Наследник олигарха
Шрифт:
– Речь пойдет о вашем дедушке, - пояснил Плавник.
– О дедушке?
– еще более удивился Ринат.
– Он давно умер. При чем тут мой дедушка?
Дима явно не знал, куда девать руки. Он немного терялся в подобной роскошной обстановке, впервые смущаясь и своей куртки, и своих ботинок.
– Давайте по порядку, - предложил адвокат.
– Вы сын Равняя Шарипова и Екатерины Полищук. Все правильно?
– Пока да.
– Ваша мать была дочерью Петра Григорьевича Полищука, бывшего генерала Советской армии, умершего в Киеве в восемьдесят восьмом
– Да. Он был летчиком. Только не бывшего генерала. Он и умер генерал-лейтенантом в отставке. Имел восемь орденов. И был Героем Советского Союза.
– Он всегда гордился своим дедушкой.
– Все верно. У него была супруга, мать вашей матери. Анна Александровна Романенко, умершая в девяносто втором.
– Как хорошо вы знаете биографию моей семьи. Все правильно.
– Ваша мать была единственным ребенком в семье?
– Да. У моей бабушки не могло быть больше детей. Родился мальчик, но он, кажется, умер еще в двухмесячном возрасте. За четыре года до рождения моей матери. Бабушке говорили, что она не сможет рожать, но она рискнула и в пятьдесят седьмом родила мою маму. Дедушке тогда было уже около сорока лет. Больше у них детей не было.
Иностранцы переглянулись. Леклерк что-то тихо пояснил по-французски. Очевидно, он лучше знал русский язык, чем его коллега. Было заметно, что об этом мальчике они не знали. Плавник закивал головой в знак одобрения.
– А ваша мама никогда не говорила вам, что у ее отца была и другая семья?
– У дедушки?
– удивился Ринат. Он хорошо помнил своего дедушку. Тот запомнился строгим и принципиальным человеком.
– Во время войны у него была так называемая «фронтовая подруга», - пояснил Плавник.
– Ему было только двадцать шесть, когда началась война. А в сорок пятом - тридцать. Он командовал сначала эскадрильей, потом полком, в конце войны дивизией истребителей. И в качестве командира такого ранга мог позволить себе иметь... «друга», который заботился о его быте.
– Может быть. Во время войны все было по-другому. Но при чем тут моя семья?
– Дело в том, что во время войны у вашего дедушки была подруга - Оксана Смолич, которая была с ним с сорок третьего но сорок седьмой год.
– Как вы сказали?
Какое интересное совпадение. Оказывается, его дедушка встречался с женщиной, которую звали Оксаной. И спустя шестьдесят лет Ринат встречался с другой молодой женщиной с таким же именем. Просто мистика. Или случайное совпадение.
– Я очень рад за ту Оксану, но по-прежнему не понимаю, при чем тут моя семья и какое это имеет ко мне отношение?
– У них был ребенок. Девочка. Марина Смолич. Родилась в сорок шестом, в Дрездене. Там базировалась дивизия вашего деда. Вы об этом знали?
– Никогда в жизни не слышал. И, по-моему, мать тоже об этом не знала. Иначе бы она мне рассказала. Значит, у меня есть тетка? Сестра моей матери?
– И не только тетка. В пятьдесят шестом дивизию перебазировали на Дальний Восток, но Оксана не поехала с вашим дедушкой. Она осталась в Германии до пятьдесят девятого года.
– Вот такая любовь, - разочарованно пробормотал Ринат, взглянув на Диму, - сначала любит боевого генерала, героя, а потом устраивает свою жизнь с интендантом. Нельзя верить женщинам...
– Что вы сказали?
– не понял Плавник.
– Ничего. Жаль, что она осталась в Германии. Наверное, там было лучше, чем на Дальнем Востоке...
– Может быть, - согласился адвокат.
– Таким образом, в Германии осталась дочь вашего дедушки - Марина Петровна Смолич или Марина Петровна Полищук, если взять по фамилии вашего деда. Они единокровные сестры с вашей матерью. А ваш дедушка познакомился с вашей бабушкой в Киеве, когда приезжал туда навестить своих родителей, и уже через четыре дня сделал предложение вашей бабушке.
– Через три, - машинально заметил Ринат, - они этим очень гордились. И потом они вместе уехали на Дальний Восток. Но моя мама родилась в Киеве, бабушка вернулась через год рожать именно туда.
– Верно. Однако у Оксаны Смолич был еще один сын. И тоже от вашего дедушки.
– Как интересно. Целая династия Полищуков, - вежливо заметил Ринат. Он уже начал терять интерес к этой глупой беседе. Нужно было появляться здесь этим двум иностранцам, чтобы заниматься поисками его родственников, пропавших более полувека назад.
– У вашего дедушки и Оксаны Смолич родился в пятьдесят шестом году еще один ребенок. Это был их сын - Владимир Петрович Полищук, который приходился единокровным братом вашей матери.
– Очень интересно. Значит, моя мать имела еще сестру и брата, то есть моих тетю и дядю. Как жаль, что я об этом не знал.
– Об этом никто не знал. Но Марина Смолич оставила завещание в Монреале, благодаря которому нам удалось установить, что ее брат Владимир тоже был сыном вашего дедушки.
– Ясно. Кажется, раньше таких называли сводными братьями и сестрами.
– Нет, - терпеливо пояснил адвокат, - сводные братья и сестры - это когда их сводят в одну семью разные родители. А единокровные - это дети от одного отца, тогда как единоутробные - это дети одной матери.
Все понятно.
– Он незаметно посмотрел на часы. Глупый и никому не нужный разговор. Напрасно они сюда приехали. Но внимательный адвокат заметил, как его гость взглянул на часы. И улыбнулся.
– Дело в том, что ваша тетка, о которой вы никогда не слышали, умерла два года назад в Канаде, - пояснил он.
– Очень сожалею. Значит, из родственников у меня остался только этот Владимир Полищук. Ему сейчас должно быть под пятьдесят.
При этих словах иностранцы снова переглянулись.
– Вашего дяди тоже нет в живых, - сообщил Леклерк.
– Значит, я остался круглым сиротой, - сдерживая смех, сказал Ринат.
– Он тоже умер где-то в Канаде?
– Он погиб примерно полгода назад. В вертолете, который прилетел за его семьей. Вместе с ним погибли его супруга и сын.
– Печальная история, - пробормотал Ринат.