Навсегда

Барчук Павел

— Ничего. Заживет. А вот дезинфекция не помешает. — Полковник сморщился и сжал зубы. Видимо процесс проходил не очень приятно. — Ты спросил, зачем мы здесь…Если речь именно о данном месте, то…Собственно говоря, всего лишь хотел показать лабораторию. Ничего не планировал. И уж точно не ожидал от тебя подобных фокусов. Но… ты меня порадовал…Не буду врать. Идем.

Романовский направился к выходу из комнаты. При этом он весьма заметно хромал и кривился от боли, но упорно топал вперед.

Я пару секунд смотрел ему в спину. Желание взять что-нибудь потяжелее и огреть Ликвидатора по

голове было огромным. Невыносимым даже. С самого первого дня я опасался полковника. Знал, он опасен. Несмотря на все эти пляски с бубнами вокруг моей персоны, верить Романовскому нельзя вообще. Ни на грамм. Он строит из себя доброго дядечку, вынужденного тянуть на своих плечах тяжелый груз заботы об Империи, но это ни черта не так.

Потом, когда некоторые поступки Сергея Сергеевича начали вызывать вопросы, когда Ангелина проболталась о том, что первоначальный план был другим, я почувствовал желание надурить Ликвидатора до того, как он успеет надурить меня.

Но сейчас…Сейчас я его ненавидел. Искренне. Пожалуй, ничего подобного не испытывал ни к кому. Никогда.

— Ты идешь? — Уже возле двери Романовский оглянулся. — Или останешься торчать столбом посреди лаборатории?

Пришлось двинуться следом. Нет. Сначала пришлось сжать в кулак все эмоции, остаточно бушующие во мне. Они бурлили уже не в полную силу, но тем не менее, до конца не исчезли.

Мы вышли из лаборатории. Дверь за моей спиной тихо закрылась обратно и я услышал щелчок сработавшего замка.

— Вот сюда. — Ликвидатор указал на одну из дверей, которые имелись в коридоре.

— А там что? — Я кивнул в сторону ответвления, уходящего в полумрак.

После того, что почувствовал в лаборатории, есть весьма серьёзное опасение, стон мне не послышался. Это точно был не Семен. Пацан слишком мал. Голос с большей вероятностью принадлежал человеку постарше. Или девчонке. Но это вряд ли. Среди женщин не рождаются псионики. Говорят, природа решила, это было бы слишком опасно. Достаточно вспомнить, как ведут себя девчонки во время переходного возраста. Там же — сплошные истерики, закидоны и получища тараканов. Ну…кроме Насти. Хотя, надо признать, она тоже иногда исполняла нехило.

— Там — ничего. — Равнодушно ответил Ликвидатор.

Он произвёл с нужной нам дверью те же манипуляции, что и при входе в святая святых Особого отдела. То есть приложил глаз, потом палец, потом сказал несколько слов. Причем, слова явно были произвольными, от балды. То есть, принципиально важен именно голос.

Вообще, конечно, удивительная тупость. В лаборатории стоит только кодовый замок, на остальных дверях — многоуровневая система. Бред какой-то, честное слово.

— Добро пожаловать. — Романовский снова посторонился, чтоб я прошел вперёд.

Новое помещение выглядело как гостиничный номер. Только уровня люкс. Две комнаты, одна из которых играла роль спаль, вторая — гостиной. Полностью меблированы. Начиная от широкой кровати и заканчивая плазмой. Имелись даже сортир и душ.

— Эм…Неожиданно…– Я подошел к дивану, стоявшему посреди гостиной, и плюхнулся на него.

— Это — мои апартаменты. — Пояснил Ликвидатор. — Одно время приходилось ночевать на службе. Вот и обустроился. Люблю, знаешь

ли, спать на хорошем постельном белье.

Он промаршировал к бару, расположенному возле стены, открыл дверцу, вытащил бутылку, наполненную золотистой жидкостью и пузатый стакан.

— Извини, не предлагаю. Не дорос ещё. — Романовский плеснул алкоголя в бокал и сразу сунул бутылку обратно.

— Спасибо, переживу как-нибудь. С трудом, конечно, но буду сильно стараться. — Ответил я с серьёзным выражением лица.

— У тебя забавное чувство юмора. — Усмехнулся полковник.

Он плюхнулся в одно из кресел, стоявших ровно напротив дивана, а потом молча принялся рассматривать меня.

— Слушайте…– Я поерзал на месте. — Мне казалось, предполагается разговор. Общение. Даже, можно сказать, доверительная беседа.

— Так и есть. — Ответил Ликвидатор.

Он помотал стаканом, потом сделал глоток. К счастью, пялиться перестал. А то я снова начал нервничать. Таращится, будто психопат на жертву. Хотя, почему же «будто»?

— Хорошо. Весь во внимании. — Я опять поерзал по дивану. Что-то коробило мое сознание на самом краешке. Не могу даже понять, что именно.

— Сейчас. Дождёмся кое-кого…– Романовский улыбнулся и поднёс бокал к губам, делая очередной глоток.

В этот момент дверь апартаментов отворилась.

На пороге нарисовался незнакомый мне особист. До хрена их, конечно, этих особистов. Тараканы. Вот они кто. Тараканы, которые захватили всю жилплощадь. Причем, днем хозяева их не видят. Но вот ночью, едва погаснет свет, полчища неубиваемых гадов расползаются по дому.

— Сергей Сергеевич? — Спросил новоприбывший сотрудник Особого отдела. Просто произнёс имя Ликвидатора. И все.

Однако, видимо, полковник вполне понял, о чем речь. Он молча кивнул в ответ.

— Принято. — Особист сдал назад, но дверь при этом не закрыл. Через мгновение стало понятно, почему.

Оказывается, мы ждали пополнения в свою тёплую компашку. И оно прибыло.

В аппартаменты, испуганно оглядываясь по сторонам, вошла моя мать.

Чудны дела твои…

— Здравствуйте…– Как ни в чем не бывало выдала моя родительница.

Что интересно, она не выглядела испуганной или ошарашенной.

А должна бы. Если что, мать сейчас находится в здании Особого отдела, в компании Ликвидатора. Его физиономию знают все. Каждой собаке на улице покажи, непременно залает. Мать просто не может не соображать, с кем в данную минуту разговаривает. И, скажем прямо, беседа с Полковником — далеко не лучшее событие в жизни любого человека.

Единственное, что я заметил, она, наверное, была немного напряжена. Но совсем чуть-чуть. Будто ей предлагают взяться за оголенный провод руками или собирать ядерные отходы без специального снаряжения. То есть, теоретически шансы выжить есть, но тут уж, как судьба повернется. Не настаивают, а именно предлагают.

Откуда такая излишняя самоуверенность? Это вообще не похоже на мать. Вообще! Где та немного забитая, молчаливая, не способная на решительные поступки женщина? С кем я жил, черт подери, всю свою жизнь?! Хоть что-то в моей жизни было настоящим?