Настольная книга писателя

Синиярв Алексей

С.Залыгин

Сюжет — это прежде всего нарушение ритма, последовательности, соответствия. «Шел в комнату — попал в другую» — вот что такое сюжет.

Э.Бабаев

Сюжеты беру из головы и реальными уголовными делами никогда не пользуюсь.

А.Маринина

Те вещи, сюжеты которых мне пришлось, что называется, выдумывать («Западня», «Сотников», «Дожить до рассвета», Альпийская баллада»), вряд ли уступали в своей жизненной достоверности сюжетам непридуманным.

В.Быков

Главное все-таки сюжет. И надо крутить его так, чтобы все время волновать душу читателя, так, чтобы типические

детали все время проступали наружу, чтобы читатель узнавал своих близких знакомых, тех, с кем пил, ел, ссорился, кого любил и ненавидел. Страх, смех, жалость — вот это прежде всего. И ничего лишнего. Все лишнее отбрасывать с беспощадностью.

П.Нилин

Чем у писателей меньше таланта, тем важнее для них сюжет.

М.Монтень

Сюжетные приемы — это набор лекал, годных не для вычерчивания любой кривой.

В.Шкловский

Удивите себя. Если вы заведете сюжет – или позволите ему увлечь вас – в направлении, которое вас поразит, тогда вы сможете удивить читателя. Если вы сами можете предугадать хорошо спланированный неожиданный поворот, есть шанс, что искушенный читатель тоже сумеет.

Ч.Паланик

Композиция прозаической вещи должна быть доведена до такого состояния, чтобы ничего нельзя было выбросить и ничего прибавить без того, чтобы не нарушился смысл повествования и закономерное течение событий.

К.Паустовский

Поскольку мое творчество неупорядоченно, я не имею ни малейшего представления о сюжетах. Мои истории для меня начинаются с какого-нибудь анекдота, высказывания или изречения. Я начинаю с них и иногда пишу произведение с конца. Я и сам точно не знаю, к чему приведет история. Когда пишу, просто общаюсь с людьми, мужчинами и женщинами, которые внезапно поднялись и пришли в движение.

У.Фолкнер

За исключением Пруста и Джойса, кажется, ни один из великих романистов без фабулы мира не завоевал, да и действительно ли Пруст и Джойс завоевали читателя? «В поисках утраченного времени» и «Улисс» не так уж много читаются и едва ли перечитываются. Фабула достаточно напряжена в самой жизни, и поэтому именно ее отсутствие было бы грехом против художественной правды романа. Напряженная фабула есть и в священных книгах человечества, и если бы ее нее было, разумеется, в дополнение к тому, ч то составляет их силу и величие, то, может быть, и они не завоевали бы мира.

М.Алданов

Некоторые рассказы Чехова неудовлетворительны в том отношении, что в них не раскрывается ничего необычного: сюжет должен быть необычен, и герои интересны.

Т.Гарди

Снобы не считают детектив «настоящей литературой». Между тем настоящая литература - не жанровое определение. Важно найти новый ход, интересную фактуру. В классическом детективе, как правило, кто-то кого-то убивает или что-то крадет, а сыщик ищет убийцу или вора. Но вспомним, что сделал По. Он ведь взял нестандартную ситуацию: перепуганная обезьяна, сбежавшая от хозяина, совершенно случайно убивает мать с дочерью. И дело запутывается так, что изощренные полицейские умы не могут найти его разгадку.

В.Сухнев

Сделайте милость, дайте какой-нибудь сюжет, хоть какой-нибудь, смешной или не смешной, но русский чисто анекдот... Сделайте милость, дайте сюжет, духом будет комедия из пяти актов, и клянусь, будет смешнее чорта. Ради Бога.

Н.В.Гоголь (письмо А.С.Пушкину 7 октября 1835 г.)

Я о сюжете стараюсь не думать — он лезет меня сам, я пытаюсь бороться с ним, но у меня ничего не получается.

В.Шукшин

Рассказы

Шукшина похожи на лубок, комикс, карикатуру. Это рассказы-анекдоты. Простые, внятные, яркие. Часто смешные. Обыденная жизнь в его рассказах всегда немножечко экзотична, остранена за счёт чудинки героя или необычности обстоятельств. Он не пишет «вообще про жизнь». Всегда – в связи с каким-то случаем. «А вот случай был…» Обтанцовывает текстом конкретное действие, поступок, рассуждает мало. Много показывает.

Л.Пирогов

Толстой признавал фабулу и в частных беседах полушутливо говорил, что каждый романист должен сердцем знать Дюма-отца.

М.Алданов

Как же без сюжета! Герой, как правило, покидает страницы рассказа иным, изменившимся по сравнению с тем, каким он появился. Вообще же придумывать сюжет для меня всегда намного труднее, чем писать.

Ю.Казаков

Фабула достаточно напряжена в самой жизни, и поэтому именно ее отсутствие было бы грехом против художественной правды романа. Напряженная фабула есть и в священных книгах человечества, и если бы ее не было, разумеется, в дополнение к тому, что составляет их силу и величие, то, быть может, и они не завоевали бы мира.

М.Алданов

Смысл художественных средств в том, чтобы обуздать писательскую свободу, накинуть на волю автора узду в виде персонажей, сюжета и описаний природы. «История», которую его вынуждают рассказывать, становится клеткой, тюремной камерой. Автору приходится ее взрывать, чтобы потом критики говорили: «Дело, конечно, не в сюжете». Но дело как раз в нем - в том, каким образом сюжет преодолен. Искусство по обыкновению требует невозможного: быть сразу и внутри и снаружи.

А.Генис

Повествовательный элемент меня не интересует, и я нахожу этому объяснение где-то в себе, в своей философии. Я считаю, что жизнь сама-то бессюжетна. Литература, она не об этом. Роман, он не об этом.

С.Соколов

Анализируя метод Тургенева, обнаруживаешь глубоко запрятанное и необычно совершенное искусство композиции. Какой-нибудь Мередит или Элиот любят начинать историю героя с самого детства. Даже Толстой подходит к центральному эпизоду произведения издалека. Тургенев почти всегда сразу погружается в самое сердце сюжета. «Отцы и дети» - история всего нескольких недель, «Первая любовь» тоже; «Дворянское гнездо» начинается в момент возвращения Лаврецкого на родину; «Дым» - в момент знакомства с Ириной. И только потом, когда читателя уже взяло за сердце, когда он уже сопереживает герою, автор позволяет себе вернуться назад, коснуться некоторых моментов прошлого, которые считает необходимым осветить. Так же, как и наши великие классики, он пренебрегает интригой. Подобно Мольеру, которые не страшился самых затрепанных сюжетов и самых привычных развязок, Тургенев прежде всего стремится нарисовать характер, запечатлеть какой-то оттенок чувства.

А.Моруа

Я очень неодобрительно отношусь к сюжету вообще. Я так полагаю, что сюжет несет мораль - непременно: раз история замкнута, раз она для чего-то рассказана и завершена, значит, автор преследует какую-то цель, а цель такого рода: не делайте так, а делайте эдак. Или: это — хорошо, а это — плохо. Вот чего не надо бы в искусстве.

В.Шукшин

Что может быть важнее сюжета и что без него все учение об искусстве?

Гете

Чехов и в пьесах, и в рассказах пренебрегал фабулой. До предела свел пренебрежение к ней Бунин, не раз говоривший автору этих строк, что «выдумывать» очень легко и что он «выдумку» ненавидит. Ни Чехов, ни Бунин, впрочем, не писали романов в тесном смысле слова.