Наемник
Шрифт:
– Ну, пойдем куда-нибудь, лишь бы не сидеть на месте. Господи, я готов спорить, что сегодня в городе полно фанатов, наверное даже из Филадельфии приехали. А в день выборов можно знакомиться с кем угодно. А что, если я встречу какую-нибудь дамочку из высше-высших, и к тому же заядлую болельщицу сражений?
Направлявшийся в ванную Джо рассмеялся. Его самого вообще-то больше привлекала перспектива поехать в город на спектакль.
– Макс,- сказал он, не оборачиваясь,- ты будешь сильно разочарован. Все они одинаковые: и высшие, и средние, и низшие.
– Да?
– ухмыльнулся Макс в ответ.- Но я бы с удовольствием убедился в этом
7
В далеком прошлом Кингстон некоторое время был столицей Соединенных Штатов - когда армия Вашингтона отступила из Нью-Йорка, потерпев поражение, и правительство Объединенных Колоний провело свое заседание в этом городке на Гудзоне. Это был звездный час в истории города, после чего Кингстон отошел на задний план, как захолустный городок близ Кэтскилла, где-то на полпути между Нью-Йорком и Олбани.
В последние годы в городке разместился один из двух вербовочных центров, граничивших с военной резервацией. Всего таких резерваций в стране набиралось с десяток, и представляли они ненаселенную местность, где соперничающие компании и синдикаты могли выяснить отношения в бою - для этого требовалось разрешение Военного ведомства. И получить такое разрешение становилось все проще.
Спорные вопросы все чаще решались между соперничающими сторонами - будь то компании, корпорации или союзы,- не путем судебного разбирательства, а на поле брани. Тенденция усиливалась медленно, но неуклонно. С самого начала первой промышленной революции конфликты между этими структурами зачастую сопровождались вспышками насилия, сравнимыми иногда по масштабу с боевыми действиями. Одним из первых таких случаев явилось столкновение между вооруженным отрядом Западной Федерации Шахтеров и также-вооруженными «детективами», нанятыми шахтовладельцами, а затем и с федеральными войсками, посланными на защиту второй стороны.
В дальнейшем сражения участились, а с развитием телевидения стали происходить буквально на глазах у всей нации. Вездесущие репортеры из кожи вон лезли, чтобы донести подлинное насилие до телезрителей, и никогда еще их усилия не вознаграждались столь щедро.
Общество, основанное на частном предпринимательстве, так же заполняет вакуум, как и мать-природа. Стоит появиться желанию, которое можно было бы удовлетворить, получив при этом прибыль,- и пути к удовлетворению такого желания будут изысканы. На определенном этапе развития страны экономикой заправляли владельцы железных дорог, затем их сменили нефтяные магнаты Техаса, но к концу двадцатого столетия командные высоты постепенно захватили телекомпании. Ничто не пользовалось таким спросом, как зрелища, ежечасно подаваемые ненасытным телефанатикам, и решительно ничто не давало компаниям большей прибыли.
Постепенно зрители пристрастились к наиболее жестоким из программ, представляемых телевидением. Уже в ранние годы развития телеиндустрии было замечено, что самыми популярными темами у зрителей являются убийство и нанесение увечий, война и перестрелки. Музыку вытеснили звуки стрельбы, танцы заменила возня ковбоев, палящих друг в друга из шестизарядных револьверов на пыльных улицах.
Но со временем стал возрастать спрос на прямые телерепортажи об аресте преступника, желательно убийцы, о столкновениях соперничающих гангстерских группировок или крупномасштабной потасовке портовых рабочих
Когда же были предприняты попытки запретить такие передачи, то поднялась шумиха об ущемлениях свободы слова и права на информацию, которая финансировалась магнатами телеиндустрии, прекрасно понимающими всю выгодность таких телепередач.
Но вакуум, потребность, неудовлетворенные желания все равно оставались. Всё население имело хлеб насущный; транки были доступны всем. Оставалась потребность в зрелищах, свирепых, садистских зрелищах, и постепенно, в течение десятилетий, был найден путь, как в обход законов и традиций все же удовлетворить эту потребность.
Итак, путь был найден. Последнее соглашение по разоружению - Всеобщий Пакт о Разоружении - запрещало все виды оружия, изобретенные после 1900 года и предусматривало тщательные инспекции, но так и не избавило от страха перед войной. Этот страх явился поводом, чтобы дать возможность будущим солдатам, потенциальным защитникам страны, приобретать практические навыки на случай межгосударственного конфликта.
Постепенно общество все терпимее относилось к сражениям между корпорациями с использованием наемников. Вырабатывались правила проведения таких боев. Потом возникло соответствующее министерство, а затем - и Военная категория. Наемник стал ценным членом общества, его почитали как героя. Участие в битвах стало практически единственным способом повышения в касте при существующей социоэкономической системе, направленной на сохранение у каждого члена общества его статус-кво, обретаемого с момента рождения.
Джо Мозер и Макс Майнц брели по улицам Кингстона, на которых царил дух всеобщего веселья.
Это объяснялось не только близостью крупного, на уровне дивизий, сражения, но также и свободой дня выборов. Карнавал, праздник, фиеста - День выборов, когда каждый аристократ становится обычным человеком, а любой человек - аристократом, свободным от всех искусственно созданных ритуалов и табу, направленных на увековечение каст.
Карнавал! День только начинался, но на улицах было полно гуляк, танцоров, пьяных. Играла дюжина оркестров, жарилось мясо, было много пива.
Макс с воодушевлением предложил:
– Хочешь выпить, Джо? Или ты, наверное, больше любишь транки?
Он не скрывал, что ему нравится называть своего начальника по имени.
Джо призадумался на секунду, часто ли выпадала коротышке такая возможность - называть средне-среднего по имени.
– Транков не надо,- ответил он.- Я предпочитаю алкоголь, старинного друга человечества.
– Неужели,- усомнился Макс.- После спиртного на следующее утро страдаешь от похмелья, а после транков - просыпаешься с улыбкой.
– И с желанием принять еще транков, чтобы поддержать хорошее настроение,- сказал Джо с кривой усмешкой.- От алкоголя, даже если переберешь, не такие уж тяжкие страдания.
– Ну, это смотря как считать,- спорил со счастливым видом Макс.- Что ж, давай что-нибудь быстренько выпьем в баре для высших.
Джо огляделся по сторонам. Он не очень хорошо знал Кингстон, но, судя по фасаду здания, они были перед самым шикарным отелем города. Он пожал плечами. Конечно, бары, рестораны и отели для средней касты были более удобны, чем те заведения, которые он посещал, будучи низшем. Однако Мозер не испытывал желания немедленно попасть в место, предназначенное для высших,- не ранее, чем он законно, повысившись в касте, получит такое право.