Навигаторы
Шрифт:
— На чьей ты стороне. Вернее, к чему у тебя душа лежит. А хотел ведь к Мазаю переметнуться.
— Проехали, — Водолей поморщился. — Теперь выбора нет. Как считаешь, к утру до Кутузовского доберемся?
— Зачем? — Павел удивленно взглянул на Водолея.
— Я слышал все, что ты сказал Ирине перед тем, как нас арестовали. Только не понял насчет условного места. Где она будет ждать, в метро?
— Дома. У нас дом крепкий. Должен выстоять.
— У нас тоже, — Водолей кивнул. — Мама там недалеко живет.
— Знаю, — Павел кивнул. —
— Мама нас и познакомила, — Водолей невесело усмехнулся. — Вот ведь… Короче! Если мама не уехала, когда паника началась, она тоже ждет. Возможно, у вас дома. Чтоб не страшно было. У нее комплексов нет.
— Вариант реальный, — Павел кивнул. — У Иры с женской солидарностью все в порядке.
— Тут не женская солидарность играет первую скрипку, — Водолей покачал головой. — Вместе легче выжить. Инстинкт самосохранения.
— А с этим вообще у всех женщин все в порядке.
— Если так, будет замечательно, не придется круги нарезать.
— Решено, двигаем в сторону Кутузовского, — Павел обернулся и на глаз прикинул маршрут. — Сейчас лучше прямо, мимо «Леруа» на МКАД, а потом направо и до поворота на Рублевское. Ну, а дальше… прямиком до нашего дома. Крюк получится, но короче пути нет. Только если по туннелю.
— Нет, с подземельями завязали!
— Тогда только по МКАД. Дорога широкая, может, не сильно завалена. Да и Рублевское не переулок какой-нибудь. По-моему, оптимально.
— Тогда идем, — Водолей направился к дороге.
Павел почему-то притормозил со стартом, но вскоре догнал Володю и даже ухитрился обогнать, пошел первым. Водолей не возражал. Он страшно устал за этот бесконечный день и теперь решил экономить силы на всем: на разговорах, эмоциях, ненужных понтах… на всем. Хочется Павлу идти первым, пусть идет, неутомимый лидер. А Водолею «желтая майка» и даром не нужна. Ему маму вытащить бы, а потом добраться… куда-нибудь… куда угодно, лишь бы посуше там было да потеплее. Помыться, проглотить биг-мак и выпасть в осадок минут на шестьсот. Вот все, что сейчас хотел Водолей. А лидировать, спасать мир, бороться с врагами… для этого существовали такие неугомонные типы, как Павел. Ну и флаг им в руки.
Выбраться на МКАД оказалось задачей не из легких. Мало того, что каждый шаг давался с огромным трудом — ноги вязли в грязи, так еще было жутко холодно, ледяной ветер продувал одежду насквозь. Энергичное движение поддерживало шаткий тепловой баланс, но отнимало последние силы. В какой-то момент Володе показалось, что сейчас он рухнет и не сможет подняться. Он уже приготовился так и сделать, но тут под ногами захрустел обледеневший гравий, идти стало чуть легче, а затем Водолей и вовсе шагнул на почти чистый асфальт. Трудно передать, каким это оказалось наслаждением — идти по асфальту.
Жаль, свободно идти получилось недолго. Метров через сто на пути возникла баррикада из покореженных машин и остатков пешеходного мостика, когда-то проходившего над Кольцевой. Несколько машин дымились,
Но и это не стало последним испытанием на злополучном шестьдесят пятом километре. Когда баррикаду удалось обойти, выяснилось, что обходить следовало по внутренней обочине Кольцевой. С внешней стороны МКАД высился новый завал из машин, который тянулся до развязки и дальше, вплоть до Мякининского виадука. Получалось, что придется либо вернуться, либо заложить приличный крюк по грязи и буеракам. Навигаторы немного посовещались и решили вернуться.
По внутренней стороне МКАД, дороги, которая теперь вполне соответствовала мрачной шутке «Московский кольцевой АД», навигаторам удалось пройти чуть дальше, до того уровня, где вдоль трассы протянулись ровные ряды гаражей. Дальше высилась новая баррикада из авто, причем вдвое выше всех виденных навигаторами ранее.
Павел не поленился забраться почти на вершину завала и окинул взглядом окружающее пространство. Оценив обстановку, он что-то крикнул — Водолей за шумом ветра не расслышал его слов — и спустился вниз.
— Приплыли, говорю, — отдышавшись, пояснил Павел. — Эта гряда метров сто в ширину, потом с полкилометра более-менее, а дальше такой же завал, только в километр, не меньше. Короче, не оправдались надежды. Отпадает МКАД. На нем даже на мертвом сплошные пробки. Надо другой маршрут прокладывать.
— Какой другой? — Водолей устало сел на приплюснутый капот ближайшего авто.
— Между гаражами завалы, но это даже выгодно. Кучи мусора вровень с крышами. Можно идти, как по бульвару. И выйти можно как раз на Строгинский бульвар.
— И что это даст?
— Ну что-что… потом попробуем по Кулакова пробиться и дальше по прямой. Как раз к Новорижскому туннелю выйдем. Или на МКАД свернем, если там почище будет.
— Туннель, если не затоплен, машинами забит под потолок, наверное.
— Там аномальный ураган не хозяйничал, — Павел покачал головой. — Если и забит туннель, то в один слой. По капотам и крышам нормально пройдем. Главное — действительно, чтоб не затоплен был.
— Как скажешь, — Водолей вяло пожал плечами. — Дай только передохнуть.
— Там, — Павел указал на тлеющий остов какой-то иномарки. — Погреемся заодно.
Погреться у костерка не получилось. Останки машины, в которых угадывались контуры бывшего «Мерседеса», больше дымили, чем давали тепла. К тому же внутри обнаружился обугленный до костей труп водителя. От смеси запахов сгоревшей краски, металла, жженой резины и паленой плоти Водолею стало дурно. Он зажал нос и сдал назад.
— Лучше пойдем, — он кивком указал на гаражи.
— Идем, — легко согласился Павел. — Дело к закату, не хотелось бы по темноте шариться. Хотя… будет ли он, закат?