Наперсточники
Шрифт:
– Да, лохов сейчас хватает! – глубокомысленно изрек наш собеседник. – Как же мне быть, как же мне быть? Я бы тоже не прочь обновить свой «мерседес» на шестисотый. Ах, Фитиль, ах, падла, переметнулся, значит.
Чтобы как-то вывести Гориллу из затруднительного положения, иначе он будет до обеда принимать решение, я пожаловался на Фитиля.
– Он мало того что обыграл нас на шесть тысяч, так еще и обокрал. У нас в кармане были заявки на участие в розыгрыше и остальные документы, а он их незаметно вытащил.
– Как вытащил? –
Я решил рассказать слезливую историю:
– Так! Когда мы поставили на кон штаны и проигрались, он подошел и, сочувствуя, поочередно обнял нас с Данилой. Документы лежали у меня в сорочке, в кармане, – я похлопал себя по груди, – а когда мы хватились, бумажек уже не было.
Горилла сразу поверил нам. Он, видно, слышал самую смешную часть из вчерашнего нашего проигрыша, как я остался в трусах, и поэтому задумчиво заявил:
– На Фитиля похоже. Он разденет до чего хошь. Ладно, ребята, вы идите, а я Фитиля сейчас найду, поговорю про «мерседес».
Данила тянул меня за руку. Пошли, мол, быстрее, иначе опоздаем. А я решил еще более увеличить свои шансы на получение бесплатной путевки в фонде «Вселенная» и предложил Горилле тоже поучаствовать в розыгрыше приза. Я сказал:
– Мы сейчас едем в Москву, как раз за этим, может быть, и на вас с женой заключить договор или взять хотя бы заявку? Глядишь, на дурака и выиграете в Сочи «мерседес»?
Горилла криво усмехнулся.
– Ехать аж в Сочи, чтобы тебя надули? Знаю я все эти штучки, сроду никто честно не играет.
Но приятная мысль стать обладателем шикарного автомобиля не выходила у него из огромной головы.
– Адрес конторы не дадите?
– Москва, Кропоткинская набережная, дом номер семнадцать, корпус три, запомнишь?
– Запомню, спасибо.
Я думал, что наш разговор закончен, когда Данила кивнул на высохшие елки.
– А рецепт правильной посадки деревьев тебя не интересует? А то снова будешь КамАЗ с елками заказывать, а они у тебя высохнут.
Не успел Горилла прореагировать на вопрос, как за его спиной показалась благоверная. Супругу себе он выбрал что надо. Нинель Сопель-Шереметьева, в простонародье Гориллиха, производила потрясающее впечатление. Казалось, она сошла с обложки рекламного журнала. Красивое лицо, стройная фигура и ослепительная улыбка резко контрастировали с угрюмой фигурой главы дома. От нее повеяло легким запахом дорогих духов.
– Что-нибудь случилось? – лучезарно улыбаясь, бархатным голосом спросила она супруга.
Горилла оказался не на высоте. Он простодушно заявил.
– Вот, ребята едут в Москву за путевками в Сочи, чтобы участвовать в розыгрыше шестисотого «мерседеса». А я думаю, туфта все это, между своими разыграют «мерс».
Оказывается, реакция у всех женщин одинаковая, что у Насти, что у Анны Николаевны, что у Нинэль. Как только они слышат про город Сочи, у них поднимается давление и они начинают обрабатывать мужскую половину. Нинэль не была
– Даже дети едут отдыхать, а ты меня в свадебное путешествие не то что на Багамы, даже в Турцию не свозил.
– Ага, – буркнул в ответ недовольный муж, – ты хотела, чтобы на тебя турки пялили глаза?
Данила, как всегда, вылез с советом.
– А ее можно было бы под покрывалом или чадрой за собой водить.
Такая мысль не приходила в голову Горилле. Он осмотрел свою жену, прикидывая количество материи, необходимое на покрывало, и обрадовано сказал:
– А что, мусульманки же ходят?
Я подумал, что сейчас начнется война, а Нинэль, не обращая внимания на реплику мужа, продолжала нас расспрашивать:
– А в какой отель вы собрались?
– «Принцесса Черноморья», – скромно ответил я.
Название подействовало на нее магически. Она, видно, сама представила себя в этом отеле принцессой. Теперь вопросы посыпались на нас градом.
– А о каком «мерседесе» идет разговор?
– Там среди проживающих будет разыгрываться шестисотый «мерседес».
Молодость и красота во всех рекламных клипах соседствует с умопомрачительными автомобилями. Красавица Нинэль представляла себя уже не простой принцессой, а принцессой, сидящей за рулем «шестисотого».
– Мы опаздываем, – напомнил я друзьям, и мы помахали молодой семье рукой. Я приблизительно догадывался, чем закончится у них разговор после нашего ухода. А тут предстояла еще своя собственная разборка.
– Какие шесть тысяч рублей вы проиграли? – не успели мы отойти на приличную дистанцию, как на нас с Данилой накинулась Настя.
– Какие, какие, те самые, что у меня были в заначке и которые я хотел потратить на путевку.
– Так ты с нами не поедешь? – Настя искренне расстроилась.
– Почему не поеду, может быть, мне в турагентстве сделают какую-нибудь скидку. Съездим, посмотрим.
После встречи с Гориллой у всех пропало желание шутить и разговаривать. Мы молча подошли к автовокзалу. Автобус чуть не ушел без нас. Купив билеты у водителя, мы сели в полупустой автобус. Впереди нас ждала Москва.
Глава IX. Чартерный рейс
Когда автобус тронулся, Настя спросила агронома Данилу.
– Объясни, пожалуйста, как надо сажать елки.
– Так, как сажает Горилла, можно двести лет сажать, и они никогда не приживутся.
– А как он их сажает?
– Неправильно. Корни у выкопанной ели на свежем воздухе живут от силы минут пятнадцать. Ель, как женщина, капризное растение. Если ты ее выкопал, то надо ее в мешок с сырой землей положить, чтобы они не высохли, и постараться как можно быстрее пересадить. Тогда, может быть, еще приживется. Поняла?
– Поняла. А теперь мне объясни, как вы без штанов остались?
Данила сконфуженно отвел голову в сторону.