Не смей меня... хотеть
Шрифт:
Он впечатывает мои запястья в кровать, наваливается…
Смотрит внимательно. А затем говорит:
— Ну и хорошо.
Я хочу сказать, что в этом нет ничего хорошего, но не успеваю.
Захар целует меня, с рычанием и таким энтузиазмом, словно не трахал всю ночь напролет, а только-только с армии вернулся.
Я протестующе стону, но губы сами собой отвечают на порабощающий поцелуй…
Это моя карма, наверно, за то, что думала, что могу быть независимой от секса и смеялась над девчонками, рассказывающими,
Теперь я одна из них.
Закидывая ноги на плечи Захара, я мимолетно думаю, что, скорее всего, нет женщин, не умеющих получать удовольствие от секса.
Просто они еще не встретили того, кто заставит их поменять свое мнение.
Глава 28
— Милая, я, конечно, не делаю замечание… Ты уже взрослая у меня. Самостоятельная… Но все же в следующий раз постарайся предупреждать нас с папой о том, что не ночуешь дома, не в двенадцать ночи…
Мама смотрит на меня спокойно, с легким укором.
И мне реально стыдно и неловко от того, что заставила волноваться. Это в первый раз случилось, и ощущения поражают своей новизной.
Мама с папой мне доверяли всегда, и я их доверие оправдывала… Тоже всегда.
Кроме вчерашнего вечера. И ночи.
— Я просто… Ох, мам… — я не знаю, что сказать, слова не появляются в голове, и потому просто лезу обниматься. Как всегда, инстинктивно ластясь и забивая эфир действиями, а не объяснениями.
И мама, как это и раньше случалось, тает и охотно прижимает меня к себе, гладит по голове.
— Малышка моя… Такая большая уже… Я все понимаю, ну что ты… Я же тоже была молодой, и мы с твоим папой… Ох… Но все же, постарайся вспомнить в следующий раз, что мы есть. И мы переживаем. И хотя бы отправь смс. Это же не сложно?
— Не сложно… — шепчу я, стыдясь и мучаясь.
Я вчера настолько с ума сошла, что вообще про все забыла…
А в двенадцать ночи, как раз в перерыве нашего постельного марафона, чисто случайно глянула в телефон… И обомлела. Куча пропущенных, причем, в основном от мамы, а еще парочка от братьев, но там не сообщения даже, а угрозы надрать жопу.
Папа не звонил, и это говорило только о том, что его еще никто в мои подвиги не посвятил.
Пытались малой кровью обойтись, а то ведь папа у меня не умеет точечно, он — оружие массового поражения, сразу по площадам херачит. Если бы ему дошла новость о том, что меня нет дома и связи со мной тоже нет, то весь город уже стоял бы на ушах.
Мгновенно просчитав это все, я тут же набрала маму и, игнорируя уткнувшегося уже губами в шею Немого, нарочито бодрым тоном сообщила, что загулялась и домой сегодня не приеду ночевать.
— Ты безответственная девочка, Аля, — строго сказала по телефону мама, — не ожидала от тебя. И от Олега тоже. Раньше ты всегда предупреждала.
Немой,
— Мам… — я тихонько помолилась, чтоб Захар ничего конкретно сейчас не выкинул, такого, из-за чего мама могла бы понять, что я не с Олегом. Как-то не очень правильно посвящать родителей в перемены в своей личной жизни таким образом…
— Ну что “мам”? — устало спросила мама, — ты хоть знаешь, что я чуть не начала больницы обзванивать? А братья твои , вместо того, чтоб отдыхать после рабочего дня, ездят по городу и ищут тебя по всяким клубам…
Бли-и-и-ин…
Представляю, какого шороху эти два мамонта, вообще не склонные к изящным решениям вопросов ( это в папу потому что все, тоже по площадям бить привыкли, просто масштаб поменьше. Пока), навели в моих любимых заведениях… А ведь меня там знают… И Олега тоже… А если они где-то встретили Олега и не встретили меня с ним?
От одной мысли об этом пот холодный пробрал.
Хотя, судя по словам мамы, пока что никакой катастрофы не случилось… Сейчас поговорю, она звякнет братьям и отзовет этих следопытов с тропы войны. Пока не поздно.
— Ладно, — вздохнула мама, — я с тобой утром поговорю… И с Олегом тоже, пусть не расслабляется! Он старше, он должен нести ответственность за тебя, как твой жених, в конце концов!
Сзади раздалось низкое, невероятно злобное рычание, такое жуткое, что у меня мурашки по коже побежали, на горло легла тяжеленная ладонь, и я, поняв, что времени осталось катастрофически мало, торопливо попрощалась и пообещала явиться утром с повинной головой.
Разубеждать маму насчет Олега тоже не показалось удачной затеей.
Правда, буквально через мгновение, опрокинутая на спину и прижатая мощным телом Немого, я уже не была в этом так уверена.
Захар смотрел жутко и требовательно. Так, что я даже на полмгновения подумала, что надо было маме сказать про Олега… О завершении наших отношений.
Что никакой он мне не жених и никогда им не будет.
Реально, даже пальцы дрогнули в невольной попытке добраться до телефона.
Но это же очевидная глупость!
Такие вещи по телефону не говорятся! И вообще… Подготовка нужна…
И что он себе позволяет?
— Жених? — оскалился Захар, наклоняясь ниже, так, чтоб глаза в глаза, в упор.
— Он… — я облизнула губы, волнуясь и с недоумением ощущая, как сильно стучит сердце и как ноет все внизу живота. Я… Завелась от его злости? Ничего себе… — Он приезжал… Настаивал…
— Убью, блять, — прохрипел Захар, сгребая мои волосы на затылке в кулак и придвигая еще ближе к себе. Он держал так сильно, что я при всем желании отклониться не могла. — Сука… Убью…