Не смей меня... хотеть
Шрифт:
Братья — они такие… Никакого участия… Как сами с похмелья болеют, так им и супчик согрей, и аспиринчику принеси, и маме не говори… А как помочь в аналогичной ситуации — ни одного слова без подъебки… Знаем, плавали. Один раз, правда, но прямо на всю жизнь мне хватило.
Судя по всему Игорь Солнечный ничем от остальных типичных братьев не отличается.
— Пей больше водички, — советую я, — а лучше, знаешь… Полисорб какой-нибудь… Или угля активированного…
— Гош… — мученически тянет Риска, — сгоняй за угольком…
— Ага, прям
— Гад… — безвольно выдыхает Риска.
— Злится? — спрашиваю я осторожно.
— Ага… — судя по звукам, Риска пьет воду, голоса Игоря не слышно, наверно, реально ушел из мангала угли добывать. Добрый такой братик. — Ему папа вломил сильно за меня…
— А чего ему-то? — удивляюсь я.
— А кому? — резонно спрашивает Риска, и я уныло киваю.
Ну да. Реально некому. Старший брат же. Ушел гулять на всю ночь вместо того, чтоб за сестрой смотреть. И неважно, что сестре восемнадцать и она — та еще звезда. — А мне так пло-о-о-охо-о-о-о… — стонет Риска, — похоже, мы с тобой какими-то чипсами траванулись… Помнишь, ели?
Я этого не помню, но соглашаюсь с готовностью. Конечно, чипсами, чем же еще? Не вискариком же, которого в нас по поллитра на сестру булькало вчера? Заполированным невнятными коктейлями? Не-е-е… Однозначно , чипсы…
— А ты-то чего бодрячком? — завидует Риска.
— Да я сразу угля навернула, — делюсь с ней жизненным опытом, — так что с утра только чуть-чуть голова покружилась и все. У нас сегодня Рашидовна, нельзя пропускать, а то бы я тоже лучше отвалялась. Давай, больше пей. И спи.
— Ага… — вяло соглашается Риска, тут за заднем плане слышится хмурый голос Игоря:
— Я тебе энтеросгель развел, иди жри, пьянь мелкая.
Риска отключается, а я радуюсь, что Игорь, как брат, не настолько жестокий, как мой Мишка, например. Он-то, помнится, только стебался, да маме меня вкладывал с огромным наслаждением.
После занятий я уже вполне нормально себя чувствую.
Голова, конечно, побаливает, но две пары старослава творят чудеса: концентрация на высоте, нервы на пределе, мозги щелкают и лопаются пузырями, как воздух в трясине.
Заношу книги в библиотеку, задерживаюсь там с Виселицей до начала следующей пары.
У меня больше занятий нет, в полном одиночестве иду по пустым коридорам универа, выхожу на крыльцо, жмурясь от яркого осеннего солнца, и наталкиваюсь на молча курящего в стороне Немого…
Глава 17
Пару секунд я рассматриваю широченную спину Немого, невольно вспоминая ту татушку, что так ярко перекатывалась на смуглой гладкой коже.
Образ Немого, стягивающего небрежно через голову футболку, неожиданно застревает в сознании, заставляя губы сохнуть. Странная реакция, конечно…
Но хорошо, что он один, можно без свидетелей ненужных подойти поговорить.
Почему-то накатывает робость.
Он так странно смотрел на меня
Зная моего придурка-бывшего, можно быть уверенной, что в уши своим приятелям он налил полно всего, замучаешься отфильтровывать.
Но, с другой стороны, какая разница, что обо мне думает Немой?
Я просто поблагодарю его, и все.
Подхожу ближе, Немой, слыша звук шагов за спиной, разворачивается и смотрит на меня. Без удивления вообще, молча, чуть сощурив глаза, ведет взглядом от ног до лица. Медленно и, как мне кажется, издевательски.
Желание благодарить пропадает мгновенно, но тормозить и разворачиваться в другую сторону, учитывая набранный разгон, как-то глупо, а потому я выдыхаю и делаю то, что должна.
— Привет, — вежливо здороваюсь я.
Немой выдыхает дым, кивает.
— Слушай… — ну вот, все слова куда-то подевались! А были ведь! Были! — Я хотела сказать спасибо за помощь… Ну… Вчера…
Немой смотрит, вообще никак не давая понять, что слышит меня, и неожиданно в голову приходит здравая мысль, что он мог быть пьян, как фортепьян, там, в клубе. И просто в отключке махать кулаками…
Вот это был бы номер! Я тут распинаюсь перед ним, в благодарностях рассыпаюсь, а он и не помнит ничего!
— Ты помнишь, что вчера было? — на всякий случай уточняю я.
Немой кивает.
Медленно подносит сигарету ко рту, затягивается, я завороженно смотрю, как смыкаются твердые губы на фильтре, как немного раздуваются ноздри, словно у хищника, идущего по следу за добычей…
А потом Немой выдыхает дым , попадая мне в лицо!
Черт!
Придурок какой все же!
Злоба берет верх над вежливостью, я бормочу что-то типа “ну вот и отлично, пока”, разворачиваюсь и иду прочь от этого хама. Сжимаю кулаки невольно, в голове бушует ураган мыслей, в основном деструктивных.
Мне почему-то хочется развернуться и со всей дури долбануть верзилу по пустой башке чем-нибудь тяжелым. И крикнуть что-то вроде: “Эй, я тебя благодарила, вообще-то, урод! Мог бы и слово сказать в ответ”.
Естественно, это пустые эмоции, Немому явно глубоко пофиг на мои переживания и мою благодарность.
Я делаю пару шагов с крыльца, но затем неожиданно разворачиваюсь и, запрещая себе даже думать о последствиях и о том, как это вообще со стороны выглядит, взлетаю обратно к как ни в чем не бывало продолжающему курить парню.
— Да что с тобой не так? — начинаю говорить я, не пытаясь больше сдерживаться и строить из себя благодарную овечку, — я всего лишь хотела поблагодарить! За твою помощь! Мог бы хоть слово в ответ сказать!
Немой отбрасывает сигарету, смотрит на меня.
Стараясь делать вид, что мне вообще пофиг на ледяное выражение его темных глаз, продолжаю:
— Я же не требую от тебя чего-то сверхъестественного? Простая вежливость! Веж-ли-вость! Ты в курсе вообще, что это такое? Загугли, может, жизнь новыми красками заиграет!