Не служил бы я на флоте...
Шрифт:
городском катере с Графской пристани в Голландию. В носовом
помещении сидит мой однокашник Петя Козлов, в форме №-3,
но подпоясанный почему-то обыкновенной бечевкой. Рядом си-
дит тело с повязкой дежурного по факультету в погонах капитана
2 ранга. Сунулся я к Пете вопрошать, но тот только палец к губам
приставил и только смог промолвить: «Тсссссс!».
В классе спрашиваю, кто, что и чего знает? Никто и ничего не
слышал, не видел и не знает. Заходит
вчук, Петин друг, оба родом из Балаклавы) и спрашивает, «Петя
не заходил!?». Приперли Чука к стене «Колись, гад, что с Петрухой
сотворил?».
Чук и рассказал: «Вечером поехали с Петей домой в Балакла-
ву. Перехватила по дороге нас моя бабушка и попросила снять
пробу молодого виноградного вина. Стаканов не было, пили из
поллитровых банок, черпая из бочки.
Дошли до кондиции (вино класс!) и ре-
шили поехать в Севастополь на танцы (по
девочкам!!!). Сели в автобус, в нем нас,
конечно, развезло, начали петь песни и
«…гуляй душа…». На Балаклавском КПП
нас снимает патрульно – постовая служ-
ба МВД. Я убежал и Петю с тех пор не
видел». Появился Петя через два часа и
рассказал подробнее произошедшие со-
бытия после пития вина: «Завели меня в
16
помещение КПП, что-то начали звездеть менты, ну я не выдержал
и стряхнул пепел с сигареты в кастрюлю с борщом, который вари-
ли дежурные менты для себя. Естественно, получил немного звез-
дюлей и был заперт в какую-то каталажку. Душа рвалась на волю
и через окошко (стекло разбил) выбрался я на свободу и рванул
быстрее лани через виноградники, куда глаза глядят. Бежал долго,
споткнулся, упал и выкатился прямо на автодорогу Балаклава –
Севастополь, прямо под фары какого-то автомобиля. Автомобиль
оказался дежурной машиной Севастопольской комендатуры ЧФ,
мчащайся как раз за мной – преступником по вызову дежурного
по КПП. Привезли в комендатуру, в камеру, откуда меня утром и
забрал дежурный по факультету. Хорошо, что он, перед тем, как
вести меня на разбор к начальнику училища, предупредил Макси-
мыча. Идем мы к начальнику училища, и Максимыч мне говорит:
«Петя! Ты только молчи у начальника СВВМИУ. Говорить буду я».
Начальник училища читает мне мораль, вправляет мозги, но
я, свято выполняю наказ Бати: молчу и молчу. Раз Батя сказал,
молчи – значит молчи! Тут и Максимыч испросил разрешения
доложить адмиралу: «Товарищ адмирал! Главный корабельный
старшина Козлов уволен мною вчера в 18.00. Вот и «Книга уволь-
няемых 252 роты» с записью (когда успел?). Петр Козлов – отлич-
ник учебы, задолженностей
взысканий так же. На Троицкой пристани (я там и близко не был)
его встретили однокашники по средней школе и заставили выпить
из горлышка две бутылки портвейна, еще и закурить, а он непью-
щий и некурящий, спортсмен. С непривычки его и развезло. Я лич-
но найду этих мерзавцев и накажу». Начальнику СВВМИУ, не долго
думая, дал мне семь суток и приказал самому командиру роты на-
учить меня пить спиртные напитки из фужера или стакана на худой
конец. «Вы же будущий офицер! Как так можно – из горла! Только
фужер или рюмка! И за столом! С хорошей закуской!».
В очередной отпуск Петя уехал через день, после того, как
разъехались мы.
МАРСИАНИН
На кафедре теории устройства и живучести подводной лодки
служил преподавателем отличный офицер – подводник. Из-за его
лысой головы (намного блестящей, чем биллиардный шар) кур-
санты звали его «Марсианин». На четвертом курсе, прибывая на
17
отработку борьбы за живучесть, мы обращали внимание на объ-
явление первичной партийной организации о предстоящем со-
брании. Вторым вопросом всегда стояло персональное дело на-
шего Марсианина – коммуниста. Эти собрания, по-моему, были
бесконечными, и всегда в его пользу.
Но нам он нравился во время экзамена. Перед экзаменом на-
ливался полный графин коньяка и ставился на стол преподавате-
лей. Со стороны стоит себе графин с чаем и пусть стоит. Приходя
на экзамен, Марсианин первым делом пробовал содержимое
графина.
При отсутствии коньяка оценки выше трех баллов на экзамене
не поднимались, ну а после второго стакана четыре балла чере-
довались только с пятью баллами за ответы, а сам средний балл
экзамена становился от 4.5 до 4.9!
НАУКА ВЫЖИВАТЬ
Учебный отдел однажды ввел в училище следующий вечер-
ний распорядок: после ужина ка-
зарменные помещения закрывать
на замок, а дневальных с дежур-
ным отправлять на самоподготовку
в учебный корпус. Балл от этого не
поднимался, зато у самых умных
появлялась возможность остаться
в закрытом ротном помещении и отдохнуть. Дежурному по учи-
лищу вменялось в обязанности отправлять на проверку закрытия
ротных помещений дежурных по факультетам. Батя (он же Джон