Насильно твоя
Шрифт:
Вот с Лазарем было иначе. Он так меня выводил, что иногда рука сама тянулась за бутылкой, треснуть ему по голове! С Эмилем хотелось быть покорной — это доставляло какое-то примитивное удовольствие. От мысли «принадлежать ему» в животе возникало странное чувство. И в ногах тоже — они почему-то стали слабыми.
Официант принес бокал и подал на круглом подносе, застеленном белой салфеткой с оранжевым логотипом «Фантома».
Я взяла высокую ножку и поднесла вино к губам. Носа коснулся тонкий аромат винограда —
— Спасибо, — поблагодарила я за вино и чтобы развеять паузу.
Это было не неловкое молчание, Эмиль как будто не нуждался в лишних словах. А меня это угнетало.
Эмиль, как вином, наслаждался мной. Глотки коньяка, становились больше, он торопился прикончить бокал. Что его разволновало… я даже не пыталась соблазнить.
— Ты красивая девушка, — заметил он без улыбки. Просто факт и как будто не очень важный. — У тебя кто-то есть? Чем ты занимаешься?
Почему он спрашивает и при чем здесь моя красота?
Я легкомысленно покачала головой и улыбнулась — никого. Лазарь не в счет.
— Я танцую.
— Да? — он словно бы заинтересовался. — Ты сказала нездешняя? Откуда ты?
Вопросы он задавал отрывисто, по делу. Возникло ощущение, что я на собеседовании. Я поерзала, ощущая, как скрипит кожа дивана.
— Издалека. Я из маленького города.
О себе я рассказывать не любила. Дело не в том, что я что-то скрываю — просто нечего. Не о Лазаре же говорить и не о том, как я училась в школе. А больше в моей жизни ничего не было.
Разве что…
— Хочешь, я тебе потанцую? — я допила вино и грациозно поднялась.
Это то, что я умею и что люблю. Мне говорили, мое тело создано для танца — легкое, стройное, гибкое. А в танце оно еще и красиво.
Я встала перед ним и застыла, дразняще улыбнулась.
Сегодня меня тянуло на эротику. Свет, обстановка, прекрасный мужчина — я не знала, что еще танцевать, чтобы по-настоящему выразить себя.
Начала медленно — очень плавно, показывая свое тело и свое желание. Он смотрел не отрываясь. Откинулся на спинку дивана, но увлекся и подался вперед, чтобы не упустить ни одного движения.
Приоткрыл рот и пристально смотрел, словно хотел меня сожрать.
Я не собиралась его соблазнять, заводить — только показывала себя. Не знаю, зачем я это делала, но уже не могла остановиться.
Можно было закончить на чем-нибудь скромном, но его взгляд толкал дальше. Заставлял делать движения все более развязными. Мои пальцы скользили выше по ногам, поднимая подол. Ажурный верх чулок выглянул наружу.
Я танцевала почти в тишине — клубная музыка плохо проникала за дверь. Все что я слышала: глубокое дыхание Эмиля.
Я дразнила зверя и знала об этом. Дразнила, потому что не могла не дразнить. Как иногда совершаешь поступок, понимая, что потом
Дурость или желание поиграть с огнем?
Мои руки скользили по телу. По животу, ладони скользнули между бедер, поднялись наверх и я сжала собственную грудь. Извивалась, откровенно предлагая себя, а выражение лицо отчаянно кричало — мне хорошо, возьми меня.
Раньше я не делала так ни перед кем.
Нет, я танцевала перед другими. Перед Лазарем. Но и близко не так, как для Эмиля.
И мое тело отзывалось на движения — наполнилось сладкой тягучей истомой. Делая меня еще гибче, еще привлекательнее. Я видела по глазам: Эмиль понял, что я хочу его.
— Иди сюда, — велел он.
У меня участился пульс. Твердый взгляд и эта сладкая улыбка в сочетании с жестким голосом перепугали до полусмерти. Я его хотела и боялась одновременно.
Я остановилась под тяжелым взглядом, комкая на бедрах красный подол. Раскрасневшаяся, встрепанная, горячая после танца.
В этот танец я вложила весь нерастраченный огонь.
Внизу живота тяжело пульсировало, а белье стало влажным. Но я же просто танцевала… Я должна была его отвлечь, а не…
— Иди сюда, я сказал, — хрипло повторил он.
Глава 4
Я не девочка. У меня был парень. Но таких взрослых мужчин — никогда.
Глупо улыбаясь, я рассматривала жесткое лицо. Хотелось убежать, скажу честно… А еще, чтобы Эмиль подошел, притянул к себе и…
До жжения в мышцах тянуло взглянуть ниже пояса, но я и так знала, что у него стояк. Да ещё какой после моего танца… Но я смотрела в глаза, пресыщенные и хищные. В его возрасте мужчины слишком догадливы — он понял, что я возбудилась.
Я не двигалась. Застыла, предлагая ему выбирать, что дальше. Решай сам…
Одновременно с этим, словно защищаясь, я непроизвольно опустила руки и сжала подол до белых костяшек. И страшно, и сладко. Белье стало мокрым насквозь, а я еще не определилась, бежать или отдаваться.
Я звала его взглядом: подойди, умоляю… Я хочу быть твоей.
— Допросишься, — Эмиль поднялся с дивана.
На его фоне я почувствовала себя крошечной.
Если он сейчас подойдет, то тянуть не станет и оттрахает прямо здесь.
— Прости, — выдохнула я, отрезвленная его размерами и решительностью на лице. — Я пойду… Прости!
Я попятилась к двери, затравлено оглянулась. Сумочка осталась на диване… и черт с ней!
Мне до одури хотелось убежать и отдышаться где-нибудь на улице, подальше от этого мужчины. Потому что я сама не понимала, что происходит с тех пор, как увидела его в зале.
Я убью Лазаря, когда встречу этого засранца в следующий раз!
— Стой, — догнал меня горячий быстрый шепот. — Стой, маленькая… Не убегай.