Наемник
Шрифт:
Да, по здешним меркам его мешок — кладезь сокровищ. На сей раз Роджер вынул оттуда коротенький тупорылый пистолет и принялся сосредоточенно навинчивать глушитель. Малыш, вскинув брови, осведомился:
— Слушай, а кролика живого тебе оттуда достать слабо?
— Не знаю, не пробовал… А что, кролик нужен?
— Да, кстати, Роджер, — я достал свою пушку и оттянул затвор, заглядывая в патронник, — а как у тебя с патронами? У меня два воробушка осталось.
— Да, не густо… Извини, на сей раз у меня тридцать второй калибр. Пукалка не слишком, но свалить
— Вот и пусть при тебе будет, — кивнул Старый. — Ты с этими штучками, похоже, не меньше моего общался.
Мы неторопливо отошли за поворот, Роджер, снова преобразившись в боевого офицера, четко скомандовал:
— Значит, так. Малыш, идешь первым. Топором слишком не размахивай, чтоб нас ненароком не задеть. Мы со Старым — сразу за тобой. Ученик Чародея, пойдешь последним. На всякий пожарный смотай веревку, может понадобиться. Стволом пока не пользуйся. Все ясно?
Мы согласно кивнули. Даже командирские амбиции Старого испарились. Роджер передал мне конец веревки:
— На счет «нуль» — тяни. Не дергай, а именно тяни.
— Понял, шеф…
Роджер вздохнул и взялся за рукояти мечей:
— Ну, с богом… Десять… Девять… Восемь…
Вот теперь — ох, как не вовремя! — навалилось что-то похожее на мандраж. Семь… Ничего, будем надеяться, выкарабкаемся. И все равно… Шесть… Не по себе — стоит представить убитым того же Малыша… Пять… Не думать. Пора снова превратиться в боевую машину, в автомат… Четыре… Уже приходилось раньше. Отключить мысли, оставить рефлексы. Три… По спине сбегает струйка пота, время опять растянулось, как резиновое. Хоть бы скорей. Два… Интересно, куда все же выходит дым из Нижнего города? Не отвлекаться. Один… Привычно открываю рот в ожидании взрыва, следя, чтоб в случае чего не прикусить язык, в глотке сразу становится сухо, а ладонь, вокруг которой обмотан шнур, вспотела. Собраться…
— Нуль!
Тяну веревку на себя, почему-то всем корпусом — и в следующую секунду обрушивается дикий грохот, перед глазами появляются на момент сиреневые круги. Странно, продолжаю слышать что-то похожее на шум дождя… Немного погодя до меня доходит, что это падают обломки, но Малыш уже устремляется вперед, задев меня плечом, следом за ним — Старый и Роджер. Ч-черт, а я-то без оружия, обе руки веревкой заняты…
Это я понимаю уже на бегу, но не останавливаюсь, вылетаю в пролом — на свет, кое-как пробивающийся сквозь едко-сернистый желтоватый дым.
ГЛАВА 25
Как выяснилось, насчет оружия напрасно я тревожился — как только дым развеялся и Малыш перестал махать секирой, оказалось, что в кладовой, куда мы попали, воевать особенно не с кем. Бардак, конечно, ужасающий — каменные обломки вперемежку с мешками, на полу быстро набегала красная лужа. Приглядевшись, я понял, что это не кровь — просто кто-то не успел закрыть кран большой бочки. Рядом с ней валялись на на полу три бесчувственных тела в темно-коричневой форме, у одного в руке оказалась вместительная оловянная кружка. Значит, традиция «на троих» и здесь блюдется… Корпоранты покуда за
— Так, давайте, снимаем с них форму и напяливаем на себя, — на лице Роджера никаких признаков волнения. — Они друг друга наверняка в лицо знают, но это хоть слегка отвлечет.
— Напяливайте вы, — возмутился Малыш, — а мне эта форма и пуп не прикроет. Я ж не виноват, что такую мелюзгу в Секретники берут…
Роджер возражать не стал, наклонился и начал стаскивать куртку с одного из лежащих, над самым маленьким завозился Старый, я последовал их примеру.
— Штаны не обязательно, только куртки и плащи.
— Поздно, — откликнулся Старый, затягивая пояс широченных форменных шаровар, натянутых поверх своих. Я до сих пор продолжал, вполголоса матерясь, возиться с рукавом, который никак не желал слезать с руки Секретника. Может, конечно, его и оглушило, но мне сдается, он просто мертвецки пьян — дыхнул мне в лицо многолетним перегаром и что-то невнятно пробормотал. Зато куртка слезла! Я принялся напяливать ее поверх камзола, а Малыш недовольно пробормотал:
— Копаетесь, копаетесь… Эх, не гнить же зерну, — с этими словами он подставил кружку под струю из крана, а потом жадно припал к ней.
— Не увлекайся, — предупредил Старый, уже облачившийся в полную форму. — У нас боевая операция, а не пьяный дебош. И вообще, дай сюда, — он выхватил кружку у Малыша и моментально прикончил.
— Быстрей, быстрей, — заторопил Роджер. — Тревогу уж наверняка подняли.
— Вот тут-то мы им и поможем, — я радостно потер руки, справившись, наконец, с широким кожаным поясом. — Значит, кто в форме, будем орать про мятеж и про то, что в цитадель куча народу прорвалась.
— И так прорвалась, — буркнул Роджер, кивком указывая на проскакивающие в пролом фигуры. Я напоследок развел и свел руки, раздался громкий треск рвущихся ниток.
— Не слишком аккуратно, зато функционально, — пояснил я уже на бегу.
Мы в полдесятка прыжков добрались до двери кладовой, за нашими спинами слышалось уже множество грубых голосов — корпоранты почуяли поживу. Как только мы выскочили, за нашими спинами тут же захлопнулась дверь, лязгнул засов. Не хотят ребята, чтоб им жратвой запасаться мешали. И к лучшему: авось будет тут Секретникам повозиться, а мы под шумок и проскочим… Только вот куда? От кладовой пока только одна лестница, крутая и вверх. Роджер выругался, но Старый обогнал его и кинулся по ней. Так, а вот и первые ласточки — кто-то грохочет сапогами вниз, и этот кто-то не один.
А в следующую секунду они вывернулись нам навстречу — трое, с оружием. Старый, не раздумывая, прыгнул через три ступеньки и пригнулся, бросаясь им под ноги. Такого подлого приема они не ожидали, и результат превзошел все ожидания: передовой полетел головой вперед, где-то внизу глухо ударившись о ступеньки, второго, тоже споткнувшегося, Роджер аккуратно поймал на каблучок, а третий, столкнувшийся с Малышом, тоже полетел, только вверх.
— Ремиз, — сообщил Малыш. — Чем дальше займемся?