Наследник
Шрифт:
— Что выяснили по ночному магу? — резко спросил Фархад у подошедшего к ним Килича.
— Этот сын шакала, Орзу-водонос, и в самом деле давненько помогает Махкамовым, — поморщившись, ответил сын. — Признался, что получал деньги за услуги, пускал в свой дом для слежки за нами. У него удобное расположение дома, поэтому маг спокойно устраивался на крыше и закидывал свои магоформы к нам во двор.
— Дом обыскали?
— Да, бобо[1]. Нашли только деньги и золото. Орзу признался, откуда у него все это. Оружия в доме не было.
— У водоноса, кажется, семья? —
— Жена, трое детей.
— Предателя скормить собакам. Детей и жену в колодки — и продать, — бесстрастно произнес старик.
— Уважаемый Фархад, — Никита не вытерпел. Одно дело наказать непосредственного предателя, который знал, чем грозит его тайная деятельность для семьи, и тем не менее, продался врагу. Жена, как пособница, тоже рискует ответить головой за грехи мужа. Но дети… — Не мое дело вмешиваться в ваши приказы, и я понимаю всю ответственность, которую вы испытываете, охраняя ваш Род от таких людей, как Орзу. Но могу ли я смиренно просить вас пощадить семью и не ввергать их в глубины бедствий? Возможно, есть какие-то другие способы показать своим людям на примере отступившихся, что грозит предателям?
Фархад замедлил шаг, и глядя на мелькающих в цветастых халатах женщин, занимающихся хозяйственными делами, тихим голосом ответил. Даже Килич замер, стоя за спиной деда.
— Вы верно сказали, таксир Никита. На примере отступившихся я должен показать остальным, что ждет их в случае предательства. А ведь Орзу давал мне клятву. И не только за себя, но и за свою семью. Что побудило его превратиться в отступника? Неужели не понимал, кто в первую очередь пострадает? Но только ради вас, уважаемого гостя, я смягчу наказание для невиновных. Килич!
— Да, бобо! — мужчина тут же вынырнул из-за спины и замер в почтительном полупоклоне.
— Орзу должен умереть на глазах жителей махалли. Это не обсуждается. Жену выпороть, чтобы все знали, что супруги ответственны друг перед другом и перед хозяином. Эту мысль нужно донести до всех. У Орзу двое детей старше восьми лет, так?
— Да.
— Их вместе с матерью поставить на самую грязную работу. А малышка Гузаль пойдет в мой Род под опеку.
— Как долго держать Юлдуз в повинности? — уточнил Килич.
— Пока я не сочту нужным освободить ее, — Фархад приложил руку к сердцу, посмотрев на Никиту.
Волхв ответным жестом показал, что он безмерно благодарен за доброту, проявленную к отступившим. В конце концов, здесь не его вотчина, и отвечать за жизни подчиненных приходится не ему. Он гость с правом всего лишь раз попросить снисхождения для незнакомых людей.
На снимке, который ему показали, Холдар, к облегчению Никиты, не имел ничего общего с Хазарином. А ведь подспудно влезла мыслишка, что его враг каким-то образом сумел завладеть душой и телом молодого мага. Познавши тайны даосов можно еще и не так изумить окружающих тебя людей.
Пока женщины накрывали в гостиной стол, мужчины сидели в соседней комнате и беседовали о перспективах сотрудничества. Никита попросил некоторое время для обдумывания ситуации.
— Как
— Мы тоже надеемся, что сгоревшими складами все ограничится, — кивнул Бахтиер, соглашаясь. — И все же опасность войны существует. Наша разведка донесла о какой-то нездоровой активности со стороны Махкамовых и их переговоры с Авлодовыми.
За стеной послышались громкие голоса и торопливые шаги; в дверях появился Килич и прислонился к косяку.
— Прошу меня извинить, — сказал он, стараясь отыскать взглядом Никиту. — Только что аскеры на дальнем дозоре задержали человека от Авлодовых. Он хочет передать нашему гостю какое-то сообщение. С глазу на глаз.
— Где этот человек? — Фархад взял в горсть свою бороду и напряженно задумался.
— Сидит во дворе под охраной.
— Хочу посмотреть, — Никита ожидал чего-то подобного. Слишком все спокойно проходит. Невнятно и нелогично. Сожгли склады с сырьем, продемонстрировал ударную мощь огненного джина, а на выходе — тишина. Ради чего тогда все затевалось?
Черноволосый мужчина в традиционном теплом халате сидел на скамейке под большущим карагачем в окружении двух бойцов. Он был спокоен, словно вокруг него не враждебное окружение, а обычные работники офиса или некрупного предприятия. Лет ему было не больше сорока, смугловат лицом; слегка приплюснутый нос, густые усы, гладко выбритый подбородок. Обыкновенный человек без каких-либо магических способностей.
Проверка ауры ничего не дала. Никаких хитрых подсадок в виде маячков или скрытых плетений, активирующихся по сигналу на расстоянии. В общем, не живая бомба, и то хвала Перуну.
Увидев приближающегося к нему Никиту и Килича с Юсуфом поодаль, он встал, и без знаков приветствия шагнул навстречу. Охранники встрепенулись и рванули следом, пытаясь остановить. Волхв махнул рукой, останавливая ретивых аскеров. Килич коротко рыкнул, и те отступили назад.
— Господин Назаров? — русский у незнакомца был практически безупречный, если не вслушиваться специально. Так, слабенький акцент. — Для вас сообщение от моего хозяина.
— Кого вы представляете, любезный? — поинтересовался Никита.
— Клан Авлодовых. Я здесь по поручению Главы Рода.
— Что вы хотите мне сказать?
— О вашем нахождении в Бухаре известно всем влиятельным людям города, — сказал посыльный. — И все знают, почему вы здесь. Но это ваше дело, конечно. Мой господин спрашивает, есть ли у вас возможность связаться с родным домом?
— Телефоны еще никто не отменял, — внутренне холодея, ответил Никита.
— В таком случае желаю вам очень внимательно отнестись к тому, что услышите, — незнакомец приложил руку к сердцу и добавил: — Только прошу, не нужно меня задерживать и допрашивать. У меня стоит блокировка. Я просто умру, но вы ничего не добьетесь.