Нано Юмор

Низеньков Вячеслав

– Ну и что эти цифры значат?

Теперь заорал уже Иван Иваныч:

– А я откуда знаю? Это ты же взялся переводить технический международный язык, а не я. И к твоему сведению, этот скафандр модернизирован нашим НИИ в отделе Марии Петровны. А у неё родной дядя на самом верху, – Иван Иваныч потряс указательным пальцем высоко над головой, потом, немного подумав, поправился:

– Ну, не на самом, конечно, но там… пониже …рядом… и немного правее! – он опустил палец пониже и сместил его немного вправо.

Василий,

внимательно следивший за пальцем Иван Ивановича, совсем поник, и на него жалко было смотреть.

– Эх, Василий, Василий!– крякнул Иван Иваныч, видя, что его доводы возымели действие над неокрепшей психикой Василия.

– Собирайся. Что сидишь, как на вокзале? Связь ещё проверить надо. А о том, что ты сейчас мне здесь наговорил, я так и быть забуду. Жалко тебя, выгонят с работы, а парень ты, вроде, неплохой. Глупый ещё только.

Василий, подняв мутные глаза, некоторое время переваривал сказанное Иван Иванычем. Потом хриплым голосом спросил:

– Правда, никому не расскажете?

– Ну заладил, – Иван Иваныч высокомерно усмехнулся:

– Моё слово – скала, Василий. Сказано никому, значит никому! Одевайся!

Василий, ободрённый словами начальника, вскочил с кресла и резво начал натягивать скафандр. Облачившись полностью и застегнув шлемофон, они проверили связь. Связь была, правда хрипело немного, но понять можно было, что в шлемофоне Василий говорил: «Раз-два-три, проверка связи»

Иван Иваныч, похлопав его по шлему, подтолкнул к шлюзовой камере. Когда за Василием захлопнулась автоматически дверь, Иван Иваныч сел в кресло и приготовился руководить действиями своего подчинённого.

Но руководить не пришлось. Подчинённый, выйдя из переходной камеры, запрыгал, как заяц, к стоявшему неподалёку «Буран, Вперёд». Допрыгав до спущенного трапа, он в два прыжка одолел всё расстояние и заколотил в закрытую дверь шлюза. Через некоторое время дверь отъехала в сторону, пропуская Василия внутрь, а потом так же захлопнулась.

На этом вся работа Иван Иваныча закончилась. Он облегчённо вздохнул.

Через пару часов дверь шлюза «Буран, Вперёд» отъехала в сторону, и к станции запрыгал Василий, уже более увереннее и профессиональнее, выполняя лунные прыжки.

А ещё через двадцать минут, сняв шлемофон, Василий с хода доложил:

– Надо лом, шеф!

– Что надо? – не понял Иван Иваныч.

– Лом надо. И всё! Пять минут делОв и полетели мы домой на Землю! – радостно доложил Василий.

– Простой лом что ли? – уточнил Иван Иваныч, удивлённый простотой технического решения Василия.

– Ну да простой лом, – заржал Василий, глядя на удивлённое лицо своего начальника.

– Я даже скафандр снимать не буду, сегодня всё сделаем, Иван Иваныч.

Но Иван Иваныч был «стреляный воробей», знал, что поспешность до добра не доводит, и поэтому, усадив Василия в кресло, приказал:

– Рассказывай!

– Ну

что там рассказывать – то? Ну впустили они меня внутрь, отстегнул я шлём, а на меня наезд! «Ты кто такой» – орут, и «Что гремишь тут, спать не даёшь честным людям!». А второй пилот прямо лезет и орёт: «Дайте я ему в рожу дам». Ну я тут на русском языке рассказал им, всё что думаю о них, о их «Буран, Вперёд» и о болте. Выслушали они меня внимательно, второй пилот сразу успокоился, говорит: «Сразу бы так и сказал, а то снял шлемофон и молчит, как рыба». Ну в общем, оказались они нормальные ребята.

Василий передохнул, отхлебнул чая заботливо поданного ему Иван Иванычем и продолжил:

– Показали они мне этот блок, что дымит и искры из него сыплются. А суть там в следующем. Их бортинженер хотел снять крышку сам, чтобы посмотреть, что там дымит и искрит. Начал крутить. А он не откручивается. Он его вправо, а тот никак, он его влево, а он ни с места, – здесь Василий заухмылялся, показывая, как бестолковый бортинженер откручивал болт.

– Ну и стал он его крутить по часовой стрелке! А результат? – подмигнул разошедшийся Василий.

– Ну?!?– нетерпеливо воскликнул Иван Иваныч.

– А в результате сорвал резьбу! – заключил Василий и откинулся на спинку кресла.

– Болт крутится, а не выкручивается и не закручивается. Резьба сорвана!

– Что же это за инженер такой, что не знает, в какую сторону болт надо выкручивать? – возмутился Иван Иваныч.

– Э-э, – махнул рукой Василий:

– Да какой он инженер? Журналист он. А на этот «Буран, Вперёд» его тётка троюродная пристроила в министерстве работает, чтобы он, значит, опыта поднабрался.

– В министерстве говоришь? – переспросил Иван Иванович.

Василий утвердительно кивнул головой.

– Ну тогда этого бортинженера лучше в докладе совсем не упоминать, – пробурчал Иван Иванович и уже в полный голос спросил:

– Ну, а дальше – то что?

– А что дальше? Дальше я сам покрутил этот болт. Бесполезно. Я, Иван Иванович, на ферме у дядьки тысячи таких болтов выкручивал на тракторах и вкручивал, а поэтому заявляю, что единственный вариант, это подцепить крышку ломом и вырвать этот болт вместе с крышкой к чёртовой матери, как говаривал мой дядька!

Немного подумав, Иван Иваныч спросил:

– А что других вариантов нет что ли?

Василий хмыкнул:

– Почему нет? Есть. Можно высверлить болт или сбить зубилом головку и снять крышку блока. Но как мне сказали космонавты, что ещё по древнему закону у них запрещены все работы по сверлению и стучанию. Кто-то когда-то и где-то просверлил космический корабль что ли, и пошла утечка воздуха, и с тех древних времён у них эти работы запрещены.

Иван Иваныч наморщил лоб, вспоминая. Он слышал об этом и поэтому не стал ничего уточнять, а поинтересовался: