Начало
Шрифт:
20 января 1987 года, вторник
С утра не успев позавтракать, пошли с Борисом за сеткой-рабицей на новый объект. На обратном пути купили сахар, вернувшись, пили чай. После чепития нас снова погнали на Лабораторный, включить лифт для перевозки газовых баллонов. Включить-то мы включили, посадили рабочих в кабину, а машина возьми, да сломайся. Люди так и сидели, бедные, в лифте без малого полчаса. Я совсем сник, глядя на принятые нами устаревшие лет десять назад отечественные лифты.
Пришли Коля и Толя, стали вызволять застрявших рабочих. Меня отпустили
После работы поехал домой. Пробовал учить стихи, материал не поддавался. Отправился в парикмахерскую стричься.
В зале работали два мастера. Злая и добрая. Я пропустил подполковника, чтобы не попасть к злой. Но от судьбы не уйдёшь. Добрая, как оказалось, работала с одиннадцати часов, и её рабочий день закончился. Моя голова, в прямом смысле слова, оказалась в недобрых руках. Злая и неумелая парикмахерша обкорнала меня так, что родная мать не узнает. А ещё называется мастером. Впрочем, в моей трудовой книжке тоже написано, что я мастер. Как говорится — квиты.
Вернувшись домой, позвонил Анне, она поинтересовалась, что случилось, почему я ей так долго не звонил. Пригласила к себе домой в четверг.
Читал Есенина. Стихи, которые раньше знал, открылись сегодня по-новому. Может быть, буду читать их на экзамене. Они мне близки.
21 января 1987 года, среда
На работу поехал в ратиновом демисезонном пальто, и как это часто со мной случается, оставил «единый» в кожаном «реглане». Пришлось в метро менять двадцать копеек.
Толя, Коля, Саня и Максимыч выпили и разъехались. Саня домой, а остальные за добавкой в гостиницу «Россия». Там вторая работа Максимыча. В мастерской наступила тишина. Я прочитал рассказ Богомолова «Зося». Понравилась тонкость в отображении чувств.
После работы хотел пойти в кинотеатр «Кунцево» на фильм «Джентльмены удачи», но передумал. По телевизору смотрел четвёртую серию «Штрихи к портрету Ленина». Актёр Михаил Ульянов как-то необычно смотрится в роли вождя пролетариата. Но сам фильм интересен, не замечаешь, как пролетает время.
Перед сном повторял стихи Лермонтова и Пушкина.
22 января 1987 года, четверг
Двадцать второе января, а кажется, только вчера пил за Новый год. Привёз на работу Богомолова и читал, наверное, в трёхсотый раз, его рассказ «Первая любовь».
Утром Толя с Колей ушли на Лабораторный, дав нам с Борисом спокойно позавтракать. Во время обеденного перерыва купили Борису картошки и три тюка серой ваты. Его жена будет стегать одеяло.
Поругался с Галей Алтуховой. Она единственная из всех не сдала деньги на пятидесятилетие Татьяны Григорьевны, беспрестанно ругала будущую именинницу, а тут вдруг изъявила желание взять собранные мною деньги и купить ей подарок на свой вкус.
Поработали с Борисом. Заменили отводку на шахтных дверях. Старая, сломавшаяся не поддавалась и пришлось изрядно попотеть. Поставив новую, я ощутил неподдельное чувство гордости за свою работу. Так мало её в моей жизни, наверное и не без моей вины. Но как же нормальному человеку необходим труд! Моя тяга к труду говорит
Звонил Ане, у неё был занят телефон. Я был приглашён сегодня к ней в гости, но разозлился и не пошёл. Звонил Витьке, он спал. Звонил Женьке, мы с ним долго разговаривали. Смотрел фильм «Пиковая дама».
23 января 1987 года, пятница
Снова конец недели. Рабочие дни летят быстро, а выходные тянутся, как вечность. По дороге на работу встретил одного из тех шапочных знакомых, с кем здороваюсь охотно. Он собирался уходить в «Метрострой», но чего-то раздумал.
Работали с Чекуровым в шахте. После этого ходили с Борькой по магазинам. Зашли в аптеку, я угостил провизора Олю конфетой. Пришли на рабочее место и вернувшаяся из буфета Марина Авдеева, при всех, громко передала мне привет от Тани Андриановой.
Через какое-то время ещё раз при всех повторила её приветствие. Как бы намекая, что это не просто привет. Слушали музыкальную программу, по местному радио, которую вела Таня. Передавали те песни, которые совсем недавно завоевали наши сердца. «Две звезды», в исполнении Кузьмина и Пугачевой, «Мне уже многое поздно» и «Плот» в исполнении Юрия Лозы.
Саня сказал, что с понедельника его переведут в гараж и сразу затосковал. И нам с Борькой стало грустно. Уходит единственный человек из группы, который нам духовно близок и дорог.
После работы поехал в кинотеатр «Кунцево» на фильм «Джентльмены удачи». Картина смотрелась совершенно по-другому. Так и должно быть. Что-то ушло, но и что-то нашёл для себя новое. После киноленты домой. Звонил Юле Силаевой, у неё завтра зачёт по мастерству. Читал перед сном поэму «Чёрный человек» Сергея Есенина.
24 января 1987 года, суббота
Утром позвонил Витьке Павлюченкову и мы с ним встретились на «Юго-Западной». Я опоздал к оговоренному сроку, он сидел на скамейке и читал книгу «Репетиция — любовь моя» Анатолия Эфроса. Поехали в «Кинотеатр повторного фильма», купили билеты сразу на два сеанса. На фильмы «Андрей Рублёв» и «Репетиция оркестра». На первом же сеансе встретили двух Витькиных знакомых, одного из них я знал. Вместе поступали в театральные училища. Они поступили во МХАТ и наперебой стали рассказывать, что у них происходит. Жаловались, что им запрещают сниматься в кино вплоть до окончания института. Учатся они вместе с Данилой Перовым у Калягина. Хорошо о нём отзывались. Калягин три раза в неделю ведёт мастерство лично. Вспоминали своих сильных сокурсников и многое другое. Мне они не то чтобы не понравились, скажем так — хорошего впечатления не произвели. Эмоций много, энергетика сильная, но за душой ничего. Пришли ещё двое из училища МХАТа. Они держались обособленно, не имея желания общаться с нами.