Нареченные
Шрифт:
– Это потому что они не запечатлелись, а не из-за того, что он человек. Твоя семья не такая мелочная. Думаю, я тому доказательство.
– И все-таки Бишу лучше поостеречься. Если он будет пялиться на нее на глазах у дяди Бена, то пожалеет об этом.
Я решила, что нужно сменить тему.
– Слушай, а что такое Воссоединение? Калеб мне кое-что рассказывал.
– В принципе, это что-то вроде пикника, только не на воздухе, а в помещении. Это продолжается целую неделю. Члены Совета произносят заготовленные речи, потом всякие игры, танцы и угощения. А девушки, как кошки,
– Как грустно.
– Раньше было по-другому. Мама рассказывала, все проходило шумно и весело. Не было такого напряжения и отчаяния, как сейчас. Людям это нравилось, и они запечатлялись. Да, запечатлялись. Никаких важных шишек, – Кайл произнес эти слова с издевкой. – Запечатления обязательно происходили, и все радовались в предвкушении.
– Мне очень жаль, Кайл.
Он бросил на меня острый взгляд:
– А почему ты жалеешь? Твоей вины тут нет. Ты же не делала это нарочно.
Я почувствовала, как у меня открылся рот.
– Вот это да, такая перемена. Обычно ты говорил другое, – произнесла я тихо, наклонившись к нему.
Кайл повел плечом и грустно улыбнулся.
– Ты не виновата. Я просто сходил с ума. Но тогда, в бассейне, кое-что понял. – Я хотела остановить его и больше не возвращаться к тем событиям. – Просто послушай, – он ласково взял меня за руки. – Я знаю, вы с Калебом хотите быть вместе. Я действительно знаю. И если бы на его месте оказался я, он был бы счастлив за меня, – Кайл прикусил губу. Видно было, что ему больно, но он продолжал: – Я все еще люблю тебя. – У меня перехватило дыхание. – Это не изменилось и вряд ли изменится. Но ладно. Я могу любить тебя и оставаться твоим другом. Я могу любить тебя и быть твоей семьей.
Я заглянула в его мысли. Кайл был открыт и искренен, и он ждал, что я отвечу согласием. Это было положение, которое мы оба могли принять: он будет любить меня издалека, а я буду знать об этом, но любить Калеба.
– Звучит как настоящая пытка, – прошептала я. Он меня услышал.
– Я так хочу. Лучше быть с тобой как с другом, чем никак.
– Может, мне нужно ехать домой в Теннесси… а ты останешься? – Он хотел прервать меня, но я остановила. – Кайл, мне тяжело видеть тебя таким. Знать, что у тебя в душе, и не иметь возможности ответить взаимностью… Мне это не нравится, – я покачала головой и попыталась освободиться, но он не давал двинуться.
– А мне нравится. Я не хочу, чтобы ты убегала. Я сейчас сказал тебе это, чтобы ты знала: я отступаю и больше не буду надоедать. Я больше не буду… неудобным.
– Но ты страдаешь, – вздохнула я. У Кайла все было написано на лице, и я бы это увидела, даже если бы не умела читать мысли. Он мучился, внутренне и внешне. – Я не хочу делать тебе больно.
– А я не хочу, чтобы ты пряталась от меня. Мы друзья, и все. Я могу с этим жить.
– Слоняясь с несчастным видом и почти ни с кем не разговаривая?
– Мне нечего было сказать, – пробормотал он, запинаясь.
– Кайл…
Я огляделась вокруг и заметила Бек и Ральфа все на том же месте у бара. Они пытались выпросить у
Над такой идеей можно было посмеяться, но ему она казалась довольно здравой и логичной.
– Кайл, мне не нравится, что ты так расстраиваешься. Я бы очень хотела, чтобы ты выбросил эти мысли из головы.
– А я не желаю. Я хочу чувствовать то, что чувствую, – мрачно ответил он.
– Но я не хочу, чтобы ты переживал. – Кайл еще больше помрачнел. Ему казалось, что я чувствую к нему отвращение. – Я не чувствую к тебе отвращения, просто мне грустно. Ты мой друг. Ты был моим другом много лет, и мне не хочется видеть тебя несчастным, особенно из-за меня. Если бы я могла щелкнуть пальцами и вызвать девушку, с которой ты бы запечатлелся, я бы не задумываясь сделала это. Я бы много отдала, чтобы ты стал счастливым.
Он улыбнулся и медленно провел пальцем по моей щеке.
– Еще одна причина, почему я люблю тебя.
Я не успела ничего ответить, как в дверь ввалилась группа школьников и толкнула меня на Кайла. Он обхватил меня руками, чтобы я не упала, и его чувства тоже врезались в меня. Он хотел притянуть меня к себе, прижать мое лицо к своей шее и подержать в таком положении. Я быстро оттолкнулась от него, ладонью почувствовав, как бьется его сердце, но губы Кайла успели нежным поцелуем задеть мой висок. Кайл надеялся, что я подумаю, будто это произошло случайно.
Я прислонилась к стене, чтобы пропустить группу и отдалиться от Кайла, но он не отставал. Он удерживал меня у стены, сделав клетку из расставленных рук и оперевшись о стену около моей головы.
– Я мог бы поцеловать тебя уже пять раз, но не стал. Я пытаюсь поступать правильно, но хочу еще и быть честным. Давай ты перестанешь избегать меня, и все станет, как прежде? Просто Кайл и Мэгги. Друзья. Я придержу свои мысли при себе, а вы с Калебом можете делать… что хотите. Хватит стараться встать между вами, – он улыбнулся, явно довольный собой. – Обо мне не беспокойся. Я теперь большой мальчик.
– О, вижу, – я рассмеялась. – Ладно, но и я не та девчонка, к которой ты привык. Теперь могу и под зад тебе дать.
– Сомневаюсь, – он шаловливо потянул меня за кончики волос. Я крепко схватила его за предплечья и, надменно улыбнувшись, дала почувствовать свою силу, которая больше не была человеческой. – Е-мое! – испугался он. – Мэгс… ты чего? – он захныкал, пытаясь вывернуться из моей хватки.
– Испугался маленькой девочки, Кайл?
– Ой… ладно, ладно, перемирие! – он потер руку и уважительно ухмыльнулся: – Это у тебя после обретения силы?