Наследник
Шрифт:
— Ну, а мне не нравятся мужчины, которые заказывают за меня.
Он откидывается назад и с любопытством разглядывает меня.
— Что? — агрессивно спрашиваю я.
— Ты не хочешь, чтобы я тебя соблазнял. Ты не хочешь, чтобы я упоминал о сексе. О чем бы ты хотела поговорить?
Я прочищаю горло и поднимаю стакан с водой.
— Здесь на самом деле жарко, да?
Он улыбается.
— Сейчас, это ничто. Подожди до августа. Вот тогда становится чертовски жарко, даже мои яйца прилипают
Я чуть не разбрызгиваю воду изо рта по всему столу. Я быстро глотаю и конечно вода попадает не в то горло, и я захожусь кашлем. Данте подходит ко мне, чтобы потереть мне спину. Его рука теплая и твердая и, откровенно говоря, она меня притягивает. Кашель останавливается и странные вещи начинают происходить у меня в животе. Я беру салфетку, чтобы промокнуть уголки глаз.
— Спасибо. Теперь я в порядке, — говорю я ему, пытаясь сохранить все же свое достоинство, насколько могу, поскольку чувствую на себе глаза всех посетителей. И пока он возвращается на свое место, я делаю еще глоток воды.
— По-видимому, части моего тела тоже вне списка, — замечает он.
Я говорю первое, что приходит мне в голову:
— Если рестораны не твое, тогда чем ты зарабатываешь на жизнь?
Он беззаботно пожимает плечами.
— Я не зарабатываю на жизнь.
— Наверное, это классно, — саркастически говорю я.
— Ах, ты одна из тех, кому успели промыть мозги, что тяжелая работа равна респектабельности. Что жизнь без работы напрасна и бесполезна.
— Мне было бы очень скучно, если бы я не работала.
— Насколько скучной должна быть твоя жизнь, если только в работе ты получаешь максимальное удовольствие.
Прежде чем я собираюсь ответить, официант приносит большое блюдо сырой говядины, нарезанной тонкими, почти прозрачными ломтиками, украшенной листьями рукколы и пармезаном. Листья блестят от оливкового масла, капающего с них. Официант ставит блюдо посередине стола и перемалывает в мельнице перец над ними. Данте выжимает лимон.
— Buon appetito, — говорит он с улыбкой.
— И тебе, — отвечаю я и засовываю шелковистый ломтик мяса и листья в рот.
— Ну как?
— Очень вкусно, — честно произношу я. Мы прикончили блюдо за рекордно короткие сроки, и я расслабляюсь на стуле, пока убирают наши тарелки.
Официант тут же возвращается с маленькими мисками, там что-то похожее на томатный суп.
— Это томатный суп?
— Это томатный суп, помидоры обжариваются медленно. Здесь делают его исключительно хорошо, я хотел, чтобы ты попробовала, — объясняет Данте.
Я беру ложку тягучей жидкости. Вкусно.
— Ммм... очень вкусно.
Данте усмехается.
— Знаешь, этот суп называют pomme D’amour афродизиаком?
— Как будто тебе нужно что-то
— Я пытался зажечь твое, — отвечает Данте.
Я делаю вид, что меня это не интересует.
— Тогда лучше попроси их принести огромное ведро.
— Ты смертельно ранила меня своими словами.
— О, явно это не так. У тебя кожа толще носорога.
Он откидывает голову назад и смеется.
— Ты мне нравишься.
— Ну, тебе то же самое я сказать не могу.
Он наклоняется вперед и у меня дыхание замирает.
— Мне не нужно, чтобы я тебе нравился, bella. Мне нужно, чтобы ты хотела меня.
Я кладу ложку на стол.
— Я не буду с тобой спать, Данте, больше никогда. Мне казалось, что я ясно выразилась.
Он протягивает руку, дотрагиваясь пальцами до моей щеки. Мне хочется прижаться к его ладони, но я не должна, хотя и таю от его прикосновения.
— У тебя истинный английский розовый цвет лица. Мне кажется я никогда не видел настолько тонкую кожу.
— Я не буду с тобой спать, Данте. Я говорю вполне серьезно.
— Я знаю, — мягко отвечает он, глядя мне в глаза. Я чувствую себя загипнотизированным кроликом, не в состоянии отвести взгляд. Он убирает руку, и уголки его губ приподнимаются вверх. — Ешь суп.
Я отрываю от него взгляд и перевожу на густую красную жидкость в своей миске. В следующий раз, когда я поднимаю голову, мой пульс возвращается в норму. Я прислоняюсь к спинке стула, чтобы официант смог убрать посуду.
Другой официант приносит основные блюда. Передо мной ставит тарелку с рисом с шафраном и узким ломтиком лосося, но самый восхитительный запах исходит от блюда Данте.
— Наслаждайся, bella, — говорит Данте.
Он отрезает кусок мяса, нашпиливает его на вилку и подносит к моему рту. Я замираю на секунду, потом все же открываю рот.
— Тебе стоит попробовать, — нежно говорит он. Он кладет кусочек мяса мне на язык. Боже, он оказался прав. Ради такого блюда можно и умереть. Он, не отводя взгляда, наблюдает за мной, пока я жую сочный кусок мяса.
— Хорошо?
— Восхитительно. Мне очень нравится, — признаюсь я, впечатленная вкусом. Я ожидала попробовать обычную итальянскую телятину с пармезаном и спагетти болоньезе, которую подают в ресторанах. Но это для меня полная неожиданность, восхитительно. Я подумываю привести сюда маму, когда она приедет.
— Ты можешь изменить свой заказ. Мой подогреют, если что.
— Нет, все в порядке.
Он улыбается.
— Хочешь мой?
Я с удивлением смотрю на него.
— Нет, не отдавай мне свое блюдо. Я сама виновата за свое упрямство.