Наследие прошлого. Прогресс

14 июня 2085 года. Станция «Прогресс». 48 часов после инцидента.

– Это какая-то хрень – произнес Александр. – Я до сих пор не могу поверить… они это сделали. Но почему?

– Сочувствую, Саня. У тебя вроде дочка с женой там остались, может все будет в порядке – склонив голову, произнес Сергей.

Саня вскочил на ноги и схватив за шиворот говорящего.

– Засунь свое сочувствие себе задницу! Понял?

– У всех нас там остались близкие, держи себя в руках, ты инженер кто

– А на кой она нам теперь? Ты понимаешь, что мы возможно последние космонавты в истории ?

Они переглянулись, инженер отпустил товарища и поправил форму товарища.

– Ладно, ты это… не держи зла, чет меня переклинило. – сказал Александр и подошел к смотровому стеклу своей каюты.

Поверхность планеты была закрыта клубами пыли и дыма, изредка на глаза попадались чистые участки неба сквозь которые была видна выгоревшая поверхность. Это было страшное, но завораживающее зрелище: экватор был полностью затянут выбросами пыли и пепла, в то время, когда полюса оставались такими же белоснежными, какими их помнил экипаж станции.

– Сань, забыли, я все понимаю. – сказал Серега и похлопал товарища по плечу.

– Слушай, а где наш капитан? Я его уже сутки нигде не видел.

– Наверняка, в центре связи сидит, он все пытается связаться с кем ни будь из ЦКП (центра управления полетами), но как по мне, после такого, вероятность исправной работы электроники, примерно процентов десять.

– Ну не скажи – как то озадаченно произнес инженер.

– Что … – начал было товарищ, но был прерван системой оповещения.

– «Кх, хм. Внимание, всем пройти в сборочный цех.

– А вот и Егорыч, прям как чувствует, что мы о нем говорим.

– Аа, Серёг, кстати, еще хотел у тебя спросить. Ты же у нас за электронику отвечаешь. Вот ты сказал, что процентов десять вероятность нормальной работы оборудования после электромагнитного выброса такой силы.

– Ну да. Ты это к чему ведешь то?

– На Прогрессе перезагрузка систем происходит раз в двадцать четыре часа, перед выходом станции из ночного режима. Это я к чему, ты же помнишь ту консоль, которую изначально хотели использовать для удаленного мониторинга систем кораблей? Идею ту полноценно так и не реализовали, и датчики с обратной связью, устанавливали лишь на прототипы кораблей, а ту консоль я переделал под своеобразный проигрыватель фильмов, а так как эта консоль запитывается не от основной системы, а от резервной, ее не нужно каждый день перенастраивать.

Сергей, то ли с осуждением, то ли с удивлением посмотрел на коллегу.

Да не смотри ты так, знаю я, что это непрофессионально, но сейчас не об этом. Так вот, я уже два дня не могу нормально спать и практически все время провожу в инженерном отсеке. Сегодня, при выходе из ночного режима, произошел скачек напряжения, который, видимо, затронул не только основную, но и резервную систему.

– «Кхх.. кх. Повторяю. Всему персоналу станции пройти в сборочный цех.» – донеслось из динамика.

– Ладно, Серёг, после договорим. Только ты пока молчи о том, что я рассказал.

– Ну ты молодец, конечно, такую интригу

Секции станции были соединены между собой по круговой траектории и образуют замкнутое кольцо диаметром в полторы тысячи метров сотен метров. Само кольцо соединено с главным модулем, находящимся в центре конструкции, посредством четырех главных коридоров диаметром около двух метров. Такая конструкция позволяла воссоздать искусственную гравитацию в условиях ближнего космоса за счет центробежной силы, возникающей при вращении кольца.

Соединительные коридоры снаружи заключены в фермы для придания конструкции жесткости, изнутри же они представляют собой цилиндрический проход обшитый алюминием и термостойким материалом, под которым надежно скрыты энергомагистрали идущие от главного реактора к распределительным центрам на кольце. Основным назначением таких коридоров является перемещение экипажа станции от кольца к главному модулю, именно с этой целью в коридоре параллельно друг другу были установлены лестницы, так как эффект искусственной гравитации не распространяется дальше кольца.

Главный модуль сам по себе выполнен в форме шара приплюснутого с полюсов, именно на полюсах расположены универсальные приемно-стыковочные модули, предназначенные как для стыковки космических аппаратов, так и для приемки и обслуживания небольших спутников.

Товарищи прошли по закрученному коридору через несколько цилиндрических секций диаметром около пяти метров. После, поплыв через соединительный коридор «#1», парни попали в приемник главного модуля, своеобразную прихожую, в каждой из которых находились универсальные костюмы, положенные по технике безопасности.

Костюмы состояли из сверхпрочного полимерного материала и были разработаны специально для экипажей космических кораблей. Такие костюмы существенно отличались как от стандартных современных моделей, так и от устаревших моделей 20-х годов и представляли собой полноценный облегченный комбинезон, гермоклапан которого, для удобства, располагался впереди, перчатки и магнитные ботинки которого были унифицированы и присоединялись отдельно посредством магнитных замков. Одним из наиболее важных элементов костюма являлся шлем: он напоминал шлем легендарных спартанцев, с тем отличием, что выполнен од был не из металла, а из полимерного материала и пристегивался магнитным замком к костюму, впереди, там же где у шлема спартанцев было открытое пространство, этот шлем был оборудован стеклом.

Товарищи прошли в главный ремонтный цех и не найдя там ни единой души направились на капитанский мостик, откуда производилось управление станцией, со стороны которого доносился какой то шум.

– Стоять на месте, Патински и скажи этому ублюдку, чтобы он бросил лом или я выстрелю ему в руку! В любом случае, этот лом окажется на полу! – Кричал капитан глядя то на Зака, то на Стена Джонсона, держащего в руках старый проржавевший лом.

Зак посмотрел в глаза стена, они были полны безумия и отчаяния. Тогда он медленно приблизился к нему.