Не смей меня... хотеть
Шрифт:
— Сучка! — хрипит он, отшатываясь и прижимая руку к щеке, — бешеная! Да нахуя бы ты мне сдалась, если б не отец! Попробуй только ляпнуть что-то своему, сразу узнаешь, что такое: быть дочерью взяточника!
— Чего? — я не верю услышанному. Да не может быть такого… У отца Олега есть что-то на моего? Да нет… Бред же…
— Того! А ты думала, откуда у прокурора такой дом и такие бабки? Все повязаны, малыш. И твой папаша тоже. А сейчас под соусом нашей свадьбы готовится кое-что интересное… Так
Я молчу. Перевариваю. Внутри все от ужаса замирает, думать невероятно трудно. С одной стороны, я не верю этому, просто не верю. Мой папа не мог. Он же… Он же всю жизнь в системе, у него ни одного нарекания, только благодарности! Он не мог так поступить!
Но с другой стороны…
Денег у нас и в самом деле много… И я раньше совсем не задумывалась, откуда. Казалось, что так и должно быть. Всегда так было. С самого моего рождения.
Олег, поняв по моему лицу, что все удары достигли цели, усмехается:
— Все поняла, малыш? Иди сюда, расскажешь, с кем успела меня сравнить. А потом я покажу тебе, что ты была не права…
Я поднимаю на него взгляд, надеясь, что не выгляжу так, как на самом деле себя ощущаю, делаю шаг назад, понимая, что скорее умру, чем позволю ему прикоснуться к себе.
Шок от информации про папу не проходит, он только еще больше расползается по телу, я не могу толком соображать.
Мне надо срочно побыть одной… Мне надо… С папой… Да. Он же… Он же не может. Он мне скажет правду!
А я ему правду скажу…
— Сюда подойди, сучка, — голос Олега становится грубее, — на колени встанешь сейчас и покажешь, чему тебя новый ебарь научил.
— Сам справляйся! — выплевывааю я презрительно.
— Ах ты, сука!
Олег делает шаг ко мне, я прижимаюсь спиной к стене, понимая, что сейчас наплюю на все и просто заору. Если он меня еще раз тронет, я реально заору!
Но в этот момент в дверь гардеробной стучат, и слышится тихий голос Мишки:
— Алька… Открывайте сейчас же. Охерели совсем…
Олег останавливается, досадливо кривится, потом шепчет:
— Ну что, малыш, все поняла? Будешь паинькой?
Я торопливо киваю, мечтая только выбраться отсюда. И поскорее.
— Ну вот и умница.
Олег вытирает кровь со щеки, открывает дверь, улыбается Мишке:
— Брат… Прости… Мы чего-то увлеклись…
Мишка , хмурясь, заглядывает в гардеробную, кивает мне:
— Наверх.
Я, не споря, хотя раньше бы закатила скандал на такое самоуправство, скольжу мимо него, по лестнице к себе в комнату.
— Пока, милая, — ласково поет Олег, но я даже не оглядываюсь, слышу за спиной суровый голос брата:
— Я тебя предупреждал? Какого хера? В доме родителей?
— Да не выдержали, сам понимаешь… Люблю ее…
— Иди давай, герой-любовник. И заткнись, она моя сестра все же, даже думать не хочу, чем вы сейчас занимались.
— Она совершеннолетняя вообще-то…
— А мне похуй. Если обидишь, в землю вколочу. Я тебя уже предупреждал.
— Я все понимаю, брат. Не волнуйся. Не обижу…
Шаги удаляются, я, прослушав эту мизансцену, торопливо поднимаюсь к себе.
Достаю из кармана фатиновой юбки телефон.
Боже, еще десяток сообщений от Немого!
Он, оказывается, не только во время секса разговорчивый, но и эпистолярный жанр вполне освоил!
Я перечитываю сообщения, улыбаясь невольно. Черт, вокруг полный треш, папа… Ох, не хочу думать сейчас, все в голове перемешалось…
А я читаю смешные смс своего парня. Он волнуется, бесится, ревнует…
Я ведь так и не успела с ним сегодня пересечься после нашего… г-м-м… разговора на философии.
Хотела, но после второй пары, на которую я все же пошла, приведя перед этим себя в относительный порядок в туалете универа, преподаватель заставил отрабатывать пропущенную пару, переписывать лекцию и распечатывать анкеты для следующего занятия.
А потом у нас бы старослав. И Рашидовна в климактерическом обострении.
В итоге, после шести пар я выползла из дверей универа с твердым намерением поймать Немого и спрятаться в его тачке и его руках от всего этого жестокого мира.
Но прямо перед крыльцом стояла машина Мишки, а сам он, выползший на яркое осеннее солнце, радостно скалился вслед каждой юбке.
Юбки, почуяв свободного симпатичного самца при деньгах, слетелись на этот маяк со всего универа.
Я , с неудовольствием пронаблюдав очередное виляние бедрами очередной старшекурсницы, спустилась к брату, сурово сведя брови.
— О, мелкая! — Мишка обнял меня за плечи, подтолкнул к машине, — я за тобой. Мама отправила.
Я хмурясь, достала телефон, оказавшийся по закону подлости на беззвучке, обнаружила вагонище пропущенных от мамы, от Мишки, от Немого. И от Олега тоже.
Даже Поняшка отметилась.
Какая я популярная личность, особенно, когда по учебе загружают…
Открыла сообщение от мамы. Оказывается, у нас вечером серьезные гости, мы с Олегом должны быть непременно вместе.
Блять. Вот просто блять. Да, знаю, принцессы не выражаются, но я сегодня очень заебанная принцесса…
— Поехали, мама там чего-то кипишует.
Мишка подтолкнул меня к машине.
Я растерянно огляделась, увидела в дальнем углу стоянки машину Немого и его самого, молча наблюдавшего за мной.