Наследие Эксплара
Шрифт:
— Если у нас получится с ними договориться, — Арги улыбнулась хмурому лицу Ассура, стоявшего рядом с ней, — то постарайтесь не испортить эти отношения. Хотя бы сделайте вид, что вы не помните их злодеяний, — и ещё один голос добавился к правой шкале.
Урси голосовал последним. «Мы вновь бросаемся в неизвестность с надеждой на лучшее, — он не мог удержаться от усмешки, — сколько себя помню — всегда так поступал». И всё же пальцы предательски задрожали, когда он потянулся к кнопке. Его голос сейчас был решающим — проголосуй он «против», и кто-нибудь из Старшего Совета непременно воспользуется Словом Младших. Эта процедура использовалась, когда Старший Совет не мог прийти к единому мнению или разрыв
— По праву наследования… — эхом повторил Урси уже вслух, медленно нажав на кнопку.
Ассур открыл глаза. «Как я и предвидел, — он даже не посмотрел на показатели, молча свернув голосование на своём мониторе, — жаль только, что они не видят того же, что и я…» Видения будущего не раз посещали его с момента возрождения, но нот никому об этом не рассказывал. Будущее казалось слишком неопределённым и имело множество временных линий, чтобы смущать и без того встревоженный Совет. Потому Ассур молчал, хмуро наблюдая за скрытым ликованием соотечественников.
Молчал и Драго, взирая на результаты голосования. В жизни Союза только что наступил переломный момент, когда анимагены, создавшие Сопротивление, возвращались к своим истокам. К потенциальному врагу, однажды погубившему множество их друзей и подруг. Но сейчас им угрожала опасность не менее страшная, чем Эксплар и его «клеймённые».
— История рассудит, были ли мы правы сегодня, — глухо произнёс Эрфер, закинув руки за спину, — должно зачать сборы. Кто из Совета дерзнёт отправиться в логово врага?
— Я, — тут же вызвался Урси, уже ощущая вину за содеянное, — я полечу…
— Если ты думаешь, что Альвен сделает тебе скидку, потому что ты потомок души его брата, то боюсь, ты ошибаешься, — тут же сказал Каллидус, повернув к нему голову.
— Прошу прощения, Комендант, — Лункс лениво поднялся со своего места, — но я не позволю ему это сделать. У меня есть опыт в убийстве нотов, если что.
— Интересно… — протянул тот, скривив губы в ухмылке.
— Я полечу с ними, — Лупо утомлённо вздохнула, словно устала от их нерешительности, — вместе с командой. Двух отрядов спецназа беотов вполне достаточно, чтобы уйти при нападении.
— Больше трёх Старших Советников рискованно отправлять, — Ассур улыбнулся впервые за всё время совещания, — кто-то ещё желает?
Они переглянулись. Даже Советник образования — уже много для такой миссии.
— Думаю, мне тоже стоит отправиться, — Арги посмотрела на напрягшегося рыся, — изучить… техническое превосходство нашего противника, — и перевела колкий взгляд на неподвижно стоящую Лупо.
«Ох и вляпался же ты, Лункс, — хмыкнул Урси, слегка покачав головой, — надеюсь только, что всё не так плохо, как я думаю…»
— Вылетайте завтра на рассвете, — сухо сказал Каллидус, смирившись в душе с поражением, — мы переведём Третью и Седьмую эскадрильи к северному плато Моррат, на случай экстренного отхода.
— И будем надеяться, что ваша миссия окажется
***
Благодаря пеленгаторам «Огненной Линии», анимагены получили возможность смотреть по телевизору человеческие передачи из сигналов каналов «Белого Покрова». Анроты живо интересовались культурой и политикой людей из других стран, анализируя и сравнивая их поведение с нелианцами. Особенно им запомнились выходцы из Лимнерии, Союза княжеств, некогда бывших частью Татии и разорённой Ривании. Удивительно, как сплотились люди перед общей бедой, когда их некогда огромная страна распалась под влиянием других. Они смогли удержать космодромы в рабочем состоянии, договорились с соседями о поставке материалов для спутников и ракет, монополизировали полёты на орбиту и, тем самым, став богатым и процветающим государством. С намертво зависящей экономикой от Мраморного Дворца Эххи. К удивлению анимагенов, тринтары являлись правящей силой не только на Сарохаре, но и на остальном Аревире. Люди измеряли жизнь в деньгах, а не в спектре чувств, как это делали механические создания, вызывая у последних непонимание.
Впрочем, далеко не всё человеческое вызывало у анимагенов отторжение. В частности, они живо изучали манеры общения, социальные установки и даже какие-то исторические факты. К примеру, группа анротов и беотов три года назад, вдохновившись анимацией какого-то мультсериала про «супер-людей», решила создать собственную кино-вселенную и даже организовала студию в Миоле. Появились писатели, художники и музыканты, такие как Хара, примеряющая на себя свежий кожаный костюм. Пахнущий натуральной кожей, проклёпанный и со стальными вставками, он больше напоминал древнюю лёгкую броню чёрного цвета. Подтянув пояс со скалящимся хищной улыбкой черепом, зайчиха удовлетворённо хмыкнула и встряхнула головой, распустив длинные волосы.
— Вау! — восхищённо воскликнул Хиру, незаметно просочившись в комнату родителей. — Это тебе люди привезли?
— Нет, этот я сшила сама, — она шутливо стукнула его в плечо и улыбнулась, — решила перепроверить, всё ли хорошо сидит. А то после вчерашнего мне кажется, что программа регулирования тела дала сбой и я растолстела на пару кило.
— Тётя Кари умеет готовить, — подтвердил медвежонок, — а правда, что дядя Лункс хочет отдать нам ваш «броневичок».
— Ох, как давно я не слышала этого названия, — протянула Хара, расплывшись в улыбке, — сколько воспоминаний… да, он хочет это сделать, — опомнилась она, кивнув просиявшему сыну, — и я обеими руками «за». Нам он уже вряд ли пригодится, а вот вы, быть может, будете путешествовать по Кайлити. Ну, когда всё утрясётся.
— Ну вот, — притворно расстроился Хиру, — а я хотел как раз доехать до Рахнака.
— Рахнак… — зайчиха перестала улыбаться. — Дурацкий город.
— Ты не хочешь вспоминать об этом? — смутился тот, увидев её выражение лица.
— Я бы хотела, чтобы всё было по-другому, — она подошла к лежащей на овальной кровати гитаре и взяла в руки, — в Рахнаке погибло много хороших людей.
— Айк Менол? — Хиру кивнул. — Тётя Эри мне о нём рассказывала…
— А она рассказала тебе о своей младшей сестре, Кэли Менол?
— Нет… Но я не спрашивал конкретно у неё. Я слышал это имя от Ремуса, но тот тоже толком ничего не знает.
Хара кивнула, со вздохом опускаясь на выдвинувшийся из стены складной стул. «Как же много времени прошло с тех пор», — перед глазами всё ещё мелькала задорная улыбка Кэли, первого человека, не считая Мастера, который помог ей в трудную минуту. Как она усердно мыла её шерсть, приговаривая, что каждая девочка хочет быть красивой. Как радовалась, когда Хара взяла её на плечи. И, разумеется, когда открыла ей самое дорогое — свою фантазию, выраженную в рисунках.