Навь. Книга 5
Шрифт:
— Чутье?
— Оно самое, — подтвердил я. Не буду же я объяснять, что способен чувствовать направленную на меня чужую магию? Этак и за дурика примет.
— Мэри Роуз тоже одаренная? — в лоб спросил меня Билл. — Да не бойся, я вижу, как на тебя реагируют люди, да и животные. Вон Волчок как ластится к тебе. А никого другого и не подпустил бы. Живя в этих краях и не такого насмотрелся. Так что в магию, что такую, что индейскую., я верю.
— Нет, — просто ответил я. — И это хорошо. Спокойней жить.
— Да уж, — пущенный щелчком окурок сигары описал красную дугу, и улетел за перила веранды. —
— Часов десять, может восемь. Зависит, поедут они по дороге ночью или нет.
— План есть?
— Выбраться отсюда и дать им бой в чистом поле.
— Чем тебя не устраивает дом?
— Тем, что от него мало что останется, — усмехнулся я. — Дырки от пуль потом латать и стекла вставлять в лучшем случае. А в худшем — куковать на пепелище.
— Ну до этого дело не дойдет, — сказал Билл, направляясь обратно в дом. Хотя… Есть одно место у меня на ранчо. Старый лабаз, который уже с полсотни лет стоит заваленный всяким хламом. Только вот он построен из настоящих толстых бревен, прадед откуда-то их выписал. Это у него была такая шиза, хотел сделать не то, чтобы амбар, а полноценный опорный пункт, чтобы осложнить жизнь копам или федералам, если придут брать. Любил он во времена сухого закона самогон гнать. Ну а поскольку никто его так и не искал, все со временем благополучно сошло на нет, как прадед, так и сухой закон. Только как вот направить их туда?
— Не надо никого никуда направлять. Они сами за мной придут.
— Ладно. Тогда начинаем собираться.
— Вам-то это зачем? Я один справлюсь.
— Парень, ты с ума что ли сбрендил? Это пограничье, тут все друг за друга, хочешь ты этого или нет, — удивленно вытаращился на меня Билл. — Про южное гостеприимство слыхал, небось?
— Слыхал, — вздохнул я, и поплелся вслед за Биллом. Придется выбираться из кровати и заняться делом, чтобы эта ночь не стала последней.
Ох, устроил же своим друзьям Билл побудку! Ну тут святой долг гостеприимства сыграл свою роль. Через час к дому стали съезжаться машины, по двое-трое человек в каждой. Ну и само собой, у каждого в машине было серьезное железо, холщовые сумки имели довольно-таки большой размер и вес.
Особенно порадовал один из соседей Билла — приволок «Миними».
— Зачем пулемет-то? — спросил Билл.
— Моя любимая игрушка, — гордо похлопал один из его друзей по ствольной коробке. — Я бортстрелком был. Пусть лучше будет с собой пулемет, даже когда он может и не пригодиться, чем не будет тогда, когда без него не обойдешься.
Билл счел это логичным, почесал репу и пошел в подвал за своим МГ-42, хотя для него и нужен второй номер. При такой скорострельности ленту нужно подавать горизонтально, иначе будет постоянно клинить. Ну ничего, я ему буду ленту подавать в случае чего.
— А как на все это посмотрит полиция?
— А никак, — пожал плечами Билл. — Ее вызовем после того, как разберемся с нашими гостями. А то еще аресты, посадки — мороки много. А так — напала банда, ее уничтожили, тушки разложили. Копам только останется забрать тела.
Я хмыкнул. Логично. И по-армейски.
— Тем более, шериф в курсе, как только приедет чужая машина, он подаст нам сигнал по рации, — он потряс спутниковым телефоном. Ну правильно, в этих холмах, как и
Индейцам была обеспечена хорошая встреча. Толстый усатый коротышка с дальнего ранчо подмигнул Биллу, и полез по тропинке вниз. Что у него звякало и полязгивало в сумке, можно было только догадываться, и мне эти догадки нравились.
— Кэп, командуй, — Билл обратился к пожилому, но еще крепкому и бодрому старику, который судя по возрасту и обращению повоевал на своем веку, может быть и Вьетнам застал. Хотя… Не было тут Вьетнама, другие войны были.
— Тут и командовать нечего, не армия, — усмехнулся старый вояка. — Вы с мальцом — в лабаз, занимаете первый этаж. Будете вести заградительный огонь. С вами — Рам, он займет снайперскую позицию.
Ковбой с семисотым «Ремингтоном», положенным на плечо, только кивнул.
— Сейчас Дин заминирует тропу, ведущую к лабазу. Не думаю, что они полезут в обход, по холмам, там лезть долго и отсутствует фактор внезапности. Мы — вон там, там, и там, — Кэп махнул рукой в направлении холмов. — Как только противник втягивается на тропу и оказывается под вашим огнем, мы атакуем с флангов, из засады. Как только они втянутся, третья группа замыкает тропу, пресекая отступление противника.
— Есть, Кэп.
Через полчаса работы, мы соорудили из найденного хлама импровизированную баррикаду у входа, оборудовав эрзац пулеметного гнезда.
— Ну а теперь ждем, — подмигнул мне Билл, лежа за пулеметом. И тут раздался звонок спутникового телефона. — Да? Понял. Сколько их? Хорошо.
Я вопросительно глянул на него.
— В город въехала машина с аризонскими номерами. В ней — пятеро.
Я хмыкнул. Какие бы индейцы не были супермены, но впятером против пятнадцати им нечего было делать. Если они конечно не на моем или янычаров Герры уровне, тогда можно и пободаться.
— Ну что, по местам, приготовиться!
Амулет вел воинов к их цели незримой красной связующей нитью. Дорога была долгой. Сначала они проехали Аризону, потом пересекли Нью-Мексико, но красная нить все так же звала их вперед. Вот наконец и Техас. И вот тут нить повернулась, значит искомое ждет их здесь. И когда нить продолжила поворачиваться, они поехали за ней. Наконец нить повернула и стала пульсировать — где-то здесь поблизости и был аватар. Последней точкой их остановки был какой-то маленький городишко, не доезжая до которого они увидели пустынную заправку, на которой кроме дремлющего в машине шерифа никого не было.
Опасливо косясь на белую машину с красно-синей полосой по двери и значком шерифа, водитель, Тэкода, направил их старый, надежный «Бронко» в прерию, туда, куда вела их нить.
— Мимо не проедем? — спросил Мэкья, старший их группы, когда-то служивший в армии САСШ.
— Нет, — коротко ответил Тэкода. — Нить выведет.
И только когда камень на амулете часто-часто запульсировал красным светом, напоминая открытое бьющееся сердце, Тэкода остановился.
— Приехали. Дальше пешком, — коротко сказал Тэкода, и вопросительно взглянул на Мэкья.