Навигатор

Иевлев Геннадий Васильевич

— На реабилитацию! — раздался над ним скрипучий голос.

Платформа, дрогнула и быстро заскользила по серым коридорам. Адам покрутил головой — рядом с ним никого не было. Он удивленно хмыкнул.

«Что это значит? Что я выкрутился и меня оставили в покое, удовлетворившись моими ответами или они уверены, что я никуда не спрячусь от них и потому считают излишний контроль необязательным? Что ж, их самоуверенность мне будет не лишней», — скользнул у него сонм довольных мыслей.

Он принялся смотреть по сторонам, пытаясь сопоставить мелькающую

обстановку с образами имеющихся коридоров из информационного поля Кюйта Фризза, но ничего похожего ему не попадалось, или Фризз здесь никогда не был, или эта информация была утрачена.

* * *

Наконец платформа замедлила ход и развернувшись, нырнула в образовавшийся в стене проём. Адам оказался в небольшом сером зале, стены которого сплошь были увешаны каким-то информационными панелями с бегающими и мигающими таблицами и графиками. Превозмогая боль, он поднялся и развернувшись, свесил с платформы ноги. К его удивлению, они коснулись пола. Опираясь на платформу, он поднялся.

— Проходите сюда, молодой человек, — донёсся неизвестно откуда голос, явно, принадлежащий пожилому мужчине.

Не зная куда идти, Адам, опираясь о платформу, направился по её ходу.

— Смелее, смелее! — подбодрил его тот же голос.

Подойдя к краю платформы, Адам, наконец, увидел обладателя голоса — это, действительно, был пожилой человек, небольшого роста, полный, с головой без нароста, но с волосяным покровом, начинающимся у затылка. Хотя сам он был полным, но его лицо было худощавым и покрытым густой сетью глубоких морщин, губы тонки, нос и подбородок заострены, глаза сильно прищурены и что они выражали было совершенно невидно. Одет он был в очень светлую серую куртку и такие же брюки.

— Проходите, молодой человек. Садитесь! — явный старик отвёл руку в сторону.

Адам повернул голову в том направлении и увидел полулежащее глубокое кресло чёрного цвета, над которым висел большой чёрный колпак, удерживаемый изящной дугой, которая вторым своим концом упиралась в нечто, напоминающее большой блестящий цилиндр с будто заполненным туманом проёмом, внутри его, наподобие того, с помощью которого он портировался в эту цивилизацию.

«Наконец-то! — легкая усмешка невольно тронула губы Адама. — Вот и портал».

— Что-то не так? — раздался голос старика.

Адам повернул голову к старику.

— Вас что-то смутило? — брови старика поднялись высокими дугами.

Адам понял, что старик трактовал его невольную гримасу по своему и постарался придать своему лицу серьёзный вид. К тому же, Адам, совершенно, не представлял, что будет делать этот чёрный колпак с головой Кюйта и потому решил вначале попытаться это выяснить у старика.

— Может быть можно как-то обойтись без реабилитации, — Адам вспомнил, куда шхерт направил платформу с ним. — Я себя чувствую уже гораздо лучше.

— У вас очень большая информационная потеря. Её должно восстановить из вашей матрицы.

Состроив

гримасу удивления, Адам поднял плечи.

— А это нужно?

— Вообще-то, это тебе лучше знать, — старик развел руками. — Но я получил распоряжение о твой реабилитации.

— А нельзя её отложить?

— Наверное можно, — старик поднял плечи. — Вид у тебя не очень, а эта процедура достаточно утомительная. К тому же у тебя есть какое-то неясное излучение, даже не излучение, а что-то типа вуали, что может помешать реабилитации. Возможно, это последствия от воздействия на тебя мощного стороннего поля.

— Так давайте отложим, — широко улыбнувшись, Адам развел руками. — На несколько дней. Я хорошо отдохну, разберусь в важности своей информационной потери и тогда пройду реабилитацию.

— Я обязан доложить об этом.

Старик отвернулся и шагнув к небольшому столу склонился над ним. Донесся его негромкий голос. Через какое-то время он выпрямился и опять повернулся к Адаму.

— Тебе разрешили, но ты должен оставаться дома, — старик отвернулся и шагнув в сторону, исчез из вида.

Развернувшись, Адам направился из зала.

«Странно! — принялся размышлять он, медленно бредя по коридору, сам не зная куда. — Они прекрасно чувствуют моё психотронное поле, но не придают ему большого значения, будто не считают его опасным. Что это: незнание, беспечность или игнорирование, как нечто несущественное? Но тогда они должны обладать таким нечто, которое на порядок должно превосходить психотронное поле. Что это может быть? Сила внутреннего мира? Другого типа силы я не могу представить. Только лишь сила внутреннего мира способна противостоять совершенному психотронному полю внешнего мира. Но тогда они должны иметь доступ к энергии внутреннего мира. Ерунда какая-то. Чего-то я не понимаю в их мире…»

— Фризз! Фризз! Фризз!

Громкий окрик, заставил Адама остановиться и оглянуться — его догонял тот самый худощавый шхерт, который вёл с ним беседу около лаборатории молекулярного анализа. Адам повернулся к нему. Подойдя, шхерт остановился. Его лицо выражало явное недовольство.

— Тебе приказано быть дома, — прохрипел он, со злым оттенком в голосе.

— Я туда и направляюсь, — состроив гримасу удивления, Адам дернул плечами.

— Там тупик.

Адам вытянул губы в усмешке и молча дернул плечами.

— Тебя требует к себе трасс Яггур. Иди за мной! — со всё тем же злом произнёс шхерт.

Повернувшись, худощавый шхерт быстро пошёл в ту сторону, откуда пришел. Адам поспешил за ним, но его носитель сейчас был не в лучшей форме и он начал отставать. Худощавый шёл не оглядываясь, будто забыв об Адаме и свернув в какой-то боковой коридор, скрылся из вида. Адам постарался ускорить шаг, но его дыхание сделалось глубоким и шумным, ноги будто налились тяжелым металлом. Свернув, Адам не увидел шхерта и остановился. Его шатало. Чтобы не упасть, он оперся плечом о стену. Его лоб сделался влажным. Пред глазами поплыли красные круги. Голова опустилась.