Наследие
Шрифт:
– Новое землетрясение?
– Да, – Зулу облизал губы. – Значит, вы слышали об этом?
– Да, – сказал Скотт, – я слышал, точно. Доктор Маккой рассказал мне о них, хоть и вкратце. И о той твари, что была их причиной, он тоже рассказал, – той, что отравила мистера Спока. – Он снова выругался, на этот раз гораздо громче. – Если эта тварь могла сотворить такое с вулканцем…
Рулевой закончил мысль про себя: представь, какие повреждения она может нанести человеку.
– Ладно, – сказал Скотти, – мы ж не можем их просто списать. Мы должны
– Разрешите сделать это, – вызвался рулевой.
– Разрешаю. Но держите нас в курсе. Я б не хотел больше сюрпризов, лейтенант, – понимаешь?
– Прекрасно понимаю, – заверил его Зулу. Он закрыл коммуникатор и повернулся к стоявшим рядом. – Вы слышали его. Идемте.
Из всех них колебалась лишь Эллис. Ведь это место было ее находкой. Она задержала на нем взгляд, но только на миг. Затем она присоединилась к остальным, и они двинулись в сторону гребня.
Лейтенант-коммандер Монтгомери Скотт сидел в капитанском кресле и барабанил пальцами по подлокотнику. Ему было тошно. Если б ему хотелось отвечать за четыре сотни живых душ, он бы не пошел в инженеры.
Уголком глаза он заметил, что Ухура смотрит на него. Он повернулся и увидел выражение ее лица. Это была смесь тревоги и неуверенности, но также и сочувствия –так она хотела сказать ему, что он был не одинок в своих чувствах. И в конечном итоге это сработало. Он почувствовал, что будто сбросил небольшую часть тяжести со своих плеч.
Но ни в коем случае он не мог совсем расслабиться. Только не тогда, когда капитан и его партия пропала, Спок – в лазарете, а чудовищная тварь где-то поблизости от группы Зулу и может расправиться с ними прежде, чем они выполнят свою задачу.
Поднявшись с командирского кресла, Скотти сделал два шага к экрану переднего обзора, где Октавиус Четыре представал в виде изгиба в сине-зеленых тонах, смягченного белыми формациями облаков. Он сцепил руки за спиной и уставился на планету.
Этот мир выглядел таким чертовски гостеприимным, когда они легли на орбиту вокруг него. Совсем не так, как смертельная ловушка, которой он оказался.
Павел Чехов взглянул на него со своего обычного места за навигационной консолью. Скотти было совсем нетрудно угадать, что было у него на уме.
Он предпочел бы быть на поверхности планеты, как Зулу, что-то делая, а не сидеть тут сиднем и ждать.
Главный инженер не порицал его. Дьявол, он чувствовал то же самое. Ничего не было труднее…
– Мистер Скотт?
Он обернулся на голос Ухуры. – Да, лейтенант?
Выражение ее лица изменилось, но не к лучшему. – Сэр, адмирал Ковальски вызывает по подпространственной связи. Он хочет поговорить с капитаном Кирком.
Здорово, подумал Скотти. Как раз то, чего мне нужно – общение с шишкой из Звездного Флата, в то время, когда я должен сосредоточиться на том, как вернуть наших ребят.
– Дайте на экран, – приказал он с видимой неохотой.
Адмирал был высоким элегантным мужчиной с легкой сединой в волосах. Один
Однако же, Ковальски выказал некоторые признаки удивления, обнаружив на мостике Скотта вместо капитана.
– Я просил разговора с капитаном Кирком, – сказал он, хорошо управляя голосом, чтобы не показалось, что он жалуется.
Скотти глубоко вздохнул.
– Я – лейтенант-коммандер Скотт, сэр. Капитан Кирк и три члена команды отсутствуют, потерялись на поверхности планеты. Мы делаем все, что разыскать их, даже и теперь, когда мы разговариваем.
Ковальски чуть нахмурил брови.
– Отсутствуют, – повторил он, переваривая информацию.
– Верно, адмирал. А теперь, ежли у вас есть чего сказать мне, прошу вас сказать скорее. Мне нужно уделить все мое внимание поискам.
Человек на экране, казалось, немного заколебался, будто что-то взвешивая перед тем, как заговорить.
– Ваши поиски придется отложить, коммандер Скотт. Вам отдается приказ немедленно отправиться к горнодобывающей колонии Бета Кабрини. Мой служащий передает вам краткие данные и координаты.
Секунду Скотти просто стоял разинув рот. Затем он не выдержал и взорвался.
– Да вы знаете, чего говорите? – спросил он адмирала. Главный инженер неистово потряс головой. – Я ж не могу бросить капитана там, внизу!
Ковальского эта вспышка, казалось, совершенно не тронула.
– Я совершенно точно знаю, что говорю. А вы? Скотти сжал зубы и сдержался. Ты никому не сделаешь лучше, выходя из себя, подумал он, – и менее всех капитану.
– Адмирал, у меня есть обязанности по отношению к капитану и команде его корабля. Я ж не могу просто взять и покинуть их по первому слову.
Взгляд адмирала стал жестким, но голос остался под контролем.
– Коммандер, – сказал он, – Колонисты Бета Кабрини находятся в непосредственной и смертельной опасности – все двести восемьдесят четыре человека. Ваш корабль единственный находится достаточно близко, чтобы оказать помощь.
В непосредственной и смертельной, конечно, подумал Скотти. Леденящая кровь фраза. Но сколько раз они выжимали из двигателей все возможное и невозможное, идя на зов о помощи, – только чтобы потом обнаружить, что опасность была не такой уж большой или непосредственной, как им давали понять? С другой стороны, что, если Ковальский был прав? Что, если колония действительно в серьезной опасности?
– Итак, – продолжал Ковальски, – я ценю вашу заботу о членах вашего экипажа, но она не может подменить обязанности Звездного Флота по отношению к этим колонистам. Особенно когда их так много, и… – сколько, вы сказали, человек из вашего экипажа пропало? Четверо?
Старая игра в цифры. К несчастью, она имела смысл. Могут ли четверо иметь преимущества перед двумястами восьмьюдесятью четырьмя – особенно когда капитан и другие могут быть уже вне досягаемости их помощи? Скотт закусил губу.