Нас не догонишь...

Москаленко Юрий

– её нельзя никуда отправлять, а если узнают посторонние...

– боюсь советовать - подумав сказал я.
– попробуй попросить моего учителя, чтобы он и ей уделил немного своего драгоценного времени.

– а ты сам разве не можешь?

– я ученик, я не маг.

– малыш не бойся. Даю слово, о тебе никто от меня не узнает. Обещаю не охотиться ни на тебя, ни на твоего учителя... помоги нам. Я так боюсь потерять своё сокровище -

она кивнула на сладко спящую у меня на руках девчушку.

Прикусил губу. Ну что-то такое я ожидал услышать. Предполагал, что моё признание этим и закончится, а если присоединить её к ушастой? Опасно! Перворождённая заинтересована в Хэрне, и в следствии этого и во мне, а вот как она отнесётся к ней, это вопрос. Отравит и не узнаешь...

– давай об этом чуть позже поговорим, а пока я бы хотел обсудить с тобой одно обоюдно выгодное сотрудничество...

– в чём сотрудничество?
– навострила ушки Кларен и словно специально вновь натянула ткань сарафана в районе своей не маленькой груди.

Как я не старался, а мой взгляд как магнитом тянуло к двум прекрасным валунам с неизменными вершинами. Судорожно сглотнул, но продолжил прерванный разговор, благо нить мысли удалось не потерять.

– я предлагаю тебе продавать лекарство, то есть наше молоко, страждущим. Дорого продавать. Пить его долго не надо, главное приступ пройти, а там уже только в качестве профилактики. У тебя все знакомые, и возможности людей ты знаешь лучше нас с Хэрном. С кого-то можно и серебряный взять, а с толстосумов и десяток золотых за кружечку мало будет. А ты сможешь. Не отказывайся сразу. Ты спасаешь жизни своим соплеменникам, а мы с Хэрном получаем деньги, да и ты заработать сможешь. Пятая часть всех заработанных денег твоя. стоимость одной кружки золотой. Возьмёшь больше, хорошо, в счёт этого сможешь продать неимущим намного дешевле.
– я посмотрел на смурное личико девушки - Соглашайся, Кларен! Это благое дело!!!

И всё-таки мы с ней договорились. Треть ей, остальное нам. Молодец она. Хватка у неё железная и принципами умеет манипулировать при необходимости, особенно когда за это светит не плохой куш. И ведь она реально была готова затащить пацана в кровать. Вот времена -- вот нравы! И ведь проговорилась, что чувствует мою реакцию на неё, а как только разговор зашёл о деньгах, причём о больших деньгах и о благополучии её дочери, то всё баловство, основанное на вечных инстинктах, уступило место нормальному желанию наживы. Теперь я должен каждый день носить ей наш надой, а в каком количестве определим опытным путём.

Прощание не долгое, только передать в руки матери её сокровище, чмокнуть в подставленную щёчку девушку, с удовольствием и тайным желанием, которое уже не для кого не тайное, прижавшись к ней своими губами, подхватив лук со стрелами и походный полупустой мешок с гостинцем для Хэрна и в путь, в сторону виднеющегося леса. Впереди посещение ещё одной обворожительницы, где вновь последуют атаки на мою утраченную целомудренность, если конечно можно так выразиться по отношению к мужчине.

На удивление,

на обратной дороге, когда я шёл по селу, не одна лядь ко мне не пристала. Уже собираясь повернуть на нужной улице в сторону дороги ведущей к лесу, как моё внимание привлекло беснующая толпа зевак не далеко от дома местного ходока в запретные земли, так называли макры места возле которых мы с Хэрном жили.

Не удержался и подошёл к весело галдящей толпе.

Большая клетка, выставленная на всеобщее обозрение, а там...

В мозгу отчётливо услышал мольбы о помощи.

Протиснулся к самой клетки, чтобы внимательнее рассмотреть причину нового веселья. От удивления я даже протёр глаза.

Собака, смутно напоминающая моего Черныша. Старая, если не древняя. Седой облезлый хвост. Перебитая передняя лапа. Собачка только при мне дважды пересаживалась с места на место. Её палками пытаются достать сквозь железные прутья детвора. Вот и заметил, что хромает. Большая собаченция, в холке с метр-метр двадцать будет если не больше, мне точно по грудь. Окрас не понятный какими-то пятнами, или от ран и запёкшейся крови или шерсть так местами вырвана. Зубки в пасти полыхнули алмазной кромкой, когда она наконец поймала и легко перекусила надоевшую палку-раздражитель, вызвав тем самым восторг у зрителей. Уши торчком немного погрызены, видно госпожа боец и не из последних.

– что Гури понравилась собачка?
– это сынок Aльена, охотника, что промышляет продажей живности включая как баранов и коз если конечно повезёт найти, до вот таких вот опасных особей.
– Нан которого победил твой хозяин хотел купить её и попробовать вывести новую породу бойцовых собак. Но не повезло. Аванс отцу пришлось вернуть, и он очень зол, в том числе на тебя. Собаку больше желающих купить нет, теперь батя выставил на право её прирезать.

– и неужели есть желающие?

– а ты думаешь! И не мало, вот только деньги никто платить не хочет. Предлагают всякую ерунду. Отец ждёт настоящих предложений.

Я глянул на собравшуюся толпу. Да я среди местной пацанвы и правда выгляжу как граф в своей одежде, да и оружие у меня у единственного имеется, не говоря уже о сапогах.

– а если я принесу что-нибудь интересное?

Рустэм почесал затылок, обдумывая моё предложение.

– пойду спрошу. Вы живёте у озера, а из нас никто туда не ходит. Проклятое место. Может и правда вы там, что-нибудь стоящее нашли. Жди здесь я сейчас.

Галдёж возле клетки немного поутих. Ребята с интересом и нескрываемой завистью рассматривают вблизи мой прикид и оружие, но вопросов никто не задаёт. Пару минут игры в молчанку и клетке раздвигая собравшуюся пацанву как ледокол льдины подошёл хозяин данного аттракциона.

– и тебе захотелось кровь собаке пустить?
– усмехнувшись в густые усы спросил меня охотник.