Нас не догонишь...
Шрифт:
– крепостной мост поднят?
– да, ваше сиятельство.
– кто они...
– поняв абсурдность своего вопроса, быстро поправился - Знамён или штандартов с ними нет?
– нет, господин комендант. Когда мне доложили о неизвестных, и я бросилась искать вас, мне вслед прокричали, что от отряда в сторону ворот направились два всадника. Наверное, для переговоров.
– ну, вот пошли и узнаем, кого это, на ночь глядя, к нам в гости занесло...
... Лия все последние дни не находила
– девушка в сердцах швырнула на топчан полотенце.
– он что получается, только из-за неё совершит такой переход. И по деньгам ведь тоже очень затратное предприятие. Она уже и не помнит, что наговорила графу, когда узнала, что и Серж собирается уходить вместе с отрядами навстречу неприятелю. По всему, тогда она сорвалась и поведала Стиву много лишнего, особенно, что она думает о его умственном и душевном состоянии. А теперь..., а теперь она просто ждёт, пытаясь работой заглушить неизбежную потерю, а ведь она уже вообразила и успела на мечтать, что любит...
Некрасиво получилось. Очень скомканное расставание. И хотя между ними и не было ни признаний, ни объяснений, но отчего-то же ей так тоскливо?
– Лия! Ваше сиятельство!
– а, кто здесь?
– меня послали за вами!
– перед ней стояла тяжело дыша одна из девушек ордена.
– там, э-э-э-э, там э-э-э-э...
– да, продышись ты! Чего-бежать-то так было!
– там это! Отряд большой всадников появился со стороны герцогства.
– девушка все-таки смогла справиться с дыханием и теперь выдавала скорострельно информацию респонденту - Они выслали представителей вперёд и те сказали...
– девушка посмотрела в глаза графине.
– они сказали, что прибыл ваш отец, госпожа!
Лия сорвалась с места и со всей скоростью понеслась по переходам замка в сторону ворот крепости...
– ...ты уверен?
– боронена Аливия де Кресс жена Алана вглядывалась в лицо своего номинального заместителя и по совместительству коменданта крепости - Если мы запустим в крепость такое количество воинов, это будет означать, что мы её не сможем защитить. Наши девочки и дети не в состоянии противостоять этим воинам в открытом бою. Если ещё есть шанс удержать их при попытке штурма на стенах с помощью луков, а запустив их в крепость, мы, по сути, сдадим её без боя.
– боя не будет госпожа! Я лично знаком с господином бароном, представителем графа. На подлость он не способен, хотя надо признать, это очень жестокий человек, как в прочем и сам граф. За Лией уже послали, она вот-вот будет здесь, хотя наверняка побежит не к нам, а сразу к воротам. Если мы покажем графу его дочь в целости и сохранности, нам ничего не грозит. А барон Дорен во всеуслышание объявил, что они прибыли к нам с мирными намерениями.
– это ничего не значит, граф!
– заупрямилась Аливия
– напротив, госпожа. Эти люди очень непростые и в империи, да и во всём обжитом мире, имеют свою определённую репутацию. И она...
–
– граф Хэренкок, отец нашей Лии необычный человек. Великий воин и человек чести. Он никогда не нарушал своего слова и имеет свои довольно экстравагантные принципы. О них говорить сейчас не будем, времени нет, но вот о его особенностях и слухах, бродящих по всему свету и связанных с ним, я скажу. Граф, в какой бы битве или сражении не принимал участие никогда, прошу вас заметить госпожа, никогда не терпел поражений. А бился он очень часто. Ходят слухи, что роковая любовь развела его по разные стороны баррикад с побратимом, и он, таким образом, забивал тоску по любимой и друге детства.
– вы мне рассказываете рыцарский любовный роман, который так любят читать наши девушки, мечтающие о своих рыцарях?
– усмехнулась баронесса.
– зря усмехаетесь Аливия! Я не сказал ещё ничего смешного. Повторюсь, он никогда не нарушает данного слова, и никогда не проигрывает. В империи довольно часто происходят междоусобицы между дворянами. И в последнее время много сражений и битв не состоялись только по одной причине...
– и какой же граф?
– за одну из сторон выступал граф со своим отрядом.
– и, что многие этому верят, о чём вы мне сейчас рассказали?
– раньше немногие... а теперь почти все. Во всяком случае, я таких дураков не встречал.
– но подождите. А он разве сам напасть не мог?
– а вот тут уже госпожа вопрос касается его экстравагантных принципов. Его люди никогда первыми не нападают, если конечно все законы и правила между благородными соблюдены.
– у такого человека боюсь друзей...
– вы правы! Практически нет. А ещё у него принцип, как и у его людей, который не прибавляет ему друзей из состава благородных это...
– граф немного помялся, а затем продолжил.
– в бою, его люди, пленных не берут. Если противник решился предпринять нападение, он уничтожается. ПО-Л-НО-С-ТЬ-Ю!!!
– да, на такого монстра сто раз подумаешь, прежде чем напасть. И, что даже против значительно превосходящих сил ему удавалось устоять?
– мало того, что устоять. Они все уничтожались!!! У него своё чувство справедливости, и купить её невозможно. Поэтому я и не удивился, когда узнал, что с ним попытались разобраться через дочь. Она у него единственная. Сын говорят погиб...
– его бы убили?
– несомненно!
– так почему, же он тогда, по существу, со всей своей армией пожаловал?
– не знаю, но могу предположить одно..., это все добровольцы вместе с ним. Наёмников он не жалует, все люди преданы ему лично. И говорят, что он ещё не разу не терял в боях своих людей. Раненные были, и даже покалеченные, но чтобы погибли, такого нет. И полагаю, он приехал просто мстить. Если бы с его дочерью что-нибудь случилось или не состоялся обмен, то считаю, с кочевниками было бы покончено. Он бы их всех под корень вырезал. Всех, включая женщин и детей со стариками!!! Кто-то очень красиво и вдумчиво подставил под удар, с пленом Лии, кочевников.