Наездники
Шрифт:
Билли позвонил на следующий день. Дела идут прекрасно. Он соскучился за ней. Он вернется в воскресенье.
– Кев звонил тебе? Хорошо. Мандрика занял вчера третье место, а Бал немного выдохшийся. Я дам ему на следующей неделе отдохнуть перед мировым чемпионатом. Как продвигается книга?
– Прекрасно, – ответила Дженни, хотя и не бралась за нее. Она чувствовала себя виноватой, но в большей безопасности. Кев не даст ей умереть с голоду.
– Кстати, где ты была вчера вечером? – Спросил Билли.
Мысли Дженни запрыгали. – Я обедала с Хелиной.
– Это
Положив трубку телефона, она тут же позвонила Хелине и предложила поужинать в местном бистро. Когда она уже собралась выйти, ее задержал телефонный звонок. Звонил Кев. Она ждала целый день, сомневаясь позвонит ли он. Она обнаружила, что ничего не может есть, и только перекладывала еду на тарелке.
– Ты не беременна? – спросила Хелина.
– Нет, нет. Я такая ужасающе толстая, что воспользовалась отсутствием Билли и перешла на диету. И кажется, слава Богу, мой желудок сократился.
– Не говори мне об ужасном похудении, – вздохнула Хелина, – Руперт отказался от спиртных напитков до мирового чемпионата. Он потерял 10 фунтов и выглядит шикарно, но, ей богу, это заставляет его задуматься.
Первый раз Хелина отбросила свою чопорность. Руперт купил ей спортивную тунику и хочет, чтобы она одевалась как школьница.
– Но я не могу. У меня некрасивые колени и я боюсь, он опять начнет волочиться за женщинами.
Дженни, припоминая рассказы Билли о Тифани Бетгейт подумала, что Руперт уже занимается этим.
– Я хотела бы, что бы Билли хоть когда-нибудь посмотрел на другую женщину, – сказала она лениво.
– Было бы так забавно, вернуть его.
Дженни совсем не работала над книгой, но дом теперь выглядел просто чудесно. Женщины очень редко заводят связь с новым мужчиной, не задумываясь над тем, на ком он хочет жениться, хотя и отрицают это. Дженни Кали звучало посто чертовски ужасно; этого действительно не могло быть.
В субботу утром Дженни развила бурную деятельность, чтобы открыть их банковский счет, затем заколебалась, а потом торопливо приписала к нему расходную сумму, пошла и купила белый комбинезон из хлопчатобумажной ткани, белую холщевую юбку и две полосатые тенниски. Погода была такой хорошей, что она легла на солнышке. Она всегда может сказать Билли, что она печатала в саду.
Кев приехал в субботу после обеда и они занялись любовью. Оба были трезвы и получили от любви еще более острое наслаждение. Дженни сбросила еще 8 фунтов и чувствовала себя прекрасной опять. Потом они лежали, обнявшись.
– Билли звонил тебе? – спрсил Кевин.
– Да, не очень много радости. Иногда мне хочется чтобы он был человеком, который не так легко переносит проигрыши.
– Он – неудачник, – грубо ответил Кевин. – Давай называть вещи своими именами.
– Как мы все вместе будем жить в Ле-Риво? Билли так влюблен, что не будет ничего подозревать, что касается Энид, то тут я не уверена.
Внезапно его рассуждения были прерваны звонком у двери.
Это был член партии тори, собирающий голоса перед предстоящими выборами.
– Я как раз переодеваюсь, – крикнула Дженни из окна, – но вы
– Убрался бы этот чертов человек Каллагана куда-нибудь подальше, – выругался Кев.
Следующий раз звонок зазвонил, когда Кев закончил. Дженни нехотя подошла к окну. На этот раз это был представитель лейбористской партии.
– Нет, вам не нужно убеждать меня, вы можете расчитывать на мой голос, – крикнула она.
– Ну все. Я в любом случае должен уже уходить, – сказал Кев, вставая. Дженни устрашило то, что она почувствовала себя несчастной. Они вместе приняли ванну.
– Очень маленькая, – заметил Кев, вытираясь. Ты должна посетить мой jacuzzi в Санингдейле. Однажды ты это сделаешь.
Почувствоав себя немножечко счастливее, Дженни одела новый белый комбинезон, который еле прикрывал ее груди и больше ничего не стала одевать. Свежевымытые волосы разделились на две волны, ниспадающие на ее загорелые плечи. Когда Дженни стелила постель, она инстинктивно отбросила волосы, посматривая на Кевина-Улику, как она посмеиваясь называла его для себя. Она уговорила его выпить перед отъездом. Она была в гостиной, когда услышала шаги возле дома. Дженни подошла к окну. – Думаю, это представитель либеральной партии. О боже, это Билли.
– Все в порядке, – сказал спокойно Кев, – Билли говорил мне, какая ты подавленная, и просил меня, чтобы я заехал и поднял твое настроение. А у меня, по случаю, были дела в этих местах.
Дженни стоя у зеркала неистово расчесывала волосы.
– Как я выгляжу? Видно, что я только что из постели? – спросила Дженни.
Кев рассмеялся. – Ты всегда так выглядишь.
Билли был очень взволнован увидев их вместе. Его всегда бепокоило то, что они плохо ладили между собой, а теперь все будет гораздо проще. Он выглядел ужасно, совершенно уставший, волосы – один сплошной спутанный клубок, глаза чертовски осоловевшие. От него разило керри и спиртным. – Ему не помешало бы немножко Голд Спорт. – Подумала Дженни.
– Как прошли последние дни? – спросил Кевин.
– Чертовски плохо. Борьба была страшной, ведь каждый стремился попасть на международный чемпионат. Ты – счатливчик, если вообще получешь какие-либо деньги. Для тебя любимая, Арпедж. – Он также вынул свободную от пошлины бутылку виски.
– Твоя жена на диете, – сказал Кев. – Посмотри, как она шикарно выглядит.
– Потрясающе, – ответил Билли. – И дом выглядит прекрасно. – Он огляделся вокруг. – Действительно, ты должно быть много поработала. Я очень грязный. Мне нужно принять ванну и переодеться.
– Сначала выпей, – предложила Дженни, наливая в стакан виски на высоту трех пальцев. Она нервничала, опасаясь, что Кев мог остивить в спальне что-нибудь из своих драгоценностей. Билли с удовольствием принял предложение. Ему нужна была зацепка, чтобы отсрочить просмотр коричневых конвертов и банковского отчета. Они обсуждали мировой чемпионат – должен ли он выступать с Мандрикой или с Балом.
– Бал, то есть Магги Мил Эл – немного уставший. Я собираюсь дать ему отдых в ближайшие две недели.