Наемники
Шрифт:
Друзья согласились с местными законами и неспешно двинулись к столице государства. Пограничный пост остался позади.
Довольно долго путешественники молчали. Наконец Олан задумчиво сказал:
– Надо признать, кое в чем листонцы правы. Порлен действительно настоящий вертеп. Чревоугодие, разврат, пьянство… И мы, как это ни прискорбно, с радостью окунулись в адский котел. А ведь воины Света должны быть чисты в своих помыслах и стремлениях…
– Перестань болтать чепуху, – грубовато возразил Саттон. – Я согласен, графство, покинутое нами, далеко
Они стараются поймать в сети очередную заблудшую душу. Беднягу обдерут донага и превратят в безмозглого послушного раба. За личиной веры скрывается алчность и властолюбие. Подобные правила мог придумать только стареющий садист и женоненавистник. Женщины здесь находятся на положении рабочего скота.
– Так рассуждаешь ты, а не унимийки! – гневно воскликнул клон. – А если женщины довольны своей долей? Они выходят замуж, рожают и воспитывают детей. Никто не заставляет несчастных созданий становиться куртизанками. Продолжение рода – вот истинное предназначение прекрасной половины человечества.
– Справедливо, – вмешался в спор Стюарт. – Но в словах офицера и меня многое настораживает. Строгие меры соблюдаются лишь в тех случаях, когда существует угроза жестокого наказания. Тут-то и кроется главная проблема. Как увязать веру и преданность с добротой и милосердием? На Земле мы с Крисом не раз сталкивались с подобными вещами. Люди, проповедующие любовь к ближнему и отречение от мирских радостей, на деле оказывались лжецами, корыстолюбцами и развратниками. Слуги дьявола в церковных сутанах. Они беспощадны к прихожанам, потому что ненавидят их. Неограниченная власть губит душу. Религиозные государства часто держатся на крови…
– Вам мешает здраво рассуждать старый опыт, – не унимался оливиец. – Зачем переносить земные явления на здешнюю действительность? Абсолютно другая планета, совсем другие люди.
– Вот именно – люди! – повысил голос англичанин. – Общество развивается по единым законам. Хочешь ты это признать или нет, но цивилизация Тасконы сейчас ничем не отличается от тех земных стран, из которых аланцы нас забрали! На определенной стадии развития пороки и предрассудки у всех одинаковы. Когда я угодил в брюхо межзвездного крейсера, то думал, что сойду с ума. Переломить себя было невероятно тяжело. Мир Криса Саттона рухнул в преисподнюю. Не осталось ни идеалов, ни морали, ни цели. Жизнь превратилась в пустоту. Недаром наемников окрестили «мертвецами».
– А какое отношение имеет захват землян к Листону? – удивленно спросил Олан.
– Самое прямое, – горько усмехнулся воин. – Я вижу вокруг себя уродливую копию все той же «старой доброй Англии». Мой народ еще не дошел до такого абсурда, но его ждет та же участь. Если к власти придут религиозные фанатики, на тысячах людских жизней можно поставить крест. Ради собственного величия негодяи будут держать подданных в грязи, нищете и неграмотности. Управлять дураками всегда легче.
– Ты ошибаешься, – более спокойно
– Надеюсь на это, – вымолвил Саттон. – Одно уже ясно – расслабиться и повеселиться в столице нам не удастся.
Группа ускорила темп движения. Полдень давно миновал, и путешественники намеревались пообедать в каком-нибудь придорожном трактире.
Готовить пищу на костре никому не хотелось. Жить отшельниками посреди цивилизованного государства было бы глупо.
Примерно через час воины увидели впереди небольшую деревню. Удар пятками по бокам лошади – и животные перешли в галоп.
Отряд въехал в поселение с южной стороны. Сразу бросился в глаза охранник у дороги. Унимиец внимательным взглядом проводил чужаков, однако останавливать их не решился. У него совсем иные задачи.
В центре деревни возвышался угловатый шпиль церкви. Дома деревянные, невзрачные, бедные. Несмотря на разгар дня, улицы оказались совершено пусты.
– Интересно, где все жители? – произнесла Рона.
– Наверное, на полевых работах, – предположил Олан. – Наступила пора уборки урожая. У крестьян сейчас горячая страда, дорога каждая пара рук.
– Не исключено, – согласился Крис. – Но я не вижу даже стариков и детей…
Реплику англичанина оборвали странные звуки. Громкие металлические удары буквально оглушили путников.
По телу невольно пробежала нервная дрожь. Что-то в призывном набате было пугающее и жуткое.
Возле покосившегося строения воины заметили спешащих к церкви унимийцев. Не сговариваясь, друзья повернули лошадей. Спустя пару минут отряд достиг нужного места.
На крохотной площади перед храмом скопилось огромное количество людей.
Стюарт обратил внимание на мрачную одежду собравшихся – сплошь серые, черные, коричневые балахоны с высоким наглухо застегивающимся воротом и длинными рукавами.
О женщинах говорить вообще не приходится. Платья почти до земли, никаких открытых вырезов, на головах – темные платки, наполовину закрывающие лицо. Их внешний вид резко контрастировал с изящными нарядами порленских красавиц.
Там в моде – глубокое декольте, юбки чуть ниже колена, распущенные по плечам волосы и призывные открытые улыбки. Здесь же во внешности прекрасной половины человечества доминировали страх и отчаяние.
Изредка косясь на чужестранцев, местные жители не отрывали взгляда от центра площади.
– Матерь Божья! – вырвалось у Саттона. – Неужели безумие охватило и Листон?
– Ты о чем? – взволновано спросил Пол.
Вместо ответа англичанин указал на два столба, обложенных дровами и соломой. Шотландец тяжело вздохнул и недовольно покачал головой.
Теперь у землян рассеялись последние сомнения. К сожалению, в споре с клоном Крис оказался прав.
Вскоре на маленький деревянный помост возле церкви поднялся невысокий лысоватый мужчина в сером потрепанном одеянии. Тасконец поднял правую руку вверх, и крестьяне тотчас замолчали. С таким невероятным послушанием наемники еще не сталкивались.