Наро

Рене Луфф

Данила повернул на стоянку, где оставил автомобиль. Сел в салон машины и включил обогрев сиденья. «И что мне с ним делать?» – подумал он, разглядывая геометрические фигуры на широком браслете. С виду было похоже на отполированный до блеска металл серебристого цвета, но на ощупь вещь была шероховатой, с ощутимыми углублениями и бороздками, совершенно невидимыми глазу. «Наро, – усмехнулся он. – Незнакомый сплав. Что за материал? Я ведь современный человек и достаточно образованный, чтобы поверить в то, что со мной происходит в последнее время».

Данила

случайно надавил пальцем на одну из фигур – они вдруг плавно поехали по поверхности браслета и замерли в другом порядке. «Интересно. Что бы это значило?» – насторожился Данила и начал внимательно ощупывать браслет, пытаясь что-то изменить в системе выстроившихся фигур. Но… ничего. В автомобиле сработал телефон.

– Да? – сухо ответил Данила, хорошо понимая, кому понадобился.

– Доброе утро, – поздоровался мягкий голос его секретарши. – Данила Александрович, совещание остаётся в силе? Как наметили? В десять утра?

«Доброе ли?» – язвительно заметил про себя он, но девушке ответил иначе:

– Отмени. Буду позже, Ольга.

Данила сбросил звонок. «Еду к Филиппу, – решил он. – Надо всё рассказать другу. Занятно, что скажет Фил».

Глава 2

Только к нему

В просторном светлом кабинете в массивном мягком кресле с автоматической подставкой для ног сидела молоденькая брюнетка и, прикрыв глаза, что-то эмоционально рассказывала человеку в белом халате, высокому, худощавому, в круглых очках, который стоял у окна, скрестив на груди руки, и изредка поправлял яркий галстук. Выражение лица его при этом можно было назвать не иначе как насмешливой физиономией, которая с язвительной ухмылкой поглядывала то на часы, то за окно, то на посетительницу. Кабинет насквозь пропитался малазийскими благовониями, которые тлели в виде «лучин» по разным его углам. Человек в белом халате с иронией поморщил нос и зевнул, прикрыв рот рукой. Но зевнул, видимо, неоправданно громко.

– Вы слушаете меня, Филипп? – как струна, брюнетка вдруг вытянулась в кресле, и неестественно крупная грудь её заколыхалась на тоненьком теле. Она с упрёком посмотрела на человека в белом халате.

– Конечно, конечно, – на лице доктора мгновенно обнаружился внимательный взгляд. – Сожалею, но ваш час… Он уже истёк. Давайте продолжим наш разговор, скажем, в четверг?

– В четверг? – растерянно произнесла брюнетка и недовольно выпятила искусно сделанную косметологом нижнюю губу – Но у нас ещё осталось время, – возразила она. – Время – деньги.

– О, моя дорогая, ваше время истекло десять минут назад, но понимая ваши проблемы… Я старался быть сдержанным. Но увы, вы правы: время – деньги.

Брюнетка посмотрела на часы смартфона и раздраженно фыркнула.

– Раньше четверга никак? – смирилась она.

– Раньше никак, – развёл руками высокий человек в очках и направился к столу, на котором лежал планшет, зачехлённый в искусственно состаренную кожу. Он с важным видом заглянул в него и, побарабанив пальцами, произнёс:

–

Так, так. Я всегда в вашем распоряжении. Но столько клиентов. Четверг: в пятнадцать ноль-ноль.

– Заканчивай уже это… представление, – в кабинет психологической адаптации порывистой походкой вошёл молодой мужчина спортивного телосложения.

– Что-о? – скривились полные губы яркой брюнетки. – Кто это такой, Филипп?

Доктор равнодушно посмотрел на вошедшего поверх очков и спокойным шагом направился к клиентке.

– Кажется, нетерпеливый клиент, – наклонившись к брюнетке, шепнул доктор. – В прошлом боксёр.

– М-да? – брюнетка долгим, оценивающим взглядом измерила «в прошлом боксёра», не тронувшись со своего насиженного места. – Что-то не тянет на боксёра, – выразила она сомнение.

– Боксёр, уж поверьте мне, дорогая. В лёгкой весовой категории. – Вот туда присядьте, – указал доктор на свободное кресло человеку, вошедшему без приглашения.

Человек нехотя опустился в кресло.

– Я прошу вас, Моника, – доктор поцеловал ей руку, затем потянул легонько на себя, приглашая брюнетку подняться и покинуть кабинет. – Вы же видите, как он возбуждён. К тому же должен предупредить: этот клиент ещё и агрессивен.

– Он богат? – Моника продолжала занимать насиженную позицию.

– Вы же знаете, как популярен мой салон среди не очень бедных людей. Богат, – кивнул доктор.

– Что-то не очень похоже, – упрямо продолжала возражать клиентка.

– Очень, очень богат. Богат и несдержан, – добавил доктор, подняв указательный перст вверх. – С такими лучше не спорить, – он вновь легонько потянул её за руку на себя.

– Что ты там несёшь? – молодой человек потянулся в кресле.

Доктор проигнорировал вопрос, снял очки, сунул их в карман халата и протянул брюнетке глянцевую визитку с указанием точного времени приёма.

– Ну, хорошо, – брюнетка вздохнула, бросила визитку в маленькую сумочку, достала флакончик с духами, создав вокруг себя удушающий терпкий шлейф, и поднялась с кресла.

Проходя мимо нетерпеливого молодого человека, она умышленно направила флакончик в его сторону и пару раз нажала на распылитель.

– Что это? – рассмеялся молодой человек. – Мелкая месть? Или большая глупость?

Брюнетка повела худенькими плечами и, тряхнув тяжелым бюстом, вышла за дверь.

Доктор ослабил яркий галстук, затем снял его и с облегчением бросил на стол. Взъерошив не очень густые волосы на макушке, направился к двери и повернул ключ.

– Всё, теперь можно отдохнуть, – торжественно объявил он.

– Да, сизифов труд, понимаю, – с насмешкой поддел вошедший.

– Во-первых, давно не виделись, Данила, а во-вторых, правильно понимаешь, – заключил Филипп, совсем не удивившись беспардонному проникновению друга в кабинет. – Бессмысленная трата времени, но отнимает уйму сил. Избалованная девчонка: пластические хирурги, фитнес-тренер и ничего полезного для ума. Увы.

– Увы, – поддержал Данила.

Филипп потёр пальцами тщательно выбритый подбородок.