Начало
Шрифт:
Ходили с Женькой на творческий вечер Михаила Задорнова. С самого начала пошла рекою жизнь, мы весь вечер смеялись. На станции метро «Арбатская» дрались молодые люди. Я в драку не полез, но сердце заболело от того, что не попытался разнять дерущихся.
Перед сном читал «Сонеты» Шекспира и понравившиеся места выписывал в рабочую тетрадь.
Глава 13 Переезд на Лабораторный. Весна
12 марта 1987 года, четверг
С утра мы с Борисом пошли на Лабораторный корпус. Включили грузовой лифт для строителей, а
После обеда снова отправились на Лабораторный. Весь день сегодня там промаялись. Сидели в машинном помещении и ждали, пока всё перевезут.
Галька Алтухова принесла мне две пачки «Геркулеса», — заботится. После работы поехал с Борькой на квартиру к его маме. Погуляли с собакой Мишкой. Собака узнала меня, обрадовалась, крутила отрубленным хвостом.
Хотели пойти с Борисом в кинотеатр «Правда», или в клуб ЗВИ. Но ни там, ни там ничего хорошего не было, — я поехал домой. Дома читал «Литературную газету» и последний номер «Крестьянки». Записывал появляющиеся в результате чтения мысли в рабочую тетрадь. Звонил Тане, Юле, Ане, Женьке, — никого не оказалось дома. Вернувшись к письменному столу, я продолжил писать.
После программы «Время» смотрел передачу «Литературные встречи». Встречались с Чингизом Айтматовым, по поводу его «Плахи». Автор привёз с собой книгу, переведённую на финский язык, вышедшую в Финляндии. Зал возмущался, спрашивали: «Отчего до сих пор нет этой книги у нас, на русском языке?». А действительно, почему?
13 марта 1987 года, пятница
На работе гирей разбил себе палец на левой руке. Так усердно занимался гимнастикой. В мастерской все читают газеты. В каждой газете непременно статья про проституцию в нашей стране. Пошла сплошная полоса таких публикаций. Героизация. Заметки о наркоманах, алкоголиках, афганцах сошли на нет. Теперь только о проститутках.
После работы пошли с Женькой на фильм Ларисы Шепитько «Восхождение». Ушли, не досмотрев. В театре Гоголя созерцали плохой спектакль. Но по-прежнему, нахожусь в приподнятом настроении. Перед сном снова наслаждался сонетами Шекспира. Дошёл до сотого: «Где Муза? Что молчат её уста, о том кто вдохновлял её полёт? Иль песенкой дешёвой занята, Она ничтожным славу создаёт?». Стихи на все времена!
14 марта 1987 года, суббота
Весь день безвылазно просидел дома. Вчера вечером хотел перебрать оставшиеся пятьдесят сонетов Шекспира, но осилил только два. Зато сегодня с Шекспиром закончил. Остался Тютчев. Во вторник нужно будет сдать эти две книги и взять Достоевского.
Звонил опять и Тане, и Юле, и Ане, и Женьке — ни души. Одни безответные гудки в телефонной трубке. Зато позвонил Володя Копорев, сказал, что отпуск будет брать в июне и чтобы мы готовились к путешествию в город Судак. Он заболел подводной охотой, купил себе пневматическое ружьё. Как ни жаль, но в Судак мы с ним не поедем. У меня отпуск в августе.
Смотрел по телевизору передачу о самодеятельных коллективах, театрах-студиях.
15 марта 1987 года, воскресенье
Сегодня как-то особенно хорошо. В такие дни хочется жить. И не только потому, что наступила настоящая весна и кровь бродит, как молодое вино. А ещё и потому, что есть силы, есть желание жить и есть вера в лучшее. С утра переписывал стихи Тютчева. Некоторые целиком. Созвонился с Женькой, встретились в три часа пополудни на Курской. Собирались сходить в кино, но во всех кинотеатрах большие очереди. В выходные дни люди ломятся на любую кинокартину. А кинотеатров хоть и много, но всё равно не хватает, чтобы удовлетворить всех желающих.
В кинотеатре «Москва» шёл французско-итальянский фильм с интригующим названием. Короче на него не попали. Попали в «Победу» на кинокартину «Исповедь его жены». Фильм вялый, но актёры играли неплохо.
Домой вернулся рано, засел за книгу стихов Тютчева. Смотрел фильм, в котором сантехники в общежитии не дают жизни молодому физику, и он, надев наушники, читает про себя стихи Киплинга. Так я до конца и не понял, что этим хотел сказать режиссёр. В целом день — сказка. Я желал бы всю жизнь прожить, как сегодня. Да так оно, мне кажется, и будет. Завтра снова на работу, буду там повторять рифмы.
Глава 14 Народная дружина
16 марта 1987 года, понедельник
Сегодня задумался: «Правильно ли я поступаю, что веду дневник? Зачем он мне? К чему?». Ответить на эти вопросы не могу.
На работе Вера Шишацкая кричала, как сумасшедшая, страдает баба без мужика. Борька нервничал, а его нервозность передалась мне. Купил нас Толя отгулами, лишь бы шли в народную дружину. Завтра должны пойти. Это главный фактор, который испортил нам настроение.
Сегодня Валера Чекуров был на смене. Он подавлен душевно, а Толя пользуется этим. Если кого и посылал на работу, так в первую очередь его. Мы вместе с Валерой катались на крыше кабины лифта по шахте. Так сказать, проводили технический осмотр.
Сегодня необычная погода. То солнце светит, тепло. То вдруг налетит ветер и пойдёт снег. Возвращаясь домой, встретил Ирку Власову, что живёт в доме напротив и служит в театре Советской Армии. Она направлялась в баню и разговор у нас был короткий. Придя домой, сел за Тютчева, но вскоре устроил себе перемену. Включил музыку и побежал на месте. И бежал так тридцать минут. После пробежки решил сходить в библиотеку, сдать книги. Хочу взять стихи Киплинга. Звонил всем начиная с Витьки Павлюченкова и никого не обнаружил дома. Вечером, по телевизору смотрел передачу, посвящённую Юрию Яковлеву и запомнил одну его фразу: «Актёры все тщеславны». И в этот момент сам себе признался, что хоть ещё и не актёр, а тщеславия во мне хоть отбавляй. Не знаю, плохо это или хорошо, но это так.