуся прохожему за десять рублей.

Возвращаясь домой, в одном вагоне ехал с актёром, который деланным басом жаловался приятелю на трудности актёрской жизни.

30 ноября 1986 года, воскресенье

Утром солнце светило, а потом пропало. Звонил Ане, она и сегодня не может встретиться со мной. Мне, наверное, надо расстаться с ней. И не потому что нет взаимной симпатии, а потому, что нет никаких перспектив и в этом надо честно признаться. Она хочет замуж, я жениться не собираюсь.

Позвонил Женьке, встретились на «Добрынинской». Купили Борьке подарок на день рождения, немецкие стаканы, десять штук.

Затем поехали в кинотеатр «Звёздный». Смотрели два фильма подряд. «Очная ставка» с Караченцевым и ещё какой-то, про архитектора, которого мучили фобии.