Не опоздай...
Шрифт:
– Мсье Франсуа?
– Доброе утро, мадемуазель Анна! Мне нужно с Вами поговорить, – тихо сказал он.
– Доброе… но сегодня же смена мсье Лоренцо, я его видела в холле…
– Да, но поговорить-то мы можем?
– Можем, проходите.
Он вошел, резко захлопнул дверь и сразу сказал:
– Мадемуазель, буду краток. Я Вас очень прошу заказать сегодня Иньяцио!
– Что???
– Оформите заказ сейчас, побыстрее, пожалуйста!
– Мсье Франсуа! Что с Вами?... Что-то случилось?
– Пока ничего.
–
– Нет, нет! Но они могут появиться, если Вы этого не сделаете. Вы же имеете право заказывать его раз в неделю?
– Да. Но Вы сами всегда были против…
– А теперь я Вас прошу об этом! Или Вы больше не захотите этого делать… ведь… он, кажется, наговорил Вам всякого тогда, в палате?...
– Ну… да, я не очень-то хочу его видеть, если честно, мсье… Все правда так серьезно?
– Более чем.
– Хорошо. Пойдемте!
– Но я Вам ничего не говорил!
Она пристально посмотрела на него.
– Хорошо. Но тогда я когда-нибудь Вас тоже попрошу…
– Согласен.
Как-то подозрительно легко он согласился, думала девушка, спускаясь в холл.
– Здравствуйте. Мсье Лоренцо! Наконец-то Вы здесь! Я рада Вас видеть.
– Доброе утро, мадемуазель, – улыбнулся управляющий из-за стойки ресепшн. – Я тоже раз видеть Вас, мадемуазель Анна. Что-нибудь желаете заказать? Почту? Поездку?..
– Иньяцио. Да, я хочу заказать Иньяцио на сегодня.
– А!..
– Я ведь могу это сделать, мсье? Мьсе Герардески говорил, что теперь.. я могу заказывать его, но не чаще одного раза в неделю…
– Да, конечно,- мужчина открыл журнал регистрации и внес нужную запись. – Вот здесь будьте добры…
Анна поставила свою подпись.
– С девяти до двенадцати?
– Совершенно верно, мадемуазель.
– Спасибо большое! Как Вы, мсье Лоренцо?
– Я? Все хорошо, практически… спасибо, мадемуазель.
– Ребра срослись? – понимая, что спрашивает явную глупость.
Он улыбнулся, глядя на нее:
– Почти.
– А рана? Не беспокоит?
– Нет. Благодарю Вас. Мсье Эрнест привез мне какие-то волшебные пилюльки… и теперь на мне все заживает, как по волшебству.
– Хорошо, я беспокоилась за Вас, мсье.
Управляющий кивнул, но ему пришлось отвлечься на подошедших постояльцев, и девушка быстро вернулась к себе в номер. Ну вот, вечером она снова увидит Иньяцио. Стоп! Он же сказал, что уезжает сегодня в три часа! Надолго… Но мсье Лоренцо как ни в чем не бывало принял у нее заказ… Так кто их них врет? Иньяцио? Лоренцо? Франсуа? А может быть, все трое? Ладно, разберемся вечером… Без пяти минут три Иньяцио уже стоял перед той самой железной дверью… Постучал. Опять послышался знакомый скрежет засова… дверь отворилась. Морда Грэга нарисовалась в проеме.
– Явился?
– Да.
– Заходи!
Молодой человек вошел и огляделся.
– А где мсье Сингх?
–
– А он не сказал? – удивился Иньяцио. Обычно охрана была всегда в курсе.
– Нет.
– Ну вот и я промолчу… Куда мне?...
Охранник молча кивнул в знакомом направлении.
– Что еще за тайны? А может, ты подворовываешь вместе с Риком, а?! Ты смотри у меня!..
– Нет, что Вы! Дело совсем не в этом.
– А в чем тогда? Ты совершил какую-то ошибку?... Или, может, поколотил кого? – хмыкнул Грэг, раскладывая на столе знакомые предметы…
– Да. Я совершил ошибку, мсье Грэг, – кивнул Иньяцио, снимая рубашку и обувь.
Потом встал в центр и поднял руки, дожидаясь, пока охранник защелкнет на них кандалы, свисающие с потолка.
– А то ребята болтают, что ты чуть ли не подрался с самим управляющим!... – хмыкнул Грэг, с интересом косясь на него. – Я их послал, конечно, но врут они лихо… Что?... Постой… или это правда?... Иньяцио! Ты что… ты… в самом деле подрался с мсье Сингхом?!...
Молодой человек молча отвернулся. Охранник присвистнул, но в этот момент железная дверь скрипнула….
– Мсье управляющий… вот… можно начинать? – немного растерявшись, уточнил Грэг.
Раджив Сингх молча смотрел молодого человека со скованными под потолком руками. Потом велел охраннику:
– Выйди отсюда.
– Но, мсье, Вы же сами говорили, что это моя работа….
– Пошел вон отсюда!
– Так точно, мсье! – отчеканил Грэг и, наклонившись к Иньяцио, шепнул: – Ну, держись… если это правда…
– Вон отсюда, я сказал! – рявкнул управляющий еще раз, и охранник молниеносно скрылся в коридоре.
Они остались вдвоем, в полной тишине. Управляющий сверкнул своими черными бездонными глазами из-под черных бровей и чуть приподнял подбородок обвиняемого концом своей трости, с которой, похоже, никогда не расставался.
– Ну? Тебе полагается последнее слово… так, кажется, принято…
– Последнее слово? – удивился Иньяцио. – Разве это что-то изменит, мсье?
– Нет, – согласился управляющий. – Но мне правда интересно, что ты думаешь… Может быть, ты раскаиваешься? Сожалеешь?
– Мне правда жаль, что я Вас… задел… мсье.
– Хм! Ты не задел, ты мне губу разбил, – возразил мсье Сингх, оглядывая его с головы до ног.
– Простите, мсье, я не хотел этого.
– А если ты вновь увидишь, как я пытаюсь вразумить какую-нибудь идиотку?
– Мсье, я снова попытаюсь оградить ее от такого обращения, – пожал плечами Иньяцио.
– Да… тяжелый случай, – протянул управляющий, обходя его кругом. – Запомни, раз и навсегда! Никогда! Не смей! Возражать! Управляющему!
Говоря это напутствие, мсье Сингх каждое слово сопровождал ударом своей трости по его спине. У Иньяцио от боли потемнело в глазах, и он не сразу услышал вопрос Сингха, когда тот наконец остановился: