Наследник

Лапышев Алексей

Каждый раз

Когда сходятся звезды, сойдя со своих звёздных трасс

Все становится ясно без всех этих жестов и фраз

Каждый раз

Когда кровь на ладонях и падают слёзы из глаз

Очень больно смотреть, если кто-то страдает за нас

**********************************************************

—

Да, интересная рифмовка, с усилением на конце трех строчного куплета, каждый раз как будто заканчивающего фразу. Интересные слова, заставляющие задуматься. Интересная мелодия, бьющая по нервам. И все это вместе просто песня про Жизнь. Про такую, какой она иногда бывает. — Думаю я, гладя на слезы в глазах девчонок и отчаянную решимость маленького Хуана.

Решимость защитить, спасти, не допустить.

—Хороший парнишка. — Думаю я и немного сглаживаю ситуацию играя куда менее проблемную «Ты, да я, да мы с тобой».

И лица посветлели, нервы успокоились. Народ сразу распределился по интересам. Володю плотно взяла в оборот сестренка Долорес, с Хуаном о чем то активно переговариваются близняшки и, мне становится страшно за дом, когда я вижу чертенят, уже пробудившихся в их глазах и отчаянную решимость молодого кавалера сделать все, да хоть дом разнести по камешку, лишь бы дамы улыбнулись.

Ну а Долорес, уже повисла у меня на руке и мило воркует о чем то.

—Причем, что любопытно в такой ситуации, вообще не важно о чем. Можно и не слушать, это и не требуется, важно другое. Присутствие, эмпатия, отношение. И это все прекрасно чувствуется. — Думаю я, уже почти обнимая прелестную испанку и чувствую внимательный, но далеко не враждебный взгляд из глубины особняка.

—Родители смотрят — Понимаюя. — Иони одобряют. Они понимают, сейчас время такое и возраст. А я плохого не сделаю, уж против воли то точно, они это чувствуют и потому совсем не против небольшого флирта, который совсем не обязательно должен привести к чему-то серьезному. Времена меняются и люди тоже. Любовь вечна.—

И мы стоим на веранде, потом в саду, болтая и даже незаметно целуясь в укромных уголках. Жизнь, это жизнь.

___________________________________________________________

Вслед за завтраком, незаметно пролетел и обед, на котором я попробовал то, о чем недавно читал. Да тут были и ягненок тушеный с овощами и треска в чесночном соусе. Хозяева расстарались для дорогих родственников и гостей.

И все конечно было просто восхитительно, масло таяло во рту, рыба била по рецепторам своей остротой. Наелись, можно сказать объелись мы с Володей, под одобрительными взглядами старшего поколения, сразу двух славных испанских семей. Пике и Рамирес.

А затем, мы в своем стиле собрались на короткую прогулку по Вальядолиду.

— Ну и что, что жара. Русские мы, нам все ни почем. — Думаю со смехом я и мы выходим из особняка, расположенного почти в центре города.

Прогулка намечается недолгая, но посмотреть город времени хватит.

Минут десять неспешным шагом и в окружении интересных спутников и спутниц, и мы уже на одной из главных площадей

Вальядолида, той самой Пласа Майор.

— Да, площадь, конечно, смотрится шикарно. — Думаю я, оглядываясь вокруг. Не такая большая, мощеная привычной каменной плиткой, и окруженная со всех сторон, трех этажными зданиями с балконами, как будто предназначенными для просмотра шоу.

Я спрашиваю у Долорес и тут же слышу подтверждение своей догадки:

— Да, Даня. Так оно и есть, площадь уже давно официально предназначена для организации представлений. И архитектура поэтому такая, балконы, одинаковое количество этажей. И говорят, это была первая подобная площадь в Испании. Потом по ее примеру, построили и в других городах. — С удовольствием просвещает меня Долорес и в процессе просвещения еще и прижимается, как просвещая и в другом…

Я обнимаю ее, слегка целую в нос, под смешки младших Рамиресов и Пике, тоже присоединившихся к нам, по честнейшее слово, вести себя прилично.

—Кстати пока соблюдают. — Думаю я и обращаю внимание на два здания, выделяющихся из общего ансамбля.

— А эти здания особые? — Спрашиваю я у Долорес и она с удовольствием проводит второй сеанс моего просвещения:

— Да, это Ратуша и Театр Зоррилья. Кстати на месте театра раньше стоял монастырь, но потом его снесли, власти решили, не дело держать монастырь в городе. — Отвечает она и снова прижимается всем телом, получает за это поощрение в виде поцелуя в прелестное ушко и довольно мурлычет.

А мы на том, решаем закончить со знакомством с главной площадью славного города Вальядолида и выдвигаемся уже не менее славный парк Кампо Гранде.

Меньше получаса неспешной прогулки по привычно каменным улочкам испанского города и вот мы уже в этом великолепии.

И парк и правда великолепен, не такой большой, почти правильный треугольник, высотой в три с половиной сотни метров и шириной в пять сотен тех же метров. Но тут красиво и все дышит историей. Парку уже как минимум две сотни лет, а может и больше, мнения расходятся. А так, это лесистая тенистая зона с многочисленными тропинками, озерцами и довольно редкими птицами. Тут и белые лебеди, индийские павлины, фазаны. Да и прочей живности хватает. — Сказочное место по моим впечатлениям. — Думаю я, глядя на это великолепие, а еще больше меня заводит прелестная испанка, прижимающаяся ко мне, среди раскидистых деревьев, маскирующих наши нежности. Ну да, народ разбрелся по закоулкам и мы не исключение.

И, как там говорит поэт?:

**********************************************************

И губы ищут губы

И руки так нежны

Сплетаются тут судьбы

Мгновения важны

В глазах вопрос застыл

Слезинка растворилась

И не поймешь, как был?

И почему так не случилось?