Наемник

Пурнелл Джерри

— Но теперь вы без артиллерии, — произнес Баннистер. — И у меня ее нет.

— Нельзя иметь и то, и другое. Мы имели меньше часа на высадку и убирание даянских шлюпок с планеты прежде, чем пролетит спутникшпион. Теперь у нас есть город, и никто не знает, что мы высадились. Если все пойдет, как надо, Конфедераты впервые узнают о нас, когда их спутник-шпион перестанет работать.

— Нам выпала кое-какая удача, — заметил Баннистер. — Судно в порту, вышедшая из строя связь на материке…

— Не путайте удачу с факторами решения, — ответил Фалькенберг. — Почему бы я выбрал изолированную дыру, полную лоялистов, если

бы тут не было некоторых преимуществ?

Лично он-то знал, в чем дело: телефонный разговор, подслушанный просочившимися разведчиками, почти неохраняемая электростанция, павшая после трех минут короткого боя, — это все была удача, на которую можно было рассчитывать с хорошими солдатами, но все равно удача.

— Извините, — он коснулся кнопки в ответ на низкую гудящую ноту. — Да?

— Подходит поезд с рудников, Джон Кристиан, — доложил майор Сэвидж. — Мы заняли вокзал. Нам позволить ему пройти мимо перекрытия на окраине города?

— Разумеется. Держись плана, Джерри. Спасибо.

Горняки, ехавшие домой после недели работы на склонах кратера Рейнир, получат сюрприз.

Они ждали, пока все огоньки не сменились на зеленые. Все объекты были взяты. Электростанции, коммуникации, дома ведущих граждан, общественные здания, железнодорожный вокзал и аэропорт, полицейский участок… Алланспорт и его одиннадцать тысяч граждан были под контролем. Таймер дисплея отсчитывал последние минуты, пока не пройдет над головой спутник-шпион.

Фалькенберг сказал в интерком:

— Главстаршина, у вас есть двадцать минут, чтобы добиться нормального вида этого города на это время ночи. Проследите.

— Сэр! — лишенный эмоций голос Кальвина был успокаивающим.

— В любом случае, я не думаю, что Конфедераты тратят много времени на изучение фотографии этого захолустья, — сказал Фалькенберг Баннистеру. — Но лучше всего не идти на риск.

Заревели моторы, когда машины и вертолеты были укрыты. Еще один вертолет пролетел над городом, выискивая, нет ли чего, выдающего их присутствия.

— Как только эта штука пролетит, отправить войска на борт контейнеровоза, — приказал Фалькенберг. — И пришлите капитана Свободу, мэра Гастингса и местного полковника-ополченца Ардуэя, кажется.

— Да, сэр, — ответил Кальвин. — Полковник Мартин Ардуэй. Я посмотрю, годен ли он к этому, полковник.

— «Годен ли?» Он что, ранен, главстаршина?

— У него был пистолет, полковник. Двенадцатимиллиметровая штука, большой заряд, медленная пуля, не может пробить доспехов, но он наставил шишек двум солдатам. Монитор Бадников успокоил его прикладом винтовки. Хирург говорит, что с ним полный порядок.

— Порядок. Если он способен идти, я хочу, чтобы он был здесь.

— Сэр.

Фалькенберг снова повернулся к столу и воспользовался компьютером для создания планетарной карты.

— Куда отсюда должен был плыть контейнеровоз, мистер Баннистер?

Министр указал курс.

— Он стал бы и станет оставаться в пределах цепочки этих островов. На этой планете никто, кроме самоубийц, не направляет кораблей в открытое море. Безо всякой земли, ослабляющей их, волны в штормы доходят до шестидесяти метров, — он показал путь от Алланспорта к мысу Титан, затем через цепочку островов в море Матросов. — большинство кораблей останавливаются в Престон-Бее, чтобы доставить металлоизделия для ранчо на плато Форд Хайтс.

Весь этот район — территория Патриотов, и вы сможете освободить его одним ударом.

Фалькенберг изучил карту, а затем сказал:

— Нет. Так, значит, большинство кораблей останавливаются тут, а некоторые плывут прямо в Асторию? — он показал на город в тысяче километров от Престон-Бея.

— Да, иногда. Но Конфедераты держат в Астории большой гарнизон, полковник. Намного больше, чем в Престон-Бее. Зачем плыть двадцать пять сотен километров, чтобы сражаться с большими вражескими силами, когда есть хорошая патриотическая местность на полдороги?

— По той же причине, по какой Конфедераты не поставили в Престон— Бее больших сил. Этот район изолированный. Ранчо Форд Хайтс рассеяны — смотрите, господин министр. Если мы возьмем Асторию,у нас будет ключ ко всей долине реки Колумбии. Конфедераты не будут знать, собираемся ли мы двигаться на север к Доунс Ферри, на восток к Гранд Фокс и дальше, на столичную равнину, или на запад к Форд Хайтс. Если я возьму сперва Престон-Бей, они будут знать, что я намерен делать, потому что есть только одно, что нормальный человек может сделать оттуда.

— Но народ Колумбийской долины не надежен! Мы не получим хороших рекрутов!…

Их прервал стук в дверь. Главстаршина Кальвин препроводил в комнату Роджера Гастингса и Маритана Ардуэя. У ополченца был синяк под левым глазом и перевязана щека.

Фалькенберг поднялся, чтобы его представили, и протянул руку, которую Роджер Гастингс игнорировал. Ардуэй несколько секунд стоял недвижим, потом подал свою.

— Не стану говорить, что я рад вас видеть, полковник Фалькенберг, но поздравляю с хорошо проведенной операцией.

— Благодарю вас, полковник. Садитесь, пожалуйста, господа. Вы знакомы с капитаном Свободой, моим провостом? — Фалькенберг показал на долговязого офицера в боевом обмундировании, вошедшего с ними. — Капитан Свобода будет комендантом в этом городе, когда уйдет Сорок Второй.

Глаза Ардуэя заинтересованно сузились. Фалькенберг улыбнулся.

— Вы увидите это достаточно скоро, полковник. Итак, правила оккупации просты. Как наемники, господа, мы попадаем под действие Законов Войны Кодоминиума. Общественная собственность захватывается именем свободных штатов. Частное имущество гарантировано, и за любое реквизированное имущество будет заплачено. Любая собственность, используемая в пользу сопротивлению, либо прямо, либо косвенно, будет конфискована немедленно.

Ардуэй и Гастингс пожали плечами. Все это они слышали и раньше. Одно время КД пытался подавить наемников. Когда это не удалось, Флот жестко начал проводить Гранд Сенатские Законы Войны, но теперь Флот был ослаблен бюджетными сокращениями и новым взрывом американо-советской ненависти. Новый Вашингтон был изолированным, и могли пройти годы, прежде чем появятся десантники КД проводить в жизнь правила, до которых Гранд Сенату не было дела.

— У меня есть проблема, господа, — между тем говорил Фалькенберг. — Этот город — лоялистский, а я должен увести свой полк. Никаких солдат-патриотов еще нет. Я оставляю достаточно сил, чтобы завершить завоевание полуострова, но у капитана Свободы будет мало войск в самом Алланспорте. Поскольку мы не можем оккупировать город, его можно законно уничтожить, чтобы помешать ему стать базой противника в моем тылу.