Наследник

Гуминский Валерий Михайлович

— И тем не менее, — уперся британец, и Луиджи не оставалось ничего другого, как подозвать официанта и заказать пару бисквитов с малиновым джемом, да еще по чашечке кофе. Маккартур не возражал.

Он закинул ногу на ногу, положил папку на колено и открыл ее, сразу погрузившись в чтение. Луиджи заметил, что агент просматривает материал очень быстро. Да и было-то его всего ничего — четыре листа экстракта. Через десять минут британец захлопнул папку и положил ее рядом. После чего с аппетитом принялся уничтожать свежий бисквит, уделив ему больше внимания, чем чтению.

Луиджи терпеливо ждал. Ему ничего другого не оставалось, как выпить еще одну чашку

кофе. Интересно, что же извлек для себя Маккартур из досье?

— Почему именно Бухара? — поинтересовался британец, вновь раскуривая сигару от длинной горящей спички.

— Она находится далеко от основных коммуникаций Назарова, — пояснил Луиджи. — В первую очередь наш план основывается на планомерном расшатывании его финансовой стабильности. Хлопок — основное сырье, идущее на фабрики. Когда начнутся проблемы, Назарову придется выяснять причину сбоя. Заодно нужно провести кампанию по дискредитации его продукции. Предлагаю запустить механизм очерняющих статей в Индии и в Персии.

— Очень сложная схема, — пожал плечами агент. — Захват заложника был бы куда действеннее. Кстати, его жена, дочь Великого князя Константина. С ней уже был неприятный эпизод. Наши североамериканские коллеги пытались надавить на русское правительство с помощью заложницы, а Назаров — я вдруг вспомнил, откуда знаю эту фамилию! — спас свою будущую жену. Самолично. Но идея с заложником из его семьи куда предпочтительнее сгоревших складов с продукцией или сырьем.

— Одно другому не помешает, — возразил Луиджи. Его план поддержал сам Борджиа, а Солера обещал поддержку на последующих этапах операции. Запуск механизма должен был совершить Гроссо. Свою голову он пока в Россию совать не хотел. Нужно заставить Назарова нервничать, искать поддержку среди своих соратников, а уже потом выщелкивать из обоймы по одиночке всех Воинов. Возможно, план и в самом деле не блистал изящностью и коварством, но гарантировал несколько вариантов развития ситуации. — Наш клиент рано или поздно поймет, что происходящее — не стечение обстоятельств. И вот тогда он сделает тот шаг, который нам нужен.

— Хорошо, я понял стратегию Ватикана, — кивнул Маккартур и придавил пальцами сигару в пепельнице. — Предлагаю встретиться для окончательной доводки операции через неделю. К этому времени я набросаю план действий исходя из ваших желаний. Устраивает?

— Более чем, — встал вместе с британцем Луиджи и протянул тому руку. Мужчины попрощались и разошлись в разные стороны. Гроссо сел в свою изящную и юркую «Изотту», пригодную для езды на особенно узких улицах римских кварталов, и задумчиво посмотрел на отражение своих глаз в зеркале. Задание ему не нравилось, а ощущение скорой поездки в Россию — тем более.

Петербург, сентябрь 2013 года

Александр Михайлович сосредоточенно изучал карту Среднеазиатского региона, словно забыв, что в зубах у него зажата сигара. Только что закончив свой доклад, ушел Житин — начальник Внешней разведки и контрразведки. Его сообщение об активизации британской агентуры не удивило императора. Закончилась возня на дальневосточных границах, начался зуд поближе, на юге. Удерживать протекторат в Туркестане необходимо, об этом и речи быть не может. Не зря Самуил Петрович жаловался на дефицит кадров. Нужны еще люди: опытные разведчики, связники, агентура из местного населения. В Бухаре, Самарканде, Хиве, Фергане пока все складывается неплохо, а вот в отдаленных районах наблюдается

нездоровое шевеление националистов, подстрекаемых персидской разведкой. В воздухе витает опасная для России идея о создании Великого Турана. Уже не знаешь, как поступить: или включать весь Туркестан в состав империи, или пойти иным путем, более мягким. Да вот кто подсказал бы, в каком направлении двигаться. Не одно копье сломано на совещаниях Кабинета Министров.

На столе зашуршал динамик многоканального телефона. Голосом секретаря четко доложил:

— К Вашему Императорскому Величеству его Высочество Великий князь Константин Михайлович!

— Пусть зайдет! — не оборачиваясь, громко произнес император. Чувствительность аппарата хорошая, можно хоть с середины кабинета говорить — услышат.

Дверь тут же распахнулась. Брат ввалился в помещение как недовольный медведь, которого злые пчелы отогнали от любимого лакомства. В безукоризненном светло-сером костюме, в белоснежной сорочке, в галстуке, перехваченном золотой заколкой — весь аккуратный, но со взъерошенной аурой. Мгновенно оценив диспозицию старшего брата, буркнул:

— Опять Житин страхи по Туркестану нагонял?

— А ты почему не присутствовал? — поинтересовался Александр. — Понимаю, не твое хозяйство, но мог бы подсказать князю Голицыну идеи. У него-то как раз самый горячий регион.

— Только не говори, что хочешь меня туда бросить, — покачал пальцем Константин Михайлович. — Своих проблем с беспокойными соседями хватает. Слышал, небось, что опять Цин-Го лепечет?

— Официальных жалоб не было, — улыбнулся Александр, усаживаясь в свое рабочее кресло. Сигара легла на край пепельницы. — Тебе виднее, ты же там наместник. Расскажешь?

— Уже неделю маньчжуров топит, — не удержавшись, весело хмыкнул Константин. — Сначала началось с легкого дождика, а потом как из ведра хлынуло. Местные шаманы — или кто там у них — пробовали рассеять грозовой фронт, но каждая их попытка оканчивалась неприятностью. Кого-то обязательно шарахало молнией. Словно некто на небесах предупреждал, что не стоит прикладывать свои поганые ручонки к Стихиям Природы.

Александр засмеялся. Рассказ был довольно забавен, но оставалось много непонятного.

— А при чем здесь Цин-Го? — поинтересовался он.

— Обвиняет русских в намеренной экономической диверсии, — пожал плечами Константин. — Он уже послал мне письмо с жалобой, надеясь на то, что мы сможем решить эту проблему. Просит прекратить магические эксперименты и даже задобрить злого русского шамана, который осерчал на добропорядочных соседей.

— Ишь ты, — с удовлетворением заметил император. — Добропорядочными-то давно стали?

— Я о том же напомнил ему, — с хрустом потянулся Константин, усаживаясь в гостевое кресло. — Да еще ноту протеста выкатил за художества магов. Какой год уже уровень Амура поднимают, нанося экономический урон нашим землям. Сразу же получил гарантии, что лично проведет расследование по вопиющим безобразиям.

— Забавно. Так что там вообще происходит?

— Коротко говоря, все приграничные реки вышли из берегов, смыли урожай. Даже Хинган с его засушливым климатом не выдержал удара стихии. Потоки воды в пустыне видел? Когда из ниоткуда грязные волны с перепуганными барахтающимися в воде животными накатывает на людское поселение? — Константин как сытый кот зажмурился, рисуя в воображении картину природного гнева.

— Кто у тебя там шалит? — нахмурился Александр. Смех смехом, но доводить ситуацию до крайности не стоит. — Не наши ли «погодники» устроили потоп?