Наследник чародея

Вольски Пола

Вардрулы дружно просияли, в отличие от Террза, лицо которого не отразило никаких чувств. Как знать, что думал каждый из них? Другое дело Верран — ее благосклонность поддавалась объяснению. Естественно, ее одолевают вполне понятные подозрения, но после семнадцати лет вынужденного изгнания она наверняка истосковалась по человеческому общению.

Патриарх Фтриллжнр, шагнув вперед, что-то пропел и торжественно вручил Феннахару его каменные бусы, после чего склонил голову и сплел бескостные пальцы в немыслимый узел.

— Жест Фтриллжнра символизирует гармонию, — пояснила

Верран. — Он говорит, что вас рады принять из уважения как к вам самому, так и к архипатриарху Джинзину Фарни, имя которого здесь все еще помнят. За отсутствием подробной информации вам присуждается титул малого патриарха Хар-Феннахара. Фтриллжнр хотел бы передать наилучшие пожелания вашим сородичам. В качестве почетного гостя вы с полным правом можете считать пещеры вашим клановым домом и ходить куда пожелаете.

Феннахар поклонился:

— Сочту за честь.

— Я советую вам держаться подальше от погребальных заводей, исключительно из соображений такта.

— Постараюсь запомнить.

Снова воздух наполнился музыкальными переливами голосов, и вардрулы один за другим выступили с характерными для своих кланов поздравлениями. Одно из приветствий прозвучало по-лантийски:

— Поздравляю вас от имени клана Фал-Грижни и присоединяюсь к поздравлениям клана Змадрков.

Голос Террза удивлял взрослой звучностью и уверенностью, странной для столь юного создания.

— Благодарю вас, лорд Грижни. — Краем глаза Феннахар заметил испуганное удивление Верран. Сам Террз никак не отреагировал на непривычное для него обращение, лицо его по-прежнему оставалось непроницаемым. — Благодарю всех вас.

Он протянул руку, на которую Террз уставился в недоумении. Верран густо покраснела.

— Он предлагает обменяться рукопожатиями, — смущенно объяснила она сыну. — Это такой обычай, знак дружбы и согласия. — И, вспомнив, что говорит по-лантийски, поспешно перевела свое толкование на напевную речь вардрулов.

Террз, и не подумав пожать протянутую руку, холодно заметил:

— Патриарх Феннахар, несомненно, понимает, что мне неведомы людские привычки.

Его спутники, однако, обошлись без отговорок. Каждый старательно выполнил дотоле неведомый ритуал, и общий хиир прибавил яркости.

Поприветствовав гостя по всем правилам, вардрулы молча удалились, оставив людей одних. По знаку Верран Нид поставил перед Феннахаром поднос, и порядком проголодавшийся исследователь набросился на предложенные ему яства: густой суп в чаше с двумя удобными ручками, тушеные грибы десятка разновидностей, подкопченные Фоеровы коренья и непонятного происхождения замечательно вкусный янтарный студень. И на всем протяжении трапезы он ощущал на себе холодный изучающий взгляд Террза. Наконец тот заговорил:

— Патриарх Феннахар, мудрейшие из вардрулов приняли вашу клятву чистоты намерений, значит, должен принять ее и я… пока.

Феннахар был озадачен. Откуда у юноши этот формализм, это несуразное чувство собственной значимости? В свои семнадцать лет он производил впечатление человека редкой силы воли.

— Лорд Грижни, вряд ли я могу считаться патриархом, — сказал Феннахар.

Зовите меня Рилом… или, если угодно, Феннахаром.

Террз, подражая вардрульскому жесту согласия, пошевелил пальцами, и Феннахар едва сдержал изумление.

— Недавно люди напали на пещеры, — продолжил Террз. — Не кажется ли вам мало подходящим время для визита?

— Террз, ты невежлив, — пожурила сына Верран.

— Резонно ли приносить собственную безопасность в жертву учтивости?

— Знаете, Верран, он, пожалуй, прав, — скрыв неловкость, согласился Феннахар. — Вопрос далеко не праздный. С удовольствием на него отвечу. Я не случайно пришел к вам именно сейчас, поскольку боялся, что другой возможности побывать в пещерах мне не представится. Если нападение на пещеры повторится, то все входы вскоре окажутся надежно закрыты или каким-либо образом укреплены. Более того, я счел своевременным продемонстрировать вардрулам чистоту намерений хоть части человеческого рода в надежде, что когда-нибудь мы снова заживем в мире и согласии.

— В мире и согласии? Мы? Чистой воды заблуждение! Это в принципе невозможно.

— Отчего ж?

— Человек по природе своей злобен и беспощаден. Отрицать это бессмысленно. Для людей корысть куда важнее дружбы, и они никогда не избавятся от стремления поживиться за счет тех, кто уступает им в силе и жестокости.

— Вы циничны, точно хурбский ростовщик.

— И не без веских на то оснований. Принявший меня народ люди изгнали с лица земли. Согласен, это произошло в незапамятные времена. Куда более близки нам другие события: травля и убийство моего отца, архипатриарха Грижни, и наконец, покушение на мою мать и удар по моей Будущности из клана Змадрков — истребление множества вардрулов. Эти уроки я хорошо усвоил.

Феннахар повременил, прежде чем ответить, и не стал сразу возражать.

— Исходя из тех сведений, которыми вы обладаете, пожалуй, трудно было бы прийти к иному выводу. Однако сведения эти весьма и весьма ограниченны, однобоки. Чтобы судить хоть сколько-нибудь объективно, вы нуждаетесь в дополнительной информации.

По легкой улыбке Верран Феннахар понял, что тут их мнения совпадают.

Террз призадумался. То, что извечный довод его матери вдруг подтвердил человек незаинтересованный, причем человек безусловно неглупый, не могло не оказать на него определенного воздействия, и все же он не собирался сдаваться без борьбы.

— Информации какого рода?

— Вам следовало бы побольше узнать о людях, о землях, которые они населяют. Познакомиться с их историей, философией, искусством и зодчеством, языками и литературой, математикой и механикой, магией…

— Магией?! — Террз не сумел скрыть заинтересованности.

— Конечно. При желании вы приобщились бы к знаниям величайших чародеев.

— Заманчиво, но неосуществимо — нам с мамой путь в Ланти-Юм заказан.

— Пусть так, но есть ведь и другие города, другие магические ордены. Мало ли где можно овладевать магией. Там, наверху, целый мир, Террз, мир безграничный в своем многообразии. Разве вам не хотелось бы увидеть его собственными глазами?