Наемник
Шрифт:
— Тогда — Мэнди… — решился Клаус. Выбранная девушка шагнула к нему и встала рядом, как на семейной фотографии.
— Ну пока, старик. За Мэнди мы заедем завтра утром.
Опираясь на Синди, Рой нетвердой походкой взобрался на катер, завел его, и судно начало медленно отходить от берега. Потом Рой взмахнул на прощание рукой, и катер, взбивая винтами пену, стал стремительно разгоняться.
— И как он не боится так гонять, — заметила Габи, глядя вслед удаляющемуся судну.
— Он ничего не боится, — сказала
— Так думают многие, — совершенно серьезно произнес Клаус.
— Ну, приглашай даму в дом, — напомнила Габи. — Пойдемте, Мэнди, на войне Клаус нечасто общался с девушками, а уж с такими красивыми вообще никогда.
— Это так, — честно признался Клаус. — Идите в дом. Я еще немного постою, посмотрю на канал…
3
Когда Мэнди и не расстающаяся с ружьем Габи вошли в дом, последняя, на правах хозяйки, предложила чаю.
— О, это было бы здорово, а то у Роя на катере нет ничего, кроме спиртного. С удовольствием выпью горячего чаю, — согласилась Мэнди.
— Вот и хорошо. Подождите минуточку, я быстро, — и Габи с ружьем наперевес вышла на кухню.
Оставшись одна, Мэнди позволила себе легкую усмешку. Эти люди — и брат и сестра — выглядели странными.
Гостья огляделась и нашла дом довольно уютным, хотя было заметно, что здесь мало жили и жилище нуждалось в ремонте.
Увидев большое старое зеркало, Мэнди подошла к нему, бросила на себя быстрый взгляд и решила, что выглядит хорошо. Не то чтобы ей хотелось произвести на Клауса впечатление — просто нравиться мужчинам она считала своей обязанностью.
— Ну вот и чай! — громко объявила Габи, появляясь с подносом и дымящимися чайниками.
— А почему чайников два? — спросила Мэнди.
— В одном черный чай, в другом зеленый. У нас в семье любили смешивать. А вы какой предпочитаете?
— Тот, который больше взбадривает, — подумав, сказала девушка.
— Тогда, наверное, черный.
— А где ваше ружье?
— На кухне оставила.
— А почему вы все время ходите с ружьем? Вам что, кто-нибудь угрожает?
— Да нет. Просто Клаус вытащил его из сарая, хотел пойти поохотиться на водяных крыс, — Габи расставила чашки и, взяв чайник, сказала: — Я наливаю вам черный…
— Да, наливайте.
Мэнди села в старое кресло и вытянула свои длинные красивые ноги.
— Ну вот и Клаус возвращается, — заметила Габи, посмотрев в окно.
— Вы что, всю жизнь прожили в этом доме? — спросила Мэнди.
— До двадцати лет жила здесь, а потом переехала в Эль-Гео… Вам сахар положить?
— Не нужно. От сладкого я полнею, — Мэнди взяла чашку, сделала глоток и, еще раз оглядев гостиную, сказала: — Здесыу вас хорошо, вот только скукотища жуткая. Правда? Потанцевать, выпить и то негде…
— Наверное, скучно, но, когда мы здесь жили,
В комнату вошел Клаус. Он улыбнулся Мэнди и присел к столу. Его лицо выглядело приветливее, но Габи видела, что это спектакль для Мэнди.
«Неужели он так никогда и не оттает?» — подумала сестра.
— Тебе как обычно? — спросила она.
— Да, пожалуйста.
Габи смешала черный и зеленый чай в определенной пропорции и подала чашку брату.
— Вы и вправду его смешиваете, — удивилась Мэнди.
— Привычка, — улыбнулся Клаус и, обращаясь к сестре, спросил:
— А куда ты подевала ружье?
Габи замерла, затем неловко улыбнулась:
— Дались тебе эти водяные крысы, Клаус, когда рядом такая девушка.
— Это точно, — кивнул Клаус. — Так где ружье?
— На кухне за дверью, — выдавила из себя Габи.
Почувствовав напряжение в ее голосе, Мэнди стала невольно наблюдать за хозяевами.
«Нет, они на самом деле какие-то чудные. Надеюсь, братишка хотя бы не извращенец», — с опаской подумала она.
4
Несмотря на то что прошедший день выдался для Габи утомительным, спала она очень чутко. Просыпалась от шума проходящих мимо буксиров и в конце концов накинула халат и вышла в гостиную, чтобы смотреть из окна на канал.
Случалось, что тусклые отблески его волн успокаивали Габи и навевали сон.
Сверху, из комнаты Клауса, послышались громкие стоны Мэнди, и Габи решила, что девица переигрывает — могла бы на полтона ниже. Стоны продолжались еще с минуту, а затем Мэнди успокоилась.
Внезапно в голове Габи родилось опасение: а нормален ли ее брат? Почему Мэнди стонала так громко? Может, он ее убил?
Габи вскочила с кресла и потуже закуталась в халат. Что же делать? Подняться к Клаусу прямо сейчас? Воображение уже рисовало ей страшные картины — исполосованную ножом или удушенную, с черным вывалившимся языком Мэнди.
«Да нет же, нет, просто я схожу с ума. Я переутомилась — только и всего!» — попыталась успокоиться Габи, но, вспомнив, с какой настойчивостью Клаус выяснял, куда подевалось ружье, она снова ударилась в панику.
По каналу медленно прошло судно речной полиции. У Габи промелькнула мысль выскочить на причал и позвать на помощь. Правда, у нее был телефон и стоило только сделать один звонок…
Фантазия Габи уже рисовала ей заголовки газет: «Сумасшедший солдат убивает проститутку!», «Привычка убивать неистребима» и так далее.
«Стоп, дорогая, успокойся. Еще ничего не произошло…» — снова попыталась взять себя в руки Габи. Она уже решила подняться в комнату Клауса, когда скрипнула ступенька. Габи вздрогнула. В темноте кто-то неслышно спускался по лестнице. Белое неясное пятно медленно плыло вниз, и Габи невольно вспомнила о привидениях.