Начало
Шрифт:
– Нам достаточно, но другие пусть не приходят.
– Тяжелые вы люди, однако.
– Мы не люди, мы – темные эльфы.
Стоило задуматься над этим. Что имел ввиду тот священник, говоря о пользе такого путешествия? Только то, что я найду целую расу профессиональных убийц, не переносящих, когда рядом кто- то посторонний. Да в войне они, возможно, пригодятся, если будут на моей стороне, а что потом – смерть всякому, кто захотел на море. И если светлые их собратья просто до ужаса высокомерны, презирают других, то об этих – и сказать нечего, просто никто не знает, уж очень они скрытные, а презрение даже к эльфам.
В столице нас встречало самое настоящее войско: все пространство у стен города было занято вооруженными людьми. И люди тоже присутствовали, что было удивительно. Навстречу нам вышла делегация, в составе эльфов и гномов, предупрежденная Громом о нашем приближении.
– Мой повелитель, армия готова к выступлению, ждем вашей команды,- отрапортовал старший эльф.
– Хорошо, Касиль, давай пройдем в зал совета и ты подробно расскажешь. Сейчас нужно разместить новых солдат,- я кивнул на сопровождающих меня дроу,- ты в курсе, главное, чтоб не было инцидентов. И пригласи новых командиров, я вижу, что их много здесь.
Во дворец на самом верху Горного Дола со мной пошли только друзья и Шерган, остальные занялись текущими проблемами.
– Ну что, теперь верховный маг Смерти клана Горных Долин верит мне,- спросил я, когда мы пришли в зал.
– Да, мы готовы принести присягу верности королю, но для этого нужен глава, я не имею права.
– Хорошо, отложим на потом. А вы заметили, что в городе по-прежнему пусто? Армия за его пределами.
– Ну правильно,- гном сказал свое веское слово,- ты же пригласил только эльфов и дракона, а остальных – нет.
Военный совет затянулся дотемна, пришлось превратить зал в обеденный, чтоб не отрываясь от дел поддержать свои силы. Да и советов пришлось проводить два: отдельно для рыцарства. В понятии этих людей напрочь укоренилось, что драконы воруют принцесс и разоряют замки. За пять минут сознание не переделаешь.
– Ваше величество, мы присягаем вам на верность и готовы ценой своей жизни и жизни верных вассалов освободить этот город от орд огнедышащих тварей, которые, воспользовавшись вашим отсутствием, нагло захватили его!,- от такой пафосной речи мне даже не по себе стало.
– Успокойтесь, господа, никто ничего не захватывал, это наши друзья и союзники, – я пытался урезонить вошедших рыцарей, чтобы они прямо сейчас не начали всех крушить.
– Не верьте им, этим гномам и остроухим, они заодно!
– Если вы и ваши люди отите жить на землях королевства, первое, что вы должны уяснить для себя – все равны и вы и драконы и эльфы и гномы. У нас есть время до выхода войск, так что ваша задача – определиться, согласны ли вы на эти условия. Тех, кто так не думает, я не держу, но накажу, если кого- то из моих подданных обидят. То же самое относится и к остальным.
Никак не думал, что так быстро найдутся люди, готовые принять подданство нового королевства и явившиеся вместе со своими вассалами, семьями и челядью. Да еще и такие ярые противники демократических ценностей равноправия рас. После моей пафосной речи часть людей молча покинула зал, но не все. Некоторые были согласны
– Утром поговорю с ними, попытаюсь объяснить ценность разума, а сейчас было бы неплохо поспать. Вот только я, похоже, единственный, кому не нашлось места во дворце. Странно, но факт!,- констатировал я, когда мы остались в кампании друзей.
– Не переживай, Лерыч, твои родственники- эльфы позаботились, покои готовы.
Глава 13 Форс мажор
Утро началось с беготни вокруг города в сопровождении десятка незнакомых мне дроу – Шерган Орвиль настоял на личной охране в этом беспокойном муравейнике. Сегодня я хотел провести расширенный военный совет со всеми участниками одновременно. Офель занималась поисками подходящего для всех зала, большего по площади и обладающего широкими дверями. Торгон пропадал где- то среди соплеменников, пытаясь научить их изготавливать арбалеты с оптическим прицелом, он обещал к началу похода не меньше сотни таких. На мою долю выпали переговоры с рыцарством. За ночь количество палаток в лагере у стен столицы не уменьшилось, если не увеличилось. Возможно, рьяные поборники рыцарских устоев не успели еще свернуть лагерь, – вокруг царила суматоха и сказать, кто чем занят невозможно: то ли только что прибыли, то ли готовят завтрак, то ли собираются покинуть это место. Я переходил от одной группы к другой, отыскивал старшего и пытался выяснить его позицию. Если мы приходили к консенсусу, я приглашал его на пир и военный совет.
– Приветствую тебя, уважаемый!
– А, король! Ты даже здесь, среди доброго рыцарства, не отпускаешь от себя наемных убийц, им веришь, а нам нет.
– Почему ты так рьяно настроен против других: ну выглядят они не так, ну оружие другое, и что с того?
– Эти,- он показал в сторону темных эльфов,- такие же колдуны, как в империи. Подожди, они захватят власть и всех неугодных – на костер! Я поклялся убивать колдунов. К тебе пришел, думал ты с ними воевать будешь, а ты… Может, ты сейчас прикажешь и твои холуи убьют меня, но я не боюсь, я истинный рыцарь, у меня два комплекта Больших Золотых Шпор!
– Ни кто тебя убивать не станет. Ты просто не видишь разницы между теми, кто на западе и теми, кто пришел сюда. Мои люди никого не жгут.
– И этих ты называешь людьми? Одумайся, это же эльфы!
– И в чем разница? Уши острые?
Рыцарь замолчал, не находя, что ответить. Я продолжил наступление:
– А драконы чем тебе не угодили?
– Да ты не знаешь, я – Гвен Драконоборец! Двух этих тварей завалил! Один! Они принцесс крадут и сокровища копят!
– И много принцесс при тебе украли?
– Нет, это в легендах так говорится, я не знаю, а вот золото – точно.
– И что, ты такой жадный до чужого богатства, что пошел на убийство? И чем же тогда ты отличаешься от обыкновенного разбойника? А драконы большого размера были?
– Помельче того, что вчера у тебя видел, но большие, больше коня! У меня в замке головы на стене прибиты.
– А ты не задумывался, что ты детей убил? Я сомневаюсь, что со взрослым драконом ты легко можешь справиться.
– Так они два деревни сожгли у моего замка! Да и на меня покушались, только не смогли.