Наследство
Шрифт:
Все еще надеясь на чудо, он порывисто обнял ее, целуя в губы, но они были сухи и холодны. Выйдя, она обернулась:
– Ты еще встретишь замечательную девушку и будешь очень счастлив, поверь. И обязательно построишь свой отель.
– Ступай к черту, – сказал он.
– Прости, – отозвалась женщина.
Он понял, что она хотела сказать: «Прощай».
– Ступай к черту, – повторил он, пристально глядя, как скрывается за стеклянной дверью отеля прозрачный силуэт. Но легче не стало.
Алекс
Ему показалось, что прошло всего мгновение, когда почувствовал, как кто-то трясет его за плечо. Алекс с трудом разлепил один глаз. Над ним стоял отец.
– Встань. Нам надо серьезно поговорить.
– Потом. – В этот момент он готов был отправить к черту даже отца.
– Нет, сейчас, – тоном, от которого застыла бы вода в графине, спокойно произнес отец.
Алекс понял: возражать бесполезно. Личный опыт подсказывал, что иначе будет только хуже. Он поднялся и сел, мысленно обозвав отца старым занудой.
– Я слушаю, папа.
– Чья это машина во дворе?
Мозги Алекса шевелились с таким трудом, что казалось, был слышен скрип.
– Отеля.
– Что она здесь делает?
– Она забарахлила, и меня попросили съездить в сервис.
– Почему ты не поставил ее обратно в гараж?
– Поздно было. Устал. Да в чем, собственно, дело?
– Когда ты намерен назначить свадьбу?
– Какую свадьбу? – изумился Алекс.
– Ты уже забыл о том, что у тебя есть невеста?
Было что-то неестественное, угрожающее в спокойствии отца. Алекс почувствовал: это затишье перед бурей.
– Нет, конечно. Но мне еще год учиться, и у меня недостаточно денег, чтобы сейчас содержать семью, ты это знаешь…
– Я много чего знаю.
– Я найду новую работу, – пробормотал Алекс.
– Что?! А куда девалась старая?!
– Я думал, ты знаешь… – убитым голосом проронил Алекс.
И буря разразилась.
– Ты считаешь меня идиотом?! – взорвался отец. – Тебя выгнали с работы?! В разгар сезона?! И у тебя хватает совести спокойно говорить об этом?! «Недостаточно денег»! Откуда же им взяться, если ты все тратишь на «мерседесы», выпивку, сигареты, заезжих шлюх!
– Пап, выбирай выражения.
– Что?! – Отец с размаху ударил его по лицу. – Я и не такие выражения выберу! Мальчишка, сопляк! Посмотри на себя! Еле стоишь на ногах, весь провонял дерьмовыми духами! – Вскочив, отец заметался от стены к стене, как разъяренный зверь. – Ты найдешь работу! Только попробуй не найти. Пойдешь мести улицы и драить толчки, если понадобится! И я сам назначу свадьбу! Она состоится по окончании летнего сезона.
– Нет, папа, – твердо выговорил Алекс.
– Что?! – озадаченно переспросил отец. Прежде сын никогда не противоречил.
– Никакой свадьбы не будет, – повторил Алекс. – Я не собираюсь жениться.
Взгляды отца и сына скрестились.
– Та-ак… – протянул отец, поднимая руку. Алекс невольно отшатнулся в ожидании новой оплеухи, но отец лишь провел широкой жилистой ладонью по седым волосам. – Я знал… – проговорил он, – что все эти новые веяния, чертова западная демократия не доведут до добра… Сыновья уже плюют на мнения отцов. Куда катится эта страна?
Алекс молчал. Ему было плевать на демократию и пути развития Турции. Он думал о себе и женщине, оставшейся в прошлом.
– «Свадьбы не будет…» – передразнил отец. – Ты что, девка, чтоб разной блажью голову забивать? Думаешь, все женятся по великой любви? Только дураки. Потому что через пару месяцев любовь проходит, и они начинают бегать в поисках новой. Так и мечутся всю жизнь… Мужчине нужен надежный тыл, чтобы преуспеть, добиться чего-то. Ты уже не ребенок, пора это понимать. К созданию семьи, выбору спутницы всей жизни, матери своим детям нужно подходить с холодным и трезвым рассудком, а не с соплями и вздохами. В конце концов, никто не говорит о вечной верности. Тебе повезло родиться мужчиной. Воспользуйся этой привилегией, но по-умному. Не смей ломать себе жизнь из-за глупого увлечения.
– Но я хочу сам создавать свою жизнь и свою семью. Неужели это непомерное желание?
Отец посмотрел на сына долгим, тяжелым взглядом.
– В таком случае, в первую очередь тебе придется создать свой собственный дом, – сказал он. – Убирайся.
И вышел, оставив дверь распахнутой настежь.
Лишь тогда Алекс ощутил саднящую боль и солоноватый привкус во рту. Он подошел к зеркалу. Нижняя губа вспухла. Когда он дотронулся до нее, на пальце осталась кровь. Алекс порылся в карманах, извлек не очень чистый платок. На пол упала цветная фотография. Дешевая, отвратительного качества. Он вгляделся в очертания женщины, будто увидел впервые. И понял, что уже не хочет спать. Он взял табурет, залез в антресоли, вытащил пыльный потертый чемодан и принялся складывать в него свои вещи.
Комната, которую он снял, находилась в полуподвале небольшого частного домика и размером была не больше спичечного коробка. При виде «мерседеса» глазки хозяина разъехались к вискам. Он заломил такую цену, что Алекс раз десять делал вид, что уходит, пока они не договорились. Окна комнаты выходили прямо на шоссе. Во дворе без устали лаял на автобусы и проходящих мимо туристов склочный пес. Алекс остановился перед огрызком зеркала, Достал купленную по дороге банку пива и со словами «За новую жизнь» чокнулся со своим мрачным отражением.