Навсегда
Шрифт:
— Ничего страшного. — Настя махнула рукой. — Я так и поняла, что ты передумал. Ждала тебя часа два, наверное. Думала, может, опаздываешь. Потом поняла, что не придешь. Ты так решил из-за меня?
— Эм…прости, не понял. При чем тут ты?
Я старался говорить слегка небрежным, высокомерным тоном. По большому счету, моя задача на данную минуту, дать девчонке понять, что нам точно не надо общаться. Оттолкнуть ее. Изобразить из себя богатенького мудака, который во время вечеринки просто расчувствовался и увлекся незнакомой особой. Не в плане личных каких-то эмоций,
— Ну, ты же снова надумал меня защищать. Единолично принял решение, которое касается нас обоих. Опять. Ты же, типа, взрослый, самостоятельный. Мужик, блин!
Я бестолково уставился на девчонку, пытаясь понять, о чем она вообще говорит. И с хрена ли, в общении с малознакомым парнем использует подобный, тон.
— О, Господи…– Настя развела руками. — Ты серьёзно думаешь, будто я ничего не поняла? Правда? Будто я поверила в твою смерть? Тем более, в самоубийство. Ну это, Боря, даже не смешно. Честное слово. Ой, прости. Ты же теперь Антон.
Я открыл рот. Закрыл. Потом снова открыл и возмущённо выдал.
— Слушай, не понимаю о чем ты. Какой, на хрен, Боря? Я вообще тебя впервые увидел на той вечеринке. Просто…настроение было такое…непонятное. Вот и подошёл. Думал, помощь нужна.
— А-а-а-а-а…ну, да…ну, да…– Девчонка внимательно смотрела мне в глаза. — Я так понимаю, нам не избежать этого этапа, когда ты будешь меня убеждать, что являешься кем-то другим. Например, племянником Великого Ликвидатора, который по удивительному совпадению именно сейчас решил переехать жить в Новый Питер…Ну…хорошо. Тогда поступим иначе. Идем.
Настя схватила меня за руку и потянула в сторону лестницы. Я, скажу честно, пребывал в каком-то ступоре. Просто…Хотел бы видеть рожу Романовского, если бы он услышал, что всю его сраную легенду раскусила обычная девочка из квартала мусорщиков. Другой вопрос — признаваться Насте, а уж тем более рассказывать полковнику о ее сообразительности, не планирую.
— Куда ты меня тащишь? — Я попытался вырвать руку и остановиться.
Но девчонка, надо признать, бывает слишком настойчивой, если ее переклинит. Она вцепилась в мою конечность намертво. Мне кажется, попробую разжать ее пальцы, хрен получится. Настя сейчас в состоянии крайней твердолобости. Хочет доказать свое. Я знаю это состояние.
— Да так…хочу сразу, на примере конкретной ситуации избавит нас обоих от неприятных моментов. Тебя — от необходимости врать. Себя — от желания придушить кое-кого.
— Слушай, ты очень странная. Тебе кто-нибудь говорил об этом? — Я топал следом за своей подругой с выражением легкой скуки на лице.
Мол, дура какая-то прицепилась, ну, да ладно. Что уж теперь. Посмотрю, что именно она хочет показать. При этом в голове отсчитывал время. Секунды тикали прямо в моем мозгу. Времени не сильно много. Человек Романовского может ждать еще минут десять. Потом он войдет в школу и отправиться на поиски меня. Думаю, Ангелина уже свалила, от нее активных действий можно не ожидать. Хотя, тоже не факт. Романовская интереса ради, вполне способна задержаться, дабы убедиться, что я сел в папашину машину. Следить за тачкой она,
— Все. Пришли. — Настя покрутила головой, проверяя, нет ли посторонних в коридоре.
Уроки закончились, детишки рассосались, поэтому, естественно, никого не было. Учителя, так понимаю, уже рвутся домой, либо в учительской заняты рабочими делами. Учительская — на первом этаже. Там же, где секретариат. А мы сейчас с девчонкой находимся на четвертом.
— Так…И? — Я развёл широко руки и повернулся сначала в одну сторону, потом в другую. — Что конкретно мы тут делаем?
— Открой, пожалуйста.– Настя посмотрела на окно возле которого мы стояли.
— Слушай… Если ты хочешь подышать воздухом, то более разумно это делать на улице.
— Ладно. Сама открою. — Она подошла к окну, затем потянулась к ручке. Буквально через секунду створка отъехала в сторону. Как и крыша моей подруги. Иначе все происходящее назвать не могу. У нее точно проблемы с головой. Девчонка шустро забралась на подоконник и свесила ноги.
— Ты дура совсем?! — я шагнул к ней. — Слазь, что за бред?!
— Не. — Она замотыляля головой, а потом, оглянувшись через плечо, подмигнула мне. — Лови.
В следующую минуту произошло две вещи. Первая — эта психованная прыгнула. Реально. Из окна четвертого этажа. Просто — раз! И скользнула вниз. Второе — я поймал ее. Не руками. Руками не успел бы. В данном случае, среагировал на Настю как на предмет. Телекинез, оказывается, полезная штука. И его можно использовать по отношению к людям в том числе. Со стороны смотрелось так, будто Настя соскочила с подоконника, упала на воздушную подушку и ее отпружинило обратно. Честно говоря, до конца сам не понял, как я провернул этот фокус. Хорошо, что попутно успел подскочить к окну совсем близко и, когда девчонку швырнуло обратно, поймал ее за шиворот. Затащил внутрь, а потом взорвался.
— Ты дура! Дура, млять! Идиотка! Голову лечи! Лечи, блин, свою тупую башку!
Я не орал. Нет. Я шипел, давясь злостью и страхом. А если бы не успел? А если бы это был не я. А если бы… Да мало ли! Этих «если бы» до хрена просто.
— Ну, вот видишь, Борь. — Настя снова разулыбалась. — А говоришь, Антон…
— Ты вообще чокнутая! — Я тряхнул девчонку за плечо. Сильно тряхнул.
Как только затащил ее обратно, захлопнул створку и сломал ручку. Чтоб это долбанное окно вообще никто не смог открыть. С помощью телекинеза сломал, опять же. Просто на эмоциях заклинил к чёртовой матери механизм.
Настя соскользнула с подоконника, одернула платье. Она, в отличие от меня, была совершенно спокойной. Даже счастливой. Мандануться можно просто. Стоило уехать и моя подруга сошла с ума. Превратилась в какую-то рисковую оторву. Это вообще на нее не похоже.
— Ну? Теперь поговорим? — Девчонка уставилась на меня довольным взглядом.
— Поговорим?! Скажи спасибо, что окно выходит на другую сторону, не на парковку и не на парадный вход. Дура, блин! Там человек Ликвидатора за мной приехал. Там его же дочка отирается. Спаслись бы к чертям собачьим.