Наследие Эксплара
Шрифт:
— Это был долгий день, — утомлённо сказал Альвен. Чёрный плащ с шуршанием касался бархата, и он, отстегнув фибулу, снял его и повесил на руку, — иногда, я жалею, что я не владею телекинезом, как Консента.
— Почему же?
— Не хочется двигаться, когда ты дома, — он открыл створку с помощью консоли и зашёл внутрь, хлопнув два раза в ладоши.
Куполообразный потолок озарился шестью лучами ламп-прожекторов, мягкой аурой отразившихся по всей немалой площади гостиной. Как и в аудиторию Консилиума, сюда вели четыре входа, но сам масштаб поразил
— Располагайся, — Альвен небрежно бросил плащ подлетевшему шарообразному роботу с двумя маленькими манипуляторами. Тот загудел, анализируя маршрут с закрытыми сенсорами, и полетел в сторону массивного шкафа из тёмного дерева, автоматически раскрывшего створки.
— Полагаю, у тебя есть важная причина, по которой ты просил меня не сообщать о своём уходе Лупо? — Урси неспешно прошёл к одному из широких диванов, кольцом расположившихся вокруг небольшого стеклянного столика и сел, провалившись в синтетическую набивку его подушек.
— Вполне, — тот с трудом отстегнул знак Прокурартора и бросил на металлическую поверхность барной стойки вдоль одной из стен, — не желаешь чего-нибудь выпить?
— Думаю, мой механизм не переработает алкоголь, — покачал головой беот, повернув к нему голову. Альвен деловито вертел в руках тёмную бутылку с лавандовой этикеткой, — разве это не пагубно сказывается?
— Не знаю как у вы, а мы давно адаптировали его под смоул, — Прайм со вздохом поставил бутылку обратно на зеркальную полку и вытащил пузатую ёмкость с аквамариновой лентой и красной жидкостью внутри, — химия — довольно занимательная наука. Попробуй как-нибудь поизучать на досуге.
— У нас на это нет времени, — соврал Урси. На самом деле, ему это было попросту неинтересно, в отличие от Кари, которая всегда любила поговорить о своём любимом ремесле.
— Как скажешь, — не стал спорить Альвен, снимая китель и положив его на спинку соседнего дивана, — и всё же, я налью тебе рюмку, если появится желание, — он поставил на выдвинувшийся серебряный поднос «пузырь» и две хрустальные рюмочки и спустился по трём ступенькам вниз. Его белая рубашка просвечивала, вырисовывая очертания сизого тела.
Урси оглянулся ещё раз. В помещении располагалось ещё несколько таких столиков с диванами, а посередине горел яркий столб света, переливающийся внутри жидким воском. Альвен ещё один раз хлопнул в ладоши и свет на потолке почти погас, оставив двух анимагенов в сумерках, где плыли оранжевые облака.
— Закуски! — потребовал Прокуратор, обращаясь к бочкообразной базе роботов у кухонного стола.
Загудев, шарообразные дроны засуетились, с немыслимой скоростью начиная готовить продукты. Урси приподнял бровь — помимо примира и смоула на кухонной стойке явно нарезалась зелень и серое мясо, а внутри одного из роботов допекалась картофельная запеканка. Не прошло и трёх минут, как два дымящихся блюда стояли на стеклянной поверхности
— За будущий союз «Огня» и «Кайлити»! — провозгласил нот, подняв рюмку. Красноватая жидкость резко пахла спиртом и пряными травами, от которых у Урси даже заслезились глаза, когда он поднёс её ко рту. Он совсем не хотел пить, но снисходительная улыбка Альвена и довольно весомый тост, сломили сопротивление беота.
— За союз! — согласился он, легонько ударив стенкой рюмки о ту, что держал в вытянутой руке Прокуратор. Удовлетворённый Альвен залпом выпил содержимое рюмки, и, закашлявшись, тут же закинул в рот кусок запеканки.
Сглотнув, Урси последовал его примеру. Медвежья пасть не позволяла проглотить напиток сразу, поэтому когда красная жидкость огнём обожгла язык и щёки, он закашлялся и поспешно закусил серым примиром, который бытовые роботы услужливо порезали на аккуратные кубики. Слёзы брызнули из глаз, когда она добралась до фильтра, просачиваясь внутрь горла.
— Первая всегда колом, — добродушно рассмеялся Альвен, глядя как тот торопливо пережёвывает примир, запивая маслянистой чёрной жижей.
— Что-то подобное я уже видел, — хрипло произнёс Урси, когда жжение отступило, — Вульпи рассказывал, что его однажды напоили чем-то подобным.
— Сильно сомневаюсь, что ему удалось попробовать настоящую лимнерийскую водку с корицей и гранатом, — тот быстро разлил по второй рюмке, несмотря на протестующий взгляд медведя, — всё же, лимнерийцы мастера крепкой выпивке и не менее крепкого словца, прошу заметить.
— Тебе откуда бы об этом знать? — алкоголь разбавил его смоул, заставив механизм давать сбои. В глазах поплыло, а в голове зашумело. Не чувствуя присутствия «истинного» мира, он тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться.
— История, брат мой, — Альвен откинулся на спинку дивана, полуулыбкой наблюдая за тем, как пытается сохранить контроль его собеседник, — мы не сидели сложа руки. Мы изучаем Аревир также тщательно, как он изучает нас. Мы знаем слабости и уязвимости людей, их сложные моменты в Бытии, неприятные темы, затрагивающие всю мировую политику. Их нельзя недооценивать, но зато они могут и должны недооценивать нас.
— Ты же говорил, что у вас нет связей с внешним миром, — сознание немного прояснилось. Водка разлилась по всему механизму, постепенно начиная скапливаться в «отходных» органах.
— Постоянной связи, естественно, нет, — согласился тот, — но никто не говорит, что это единственный способ узнать о мире. В конце концов, в Нелии всё ещё много людей, которые охотно поделятся знаниями о других странах. За определённую цену, конечно.
— Мародёры? — Урси хмыкнул. — Сталкеры, диггеры, пираты, наёмники… они знали немного…
— Даже когда они были частью Сопротивления, они не желали сотрудничать, — заметил Прокуратор, — они просто сбились в кучу, как стадо овец при нападении волков. Но они и не собирались мириться с вашими идеями, потому и покинули «Огонь» сразу же после войны.