Наперсточники

Щеглов Дмитрий

– В восемнадцатом и девятнадцатом. Только ты сначала постучись, – посоветовал ему Данила.

Бугай опрометью кинулся в отель.

– Что-то случилось, пойдем послушаем, – предложил наш новый дружок, оказавшийся довольно любопытным.

Мы с Данилой хотели последовать за Бугаем, скрывшемся в холле отеля, но Гарик потянул нас в другую сторону.

– Я тут все знаю, пошли за мной.

Он повел нас вдоль здания отеля по периметру опоясанного лоджиями. Хорошо, что кругом росли деревья и кусты, с одной стороны они скрыли нас от народа, спешащего на ужин, а с другой,

сверху, как козырьком мы были защищены нависающими бетонными плитами.

– Здесь, – шепотом сказал Гарик, прижимая палец к губам.

Мы и сами слышали, что здесь. Сверху доносились глухие удары в дверь.

– Кто там? – послышался голос Гориллы.

– Это я, Бугай.

– Ты что, позвонить не можешь? – выговаривал хозяин нумера, проворачивая ключ в замке. – Что случилось?

– Фитиль с Кузьмой погорели, – раздался басовитый голос Бугая.

– Где?

– В городе. На наперстках погорели. Мы решили немного покрутить их на пляже, а Кузьму с Фитилем забрали.

– А ты куда смотрел?

– Засмотрелся я, сам знаешь, глаза разбегаются, – виновато признался сбежавший подельник. – Теперь деньги надо платить, чтобы их освободили.

– Сколько?

Видно, Бугай показал на пальцах, потому что послышалась недовольная реплика Гориллы.

– Многовато что-то просят.

– А что делать? Выручай, займи, у нас столько нету.

– Что делать? Что делать? Не крутить на чужой территории. Ты же знаешь, я здесь – не хозяин. Иди теперь выручай вас, дураков, – Горилла ненадолго замолк. Молчал и Бугай. – Поступим так, – предложил Горилла, – я деньги даю, а вы, если выиграете «мерседес», мне его как долг возвращаете. Лады?

Слышно было, как Бугай засопел, но деваться некуда было.

– Заметано.

Я потащил друзей подальше от номера Гориллы, не дай бог выйдет на балкон и увидит нас. Накатившее волной мстительное чувство от собственного проигрыша врачевало мою душу. Так им и надо, жуликам. Мы стояли перед отелем, ожидая развития событий. Из холла показались Горилла и Бугай и молча сели в поджидавшее их такси. Волга скрылась за поворотом.

Приближалось время ужина. Постояльцы отеля, кто разодетый в пух и прах, а кто в шлепанцах, парами и в одиночку спешили в столовую.

– Мы тебе ложку потом покажем, – сказал переминающемуся с ноги на ногу Гарику Данила, – на ужин опаздывать нельзя.

Мы нырнули в свой номер. Анна Николаевна и Настя прихорашивались перед зеркалом.

– А вот и мы, – напомнил о себе Данила.

– Явились, не запылились, сколько вас ждать? – неприветливо встретила нас Настя. – Где были?

– Что ты на них нападаешь? Не сидеть же им в номере, пусть гуляют.

Спокойный тон, с которым Анна Николаевна воспринимала все происходящее в жизни, мне очень нравился. В кого, интересно, пошла Настя: в мать или в отца? В отца, наверное, – такая же дотошная. Собственным прайдом во главе с Анной Николаевной мы прошествовали на ужин. Стоя в сторонке, завистливым взглядом провожал нас наш новый дружок. Настя демонстративно отвернула в сторону головку, украшенную пышным бантом. Я не буду рассказывать про ужин. Данила показывал завидный аппетит,

и я от него не отставал. За столом шел светский разговор. Мы делились впечатлениями.

– Мне здесь нравится, – с полным ртом разглагольствовал Данила. – Кухня у них– одно объедение.

Настя лениво ковырялась в тарелке, мечтая о чем-то своем.

– Не вижу ничего хорошего, лучше бы на байдарках пошли.

– В Гиблалтар, – поддел ее обжора.

– Заткнись, лаболатория, – огрызнулась Настя. – Научись сначала правильно слова выговаривать.

Данила перестал жевать, обиделся, наверное. Он по слогам произнес трудно выговариваемое слово.

– Ла-бо-ла-ратория. Во, получилось!

Мы расхохотались.

– Позвоните домой, не забудьте, – напомнила нам Анна Николаевна.

Ужин подходил к концу, когда показалась Нинэль. Гориллы с ней не было. Я покосился в ее сторону. Интересно, знает ли она, куда укатил ее благоверный? Похоже, знала, потому что постоянно посматривала на площадку перед подъездом отеля. Умиротворенные вкусной едой, мы вышли из столовой. На крытой танцплощадке, молодой музыкант со стянутой в узел косичкой подключал синтезатор. Южный вечер легкими струйками воздуха шевелил листья на деревьях. В небе выписывали пируэты стремительные стрижи и ласточки. Благодать. Живи и радуйся. Анна Николаевна с Настей пошли очередной раз переодеваться, а мы с Данилой ломали голову над неразрешимой проблемой – недостачей в восемьсот рублей. Кому отдых, а кому сплошные переживания.

– Выкрутимся как-нибудь, – успокаивал сам себя Данила.

– В крайнем случае, мы тебя в чемодан посадим, так через границу шпионов перевозят, – с едкой усмешкой предложил я Даниле.

Мы пошли искать Гарика. Может быть, он что-нибудь придумал? Но тот как сквозь землю провалился. Потом подъехали Горилла и попавшаяся на бабки троица: Фитиль, Бугай и Кузьма. Потом мы из номера дозванивались до Москвы и нашего городка. Сказав, что у нас все благополучно, мы помчались на танцы и забыли о своих проблемах до завтрашнего утра.

Глава XIV. Алаверды Фитилю

А утром, не успели мы еще проснуться, как к нам в окно кто-то кинул камешек и замяукал.

– Выгляньте, – сказала Анна Николаевна, – похоже, неизвестную породу котов вывели, настырные какие, не скребутся, а камнями кидаются.

Мы втроем, я, Данила и Настя, вылетели на балкон. Внизу стоял Гарик.

– Спите еще?

Настя, увидев двуногого представителя кошачьих, повернулась и ушла, а мы с Данилой спросили:

– Ты где вчера был, мы тебя весь вечер искали.

Гарик оставил вопрос без ответа.

– Спускайтесь с товаром, покупатели есть.

Упрашивать дважды нас не пришлось. По-быстрому натянув шорты и майки, прихватив сумку с расписными ложками, мы с Данилой выскочили из отеля. Неужели он уговорил мать и она их возьмет в столовую? Хотя вряд ли, тогда он сразу бы сказал, что договорился с нею или, вернее, с отцом. В город ехать? Ну и что, если надо, поедем. Молодец наш новый дружок, зря мы над ним насмехались.

– Бизнесмены, – презрительно пробурчала нам вслед Настя.