Надежда
Шрифт:
– Вы не знаете, что с ним делать. Вы не знаете, какая у него болезнь. Вы не знаете, как это лечить. Вы не знаете, что дальше делать. Так?
Врач уже хотел кивнуть, но потом передумал.
– У нас есть идея, – сказал он, многозначно глядя на девушку, пытаясь ее заинтересовать, что он и сделал. Роза присела на диванчик, чтобы выслушать идею врача. – Может, другая кровь ему не подходит – организм отвергает ее, но кровь отца уж точно должна помочь.
На мгновение Роза замерла, не понимая, что от нее хотят врачи, но потом до нее дошел смысл слов,
– А моя кровь не подходит? – спросила она, пытаясь свести вопрос об отце на «нет».
Врач помотал головой.
– У вас разная группа крови. Это ни к чему не приведет. Мы ему уже переливали кровь, и его организм ее отвергает. Тоже самое будет и с Вашей. А к чему приведет второе отвержение, мы не знаем.
В кабинете повисло молчание, и Дмитрий посмотрел на Розу, ожидая какой-то реакции, но она внимательно рассматривала стенку кабинета. Доктор прочистил горло. Он уже боялся что-либо спросить, боясь гнева стража.
– Вы же знаете, кто его отец. Даже если он в другой стране, думаю, Вы сможете найти его. С вашими-то связями.
Роза кивнула.
– Да, думаю, я смогла бы его найти, если бы знала, кто он.
Доктор потупил взгляд, пытаясь придумать, как выйти из этой ситуации.
– Ну, у Вас же есть какие-то варианты? – спросил он, не ожидая ответа. – Проверьте все варианты. От этого зависит дальнейшая судьбы ребенка.
– Они невозможны!
– Болезнь вашего сына единственная в своем роде. Никто не знает почему. Так проверьте даже невозможные варианты.
После этого Дмитрий ожидал еще один взрыв Розы, но она только лишь устало спросила, можно ли навестить Сергея. Ей ответили положительно.
Девушка с задумчивым лицом покинула кабинет доктора. Дмитрий решил пока что не спрашивать, что с Розой, так как для нее сейчас самое важное – это увидеть сына. Ее предупредили, что Сергей будет спать и проснется ближе к вечеру, поэтому она просто присела рядом с ним, взяв его невесомую ладошку в свои руки. Мужчина сел на стул напротив кровати. Его взгляд бродил по спящему Сергею и Розе, которая с нежностью отодвинула пряди волос с лица сына.
– Никогда не думал, что ты будешь матерью, – честно сказал вдруг Дмитрий.
– Я тоже не думала, а теперь не могу представить себя в другой роли. Почему именно с ним? – спросила она, смотря на Дмитрия. – Из-за моего прошлого?
Дмитрий нахмурился.
– Причем тут твое прошлое? – он искренне недоумевал, причем тут прошлое Розы.
– Не знаю, может, я что-то ужасное сделала, и теперь получаю по заслугам.
Странно было слышать такие мысли от Розы, так как она не верила в Бога и во все чудесные спасения. А тут она заговорила о божьей каре.
– Ты же не веришь ни во что сверхъестественное, – напомнил ей мужчина.
– Теперь я уже не знаю, во что верить, – со странной улыбкой сказала Роза. – После всего, что произошло, почему бы мне не поверить во что-нибудь. Хоть какая-то причина болезни
Повисло молчание. Сергей дернулся во сне, и Роза обеспокоенно посмотрела на него. Она хотела поговорить с ним, услышать его голос, увидеть его улыбку – хоть что-нибудь, что дало бы ей понять, с ним все хорошо. Но ничего не давало ей такую надежду.
Лицо мальчика было бледным, руки, как и все остальное тело, прохладными. Для Розы он напомнила мертвеца, что не тешило ее сознание. Она не хотела, чтобы ее единственный сын умер. Ведь Сергея ждет отличное будущее стража, так как все двери для него открыта. Ему стоит лишь захотеть, а он этого хочет. Как она сможет вытерпеть смерть ее мальчика, которого она растила одна, без всякой помощи, для которого она теперь живет.
Сергей – главный мужчина в ее жизни. Если умрет он, то не будет ее самой. И никто, даже Дмитрий, не сможет восполнить утрату. Роза буквально чувствовала, как сдается, как уже плачет по живому сыну. Девушка понимала, что так нельзя. Нельзя сдаваться. Нельзя плакать. Нельзя думать об этом. Особенно когда есть надежда на спасение. Но не могла остановиться. Она чувствовала, как горе тянет ее вниз, поглощает с головой.
– Что ты будешь делать с отцом Сергея? – вдруг спросил Дмитрий, посмотрев ей в глаза.
Девушка открыла глаза и встретилась с серьезным взглядом мужчины. В последнее время она жила только в обществе Сергея и Дмитрия. Остальной мир незаметно пробегал возле нее, не трогая ее за душу.
– Буду проверять возможные варианты, – ответила она. – И тебя тоже надо, так? – неуверенно спросила она. – Но ты точно не можешь быть отцом Сергея, но теперь я уже ничего не знаю.
– Да, надо проверить все варианты, – задумчиво отозвался он. – Кто еще?
– Тебе какая разница? – вдруг разозлившись, спросила девушка. – Так важно, кто отец, что ли?
Дмитрий удивленно посмотрел на нее. Он не понимал ее взрыва, ведь у него даже мысли не было как-то обидеть ее.
– Я просто спросил, так как мне тоже не безразлично здоровье Сергея. И ссориться сейчас я с тобой не настроен.
Роза отвернулась от мужчины и всматривалась в Сергея. Она посмотрела на игрушки, которые не умещались на маленькой тумбочке и которыми так и не успел поиграть мальчик. Взяв одну в руки, она начала крутить ее, не зная, для чего она это делает.
– Думаю, что тебе сейчас можно подойти к Марсу и сдать кровь или, что там нужно. Зачем тянуть с этим?
Дмитрий согласно кивнул, встал со стула и подошел к девушке. Он приобнял ее за плечи, и Роза прислонила к его животу голову и прикрыла глаза.
– Все будет хорошо…
– А я не уверенна, – отозвалась Роза, поднимая голову наверх, чтобы видеть Дмитрия. – Все хуже некуда.
– Лисса, – напомнил мужчина, поцеловал ее в макушку и ушел.
Роза по привычке кивнула, рассматривая попугая в ее руках, а потом осознала, что Лисса может быть их спасением. Их надеждой. Ведь она старается пробудить дух и, вроде бы, у нее это получается.