Наша
Шрифт:
Перед глазами тут же встала картина того, как в дыру просовывается совсем тоненькая ручка с еще более тонкими пальчиками и жадно хватает кусок черствого хлеба. Следующий импульс силы вышел намного сильнее предыдущих. Сердце сжалось от понимания того, до чего довели моих крох. Те пухлые ручки которые я помнил, были намного больше тех, которые видел и трогал полчаса назад.
– Тисс, – тихонько позвал самую смелую из сестер.
– Я здесь, Ри, – послышался приглушенный стеной голос.
– Попробуйте пролезть.
Попросил, а сам молил всех богов, чтобы
Сначала в дыре показались грязные пятки, затем ноги, а после, хоть и с трудом, немного оцарапавшись, появилась Тисси и крикнув в дыру, что все хорошо и Мисси может лезть следом, кинулась ко мне. Я же просто рухнул на колени и едва сдерживал слезы. От моей жизнерадостной Тисси остался скелет обтянутый серебристой кожей, под толстым слоем грязи, кудряшки больше не вились упругими спиральками, они висели грязными сосульками и только живые глаза малышки говорили о том, что она не сломлена. Я боялся обнимать ее в ответ, чуть не рассчитаю силу и сломаю, но когда в мои объятия кинулась и Мисси, я не удержался и как можно аккуратнее, обнял их дрожащими руками.
– Ты пришел, – тихо всхлипнула Мисси мне в шею.
– Конечно он пришел, – фыркнула Тисси. – Я тебе говорила, что он нас найдет, а ты мне не верила.
– Я пришел, – просипел перехваченным горлом и все же не сдержал скупых слез.
Если бы не жизнерадостность Тисси, то Мисси бы сломалась, но слава богам, они обе были живы и их внутренний огонь не угас. А их худоба… что ж, это поправимо. Доставим их к родителям и уж мама с бабушкой их обязательно откормят. Всех нас откормят. А Айджа, который не дал девочкам умереть, вообще на руках будут носить.
– Нам надо уходить, – прошептал в макушки малышек и мягко отстранился. – Сможете побыть сильными еще немного? – спросил и обе головки решительно кивнули.
На всякий случай просунул голову в дыру, чтобы убедиться в том, что в камере девочек больше никого не осталось и едва ли не взвыл от увиденного. Четыре стены и энерго шар висящий под низким потолком. Четыре стены и ни одной двери, не было даже крошечного окошка, только режущий глаза смрад, который я почувствовал еще от малышек.
Светловолосого айджа надо не только на руках носить… Мы никогда не сможем отплатить ему за то, что он сделал… Ведь наших крох оставили там умирать.
Но теперь все хорошо, они рядом и я о них позабочусь. Мы позаботимся, понял, увидев как по темному коридору, в нашу сторону быстро идет светловолосый айдж. Следом за ним шли мои няньки.
РИГ
Уходил по коридору прочь от своей, ставшей мне вторым домом камере, а сердце тянуло обратно. Умом понимал, что оставил малышек, о которых заботился более полугода, с их родным, старшим братом, но не смотря на чувствующуюся в нем силу, сомневался, что он сможет их вовремя вытащить и защитить. У меня были основания ему не доверять. Однажды он уже не справился, позволил украсть сестер. И если бы был хоть малейший шанс выбраться не оставляя самочек, я бы им
Массивная, железная дверь, единственный выход из этого адского подземелья. Стучу в условленном порядке, за столько лет, его ни разу не сменили. Самоуверенные засранцы. Без разбирательств и сожаления, с громким хрустом свернул шею открывшему. Здесь нет невиновных. Второй попытался оказать сопротивление, но даже измученный двумя боями, я легко с ним расправился. Слишком долго я ждал этого момента, слишком сильны во мне были злость и жажда мщения.
Мой путь легко можно было отследить, его устилали изломленные, безжизненные тела. Я ломал их кости голыми руками, рвал черными, острыми когтями. У меня была цель и я шел к ней не видя преград.
Арена в виде клетки. Сейчас вокруг нее пусто. Жадные до кровавых зрелищ зрители отсутствуют, сегодня они получили двойную порцию извращенных эмоций. Тела охранников.
Один.
Два.
Три…
Всего десять. В дальнем углу две фигуры закутанные в темные плащи. Ничерта не видно, кроме их светящихся глаз. Знакомая картина. Какое-то время изучаем взглядами друг друга. Они первые кивают в приветствии, показывая мне раскрытые ладони. Не представляют угрозы. О них меня предупреждал залиец.
Киваю им в ответ и иду дальше, туда, где прячется главное зло. Этот трус сам на бой не выйдет, скорее, попытается сбежать. По пути попадается еще несколько охранников, что ж, если они оказались настолько глупы и не воспользовались возможностью свалить из этой дыры, то смерть их найдет очень быстро. Так почему бы не от моих рук?
Конец пути закончился для меня закрытой дверью и стенами из того самого противного камня, который я ковырял двое суток, чтобы проделать дыру к самочкам, о которых заботился. Но этот мерзавец подстраховался и укрепил свое убежище энергией, да так, что она даже потрескивала от переизбытка мощьности.
Понимал, что мне не пробраться внутрь, но для собственного успокоения все же попробовал пробиться. Что ж, ожидаемо. Разочарование было столь сильным, что горчило на языке. Был бы я один, костьми бы лег, но разобрал здесь все по кирпичику, но я был не один и лишний раз подвергать опасности малышек, был не намерен.
Вернулся обратно. Проходя мимо клетки, заметил прибавление тел охраны. Остались еще отчаянные из вызванного подкрепления. Скорее всего, бедолагам не сказали, кто вырвался на воль. Что ж, проблема всех охранников была в отсутствии мозгов.
Возвращаясь в подземелье, прошел мимо двоих в плащах. На этот раз они тенями двинулись за мной. Немного напрягся. Не в моих правилах, подставлять спину незнакомцам, но угрозы от них я не чувствовал. Зато прекрасно ощущал, как меня покидают силы. Еще немного и я свалюсь. Надо срочно отсюда выбираться.
Подходя к своей камере, увидел в ней обнимающуюся троицу. Я впервые увидел самочек и их плачевное состояние выбило воздух из моих легких. Я отдавал им почти всю еду, но этого явно было мало. Не хотелось прерывать момент единения семьи, но времени у нас не осталось совсем.